Логово дьявола - Лилиан Харрис

Я бы хотела, чтобы они узнали Маттео так же, как я. Уверена, они полюбили бы его так же сильно, как и я. У него самые добрые глаза, когда он смотрит на меня. Как будто лед в них тает, и остается тот мальчик, которым он когда-то был. Но это длится недолго. Всякий раз, когда он уходит с людьми моего отца, он возвращается другим.

Но я все равно буду любить его. Как я уже говорила ему, когда мы были моложе, друзья не бросают друг друга. Несмотря ни на что.

— Девочки, что вы тут делаете? — Мой отец внезапно появляется, как призрак, который преследует меня, где бы я ни пыталась спрятаться.

— Ничего особенного, дядя Агнело, — отвечает Киара. — Просто едим чипсы и обсуждаем школьные дела. Математика — отстой. — Она смеется, когда ее глаза переходят на меня, скрывая правду о нашем разговоре.

Он сухо усмехается.

— Да. Я тоже никогда не интересовался этим. — Его внимание переключается на нас, в глазах появляется подозрительный блеск. — Мы уезжаем в десять, — говорит он мне. — Убедись, что ты готова.

— Да, папа. — Но он уже скрывается из виду.

— Думаешь, он тебе поверил? — Ракель шепчет Киаре, бросая взгляд в ту сторону, откуда он только что вышел, словно боясь, что он вернется.

— Надеюсь, что да, — отвечает Киара. — Я не знаю, кто страшнее, Аида, твой отец или мой.

Глубоко вздохнув, я отвечаю:

— Одинаково.

— Ты не шутишь. — Она хмыкает.

На мгновение мы замолчали, пока Киара не заговорила снова.

— Я скучаю по маме. — Ракель сжимает ее руку, поджав губы. Прошло два года с тех пор, как мама Кьяры исчезла. Никто не знает, что случилось.

— Мне жаль, — говорю я и подразумеваю это. — Я не знаю, каково это — иметь маму, но уверена, что это было здорово.

— Она была просто великолепна. — Она широко улыбается, выглядя рассеянно, затем быстро вытирая под глазом. — В общем, у вас тут есть мороженое или как? — спрашивает она Ракель, быстро моргая. — Я хочу полную чашу шоколадного.

— Думаю, да. — Ракель хихикает, вставая, чтобы проверить холодильник. — Тебе повезло, кузина, — говорит она, доставая коробку и поднимая ее в воздух. — Давай я возьму несколько мисок.

— Знаешь что, — возражает Киара. — Просто возьми ложки. Мы будем есть прямо из нее. Я думаю, мы это заслужили.

— Думаю, ты права, — говорю я, встречая ее взгляд, и между нами возникает улыбка, как будто она видит меня, молчаливую боль, которую я ношу в своем сердце.

Ракель приносит ложки, и мы принимаемся за еду, смеемся вместе, веселимся от души, как будто наша жизнь нормальна, как у всех остальных детей нашего возраста. Но в нас нет ничего нормального, особенно во мне.

МАТТЕО

— Ты уже поел? — спрашивает она, как только спускается вниз. Красивое облегающее голубое платье доходит ей до колен, бретельки тонкие на плечах. Мне не следовало бы смотреть на нее так, как я сейчас смотрю, но я ничего не могу поделать с тем, как она красива.

Ее светлые волосы ниспадают на оба плеча, заколоты назад по центру, подальше от лица, и это хорошо, потому что ее лицо слишком завораживающее, чтобы его скрыть.

Я прочищаю горло, жестом показывая на пустую миску, стоящую по другую сторону от меня.

— О, хорошо. — Она подается вперед, играет руками, крепко сжимая их перед собой. — Извини, что меня не было здесь, чтобы принести его тебе. Я была на свидании с...

— На свидании? — Я прервал ее, стиснув зубы так сильно, что стало чертовски больно. Я не хочу, чтобы она встречалась с кем-то, кроме меня. Но она должна жить своей жизнью.

Цепь врезается в кожу, когда я тяну за нее, напоминая мне, что я никогда не буду с ней. Я — секрет, который она хранит, а не парень, в которого она влюбится. Я провожу рукой по лицу, избегая ее взгляда.

Все, что я знаю о мире, я узнал от нее, а она — хороший учитель. Уединившись здесь, я бы так и прожил, был бы болваном, который ничего не знает, но она научила меня всему этому. Так что да, я знаю о свиданиях, сексе и прочей ерунде. Когда в прошлом году она достала учебник по здоровому образу жизни, или как он там называется, и объяснила все это... Да, это было чертовски неловко.

Я не хочу, чтобы она делала все это с кем-то другим. Я хочу, чтобы мы сделали это с ней. Когда-нибудь. Когда это будет впервые для нас обоих. Вместе.

Приятно мечтать, но этого никогда не случится. Она свободна в большей степени, чем я. Так и должно быть. Я бы никогда не пожелал Аиде своей жизни.

Она не знает, что она мне нравится. Я никогда не признавался в своих чувствах. Потому что какой в этом смысл? Что мы могли бы сделать? Не то чтобы я мог пригласить ее на свидание или купить ей цветы.

Я хочу позвать ее на пикник, взять ее за руку, подставить наши лица солнцу. Тепло... Я могу его почувствовать. Мои глаза закрываются. Глубокий вдох. Мы уже там.

Ее мягкие шаги приближаются, вырывая меня из фантазий, и я успеваю взглянуть на нее.

— Я? Свидание? — наконец отвечает она. — Пожалуйста, кому я вообще нужна?

Мой пульс учащенно бьется, я смотрю на нее долгим взглядом. И как только я нахожу в ее глазах сомнение, я больше не могу его сдерживать, и оно выплескивается наружу.

— Мне! — Я бью себя ладонью по груди. — Я хочу тебя. Вот кому.

— Что-что? — заикается она, ее брови напряжены, рот дрожит. — Ты... ты действительно это имеешь в виду? — Ее шаги приближаются.

— Конечно, я это имею в виду, Аида, — шепчу я. — Как ты могла этого не видеть?

Мое сердце замирает от эмоций, захватывая меня так сильно, как я никогда не чувствовал раньше, особенно когда я смотрю в ее неуверенные глаза.

— Я просто... — Она опускает ресницы.

Опять это сомнение.

— Садись ко мне. — Я похлопываю по пустому месту, желая, чтобы она подошла поближе. И когда она это делает, когда она опускается рядом со мной, сцепив руки на коленях, я просовываю свои между ними, переплетая пальцы