Новелла «Единственный конец злодейки – смерть». Том 5 - Гёыль Квон

– Это возмутительно! Завтра же отзову свою поддержку!

Ослепленный родительской любовью, он начинал перегибать палку.

– Отец! Прошу, успокойтесь! – попыталась я достучаться до герцога, который по-прежнему удерживал меня в крепких объятьях. – Все хорошо! Я чудесно жила во дворце.

– «Чудесно», нечего сказать! Как птица в клетке! У тебя ничего не болит? Ты не ранена? Он ведь не посмел тронуть тебя?

Я наконец вывернулась из рук герцога и посмотрела ему в глаза: выглядел он измотанным. Вероятно, недели противостояния с кронпринцем были не из легких.

– Твое лицо! За время нашей разлуки оно, кхе-кхе… – герцог смущенно откашлялся, – даже посвежело!

И в этом он не ошибся: я действительно сияла. Люди при дворе были очень добры ко мне и внимательны. Я хорошо питалась, да и в остальном условия оказались несравнимо лучше, чем здесь. Впрочем, хуже, чем в поместье герцога, и быть не могло… Но почему он так взволнован?

– Отец, я и правда в порядке!

Герцог жестом пригласил меня сесть и, дождавшись, когда горничная подаст чай и выйдет из кабинета, сказал:

– До чего же я удивился, когда леди Теросси передала твою просьбу!

– Спасибо, что сразу пришли мне на помощь. Я попала в затруднительную ситуацию…

– Все из-за коронации? Я категорически против того, чтобы нами правил этот человек! Но думаю, что сейчас для него настали непростые времена. Скажи, кронпринц напуган?

– Всякие демоны, включая твоего отца, ни на миг не оставляют меня в покое.

Вспомнив слова Каллисто, я рассмеялась. Иногда я и сама видела в герцоге исчадие ада, но не сегодня.

– Отец, все совсем не так, как вы думаете! Пожалуйста, не принимайте поспешных решений.

– Тогда как ты объяснишь сегодняшние события? Нет! Человек, который разлучает на долгие недели любящего отца с единственной дочерью, не может нести ответственность за целое государство! – гневно изрек он.

Но, по правде говоря, дело было не только в кронпринце: у нас просто отсутствовали поводы для встреч. Однако герцог был очень возбужден. Вспомнил про Ивонну? Казалось, после убийства Лейлы, которая захватила тело Ивонны, играм в семью должен настать конец…

– Пенелопа, пожалуйста, скажи как есть! Тебя держали взаперти? Поэтому ты ни разу не появилась дома? – не сдавался он.

– Отец, сегодня я была вынуждена обратиться к вам за помощью… – попыталась уйти от ответа я. – Но позвольте рассказать кое-что.

Он бросил на меня вопросительный взгляд. Знать бы, правильно ли я поступаю… Начать было нелегко, но я все же решилась, ведь именно ради этого разговора я и пожаловала.

– Я… встретила Ивонну.

– Что?!

– Нет, я не о Лейле.

Голубые глаза герцога становились все больше.

– Ту самую малышку Ивонну, которую братья потеряли давным-давно.

– Пенелопа, что ты имеешь в виду? – с трудом процедил он сквозь зубы. – Ивонна… я уверен… – Глаза герцога метались, как пламя свечи.

– Да, она умерла, – спокойно подтвердила я.

Он побелел. Мы оба понимали, что «умерла» означает «была убита мною».

– Вы помните мои слова?

– Какие? – Герцог был окончательно сбит с толку.

– Настоящая Ивонна погибла в тот миг, когда ее телом завладела Лейла. Но мне посчастливилось встретить вашу родную дочь.

Герцог остолбенел и затаил дыхание. Глаза его вылезли из орбит.

– Неужели… Ивонне удалось выжить? – робко прошептал он.

В дрожащем голосе слышались отзвуки надежды. Я опустила голову, чтобы не видеть полный отчаяния взгляд, и медленно покачала головой.

– Мне очень жаль, но Ивонна мертва. Я видела прошлое. Однако Зеркало Истины, к счастью, сохранило ее душу, которая чуть не исчезла.

– Ах!.. – с губ герцога сорвался прерывистый вздох, больше похожий на плач.

Медленно подняв голову, я увидела покрасневшие глаза. Он тяжело дышал и, казалось, пытался побороть отчаяние и горе родителя, который потерял своего ребенка. О том, что Ивонна видела из загробного мира, как отец удочерил Пенелопу, я решила умолчать.

Наконец справившись с эмоциями, герцог хрипло спросил:

– А что с маркизом Берданди? Я слышал, его спасли…

Каллисто поднял такой шум, что немудрено. Но я ничего не ответила, и тогда герцог продолжил:

– Я знаю, это безумие… Но если уж маркиз вернулся, быть может, у нашей Ивонны тоже есть шанс?..

Бедняга по-прежнему лелеял напрасную надежду, но я не могла сказать ничего утешительного. Увы, я не испытывала сострадания. Вероятно, потому, что заранее представляла эту сцену.

Прежде, до церемонии совершеннолетия, мне было невмоготу видеть, как герцог выгораживает фальшивую Ивонну. При каждой встрече с отцом я ощущала ком в горле, а сейчас… не чувствовала ничего! Наверное, я просто повзрослела и больше не боялась потерять мнимую любовь близких.

– Отец, это невозможно, – твердо ответила я.

– Но… Как же так? – Он сделался белым как мел. – Неужели императорские маги ни на что не годны?! Я окажу всяческую поддержку…

– Когда я убила Лейлу, тело Ивонны погибло. Поэтому можете считать, что во всем виновата я одна.

Герцог помрачнел и умолк под натиском беспощадной реальности. Если бы сейчас он встал и отвесил мне пощечину, я бы не удивилась, поскольку была морально готова к обвинениям. Наверное, в каком-то смысле я нисколько не лучше этого человека…

Воцарилось молчание. Отец спрятал в ладони влажное от слез лицо. Совладав с собой, он снова открыл покрасневшие глаза, но в них не было ни обиды, ни ненависти.

– Скажи… теперь Ивонне хорошо? – Взгляд герцога переполняла скорбь.

– Вы правда не считаете меня виноватой?..

– Я был плохим отцом, который сперва не уследил за ребенком, а потом не сумел его отыскать. Столько лет я ничегошеньки не знал о судьбе родной дочери! Я жив, а моя бедная девочка…

– Поверьте, сейчас ей хорошо, – прервала я монолог герцога, который был уже на грани.

Именно это просила передать Ивонна, чтобы облегчить страдания близких.

– Та Ивонна, которую встретила я, была славной малышкой. Наверное, именно такой она и осталась в вашей памяти. Стыдно признавать, но в детстве я молилась о том, чтобы она никогда не вернулась.

Герцог вновь закрыл дрожащими ладонями глаза.

– Она никого не винила и, перед тем как исчезнуть, велела сказать, что очень любит отца и братьев. Теперь Ивонна счастлива.

– Но куда же она отправилась?.. – поспешно спросил герцог.

– Туда, где ее ожидает покой, – ответила я, будто не замечая его мокрых от слез ладоней.

– О-о-ох…

Похоже, он сдерживал этот душераздирающий стон долгие годы. У меня защемило сердце.

– Прости, Пенелопа, что не смог сдержаться.

Герцог утер слезы носовым платком и вскоре взял себя в руки, как подобало главе семьи.

– Спасибо, что нашла Ивонну… – тихо проговорил он. – Теперь, когда настанет мой час, я смогу прямо взглянуть в глаза своей покойной жене.

Ого! Таких слов я точно не ожидала.

Герцог по-прежнему был печален, но, похоже, у него упал камень с души.

– Отец… вы не испытываете ко мне ненависти?

– Разве для этого есть основания? – Он