Клуб безжалостных сердец - Хелен Джонс

– Ну и вонь, да? – повернулась она к девушке, а затем громче сказала в сторону уходящего к уборной Гилберта: – Надо бы оповестить мисс Хаверди о нарушении правил.

Тони не повернулся. Он лишь показал Джози средний палец и закрылся в уборной, из которой через несколько секунд послышалось, как парня стошнило.

– Ну, может, у него что-то случилось, – попыталась оправдать его Энни, хоть и сама не понимала для чего. Ей стало невыносимо жалко его. – Вдруг его бросила девушка, уволили с работы, кто-то умер…

Джози, сморщив нос, закатила глаза:

– Ты прикалываешься, Энджи? Нельзя быть такой мягкой и постоянно всех жалеть, люди это не ценят. Тот тип напился просто потому, что ему этого захотелось. Он знал, что наутро ему будет плохо, и все равно решил это сделать. За собственный выбор людей не жалеют. Жалость – ничтожное чувство. Явно в каком-то баре был. Как только его впустили в отель?

– Нет, вчера вечером он был трезвым, – сказала Энни, глядя на дверь уборной, – видела вчера его в коридоре. Может, у него какое-то горе случилось, вот и напился.

– Честно, мне плевать. Идем, а то на завтрак опоздаем.

Глава 11. Вечеринка у Мили

Следующие несколько дней прошли без особых происшествий. Утром Энни училась у Мили, обедала в кафе, после работала с Виландой, а потом занималась уборкой. Мисс Робертс то и дело твердила, как много у нее работы и как она не успевает все выполнять, а потом несколько минут молчала и улыбалась, куря и глядя в потолок. Если бы Мили не позвала Энни к себе в субботу, девушка бы забыла, что завтра у нее начинаются выходные. Целая неделя позади!

За это время она уже и вправду начала забывать о Тони Гилберте и тех двух разговорах. Энни не видела его ни во вторник, ни в среду, а в четверг и в пятницу он явился только на ужин, но ни разу не взглянул на девушку. Джози два дня на неделе отдыхала, и они также виделись с ней только за ужином. Она безынтересно спрашивала: «Как работа?» И Энни так же отвечала: «Нормально». А после они расходились по комнатам. Энни с радостью начала понимать, что понемногу привыкает к этому городу, к работе, к отелю и к комнате. Поначалу она надеялась сдружиться с Джози, но к концу первой недели уяснила: это невозможно. Она лишь должна была поблагодарить ее за рассказ о клубе и за возможность подзаработать, и Энни сделала это, когда они вместе возвращались вечером в отель. Джози тогда лишь молча улыбнулась, ничего не ответив.

– Давай, – толкнула Мили свою ученицу в бок, когда та мыла полы в коридоре, – завтра встретимся у меня. Что-то вроде девичника. Познакомлю тебя с девочками, выберемся в бар после работы.

Энни сначала сомневалась, а потом согласилась, понимая, что иначе проведет все выходные в номере. Выпускной у Майкла должен быть уже через неделю, и Виланда сказала, что отпустит Энни на пару дней насладиться зрелищем. Джози тоже сказала, что отпросится с работы и что поедут они вместе, правда, Энни все еще металась: мстить или не мстить?

– Хорошо. Тогда в четыре на Ричанборд-стрит? – повторила Энни, записывая адрес в заметки. – Дом восемь. Да, я приду.

– Отлично, буду ждать, – улыбнулась Мили и ушла в кабинет Виланды на очередное собрание.

Это был четырехэтажный многоквартирный дом в спальном районе. Там было очень тихо в сравнении с улицей, где был «Реванжи», словно это два разных города. Несколько людей сновали по улицам. В основном просто прогуливались с собаками или парами. Даже дороги были практически пустыми. Пока Энни шла от остановки к дому, то и дело смотря в навигатор, проехали только два автомобиля и один спортивный байк. Однако это был далеко не бедный район, судя по ухоженным, чистым улицам, красивым каменным домам и автомобилям на стоянках и у домов.

Энни нажала на кнопку с цифрой восемь, и после двух гудков послышался приглушенный женский голос:

– Пароль.

– Пароль? – неуверенно повторила Энни. – Я… я к Мили. – Она вспомнила, что даже не знает ее фамилию, и тут же покраснела, понимая, что пришла не туда. – Мили тут живет?

– Пароль, – настойчиво повторил голос.

– Я… эм, извините, я, кажется, перепутала адреса. – Энни нервно почесала лоб и собиралась уже уходить, как услышала задорный женский смех.

– Эй, Карен, хватит издеваться над девчонкой!

– Энни, да ведь? – хихикнула девушка.

– Да.

– Заходи, третий этаж.

Домофон запищал, оповещая о том, что дверь открыта, и Энни, облегченно вздохнув, зашла в дом.

На каждом этаже было по пять квартир с одинаковыми черными дверями и золотистыми крупными номерами. Дверь Мили была чуть приоткрыта, и оттуда доносились приглушенная музыка и женские голоса. Энни сразу узнала голос Мили и, напомнив себе о том, что эти знакомства, быть может, пойдут на пользу, зашла.

– О, привет, милашка! – Мили тут же подбежала к Энни, не успела она даже закрыть за собой дверь. – Раздевайся и проходи в зал, мы тебя только и ждем.

– Что? Меня?

Мили забрала толстовку Энни и аккуратно повесила ее на вешалку, а после недоуменно взглянула на девушку.

– Да, что тут такого странного? – улыбнулась она. – Девочки хотят с тобой поскорее познакомиться.

В квартире Мили пахло сладким дымом, и Энни сначала решила, что это одноразовые курилки с фруктовым вкусом, но, зайдя в зал, поняла, что этот аромат шел от дымящихся аромапалочек. Зал был большим, но мебели в нем было мало, оттого он казался пустым. Большой диван, застеленный вязаным разноцветным пледом, и такой же расцветки ковер, деревянная тумбочка, старый мини-магнитофон с кассетами, такой сложно было уже где-то найти, и старый комод, на котором стоял черный череп-копилка, несколько свечей и аромопалочки на подставках. На полу друг напротив друга сидели две девушки. Одна из них тасовала карты, а другая внимательно наблюдала за ней.

– Знакомьтесь, дамы, это Энни, моя ученица и помощница Виланды, – громко произнесла Мили, подталкивая девушку вперед. Четыре глаза устремились прямо на Энни, и ей жутко захотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть прямо сейчас.

– Привет, Энни! – хором сказали девушки, словно готовились к этому.

– Это Карен. – Мили указала на стройную девушку с волосами пепельного цвета. Ее Энни уже видела, когда та опаздывала на собрание. Карен была словно современная Барби – густые черные ресницы, пухлые губы, короткое красное платье. Идеальное каре очень шло ей, хотя Энни посчитала, что такой красивой девушке пойдут любые