Аромат магии - Мария Снайдер

Кожа между бровями Ноэлль сморщилась, когда она нахмурилась.

— Генерал Джаэль крайне нетерпеливая женщина, Сержант.

В её глазах был намек на страх? Тут же заволновавшись, я вышла из своего укрытия.

Она повернулась ко мне, и я застыла. Это было глупо.

— Где Урсан? — потребовала она.

— Сейчас подойдет, — я сделала свой голос ниже обычного.

— Хорошо.

— Почему генерал хочет его видеть? — спросила я.

— Это тебя не касается, Сержант! — крикнула она, а затем начала меня игнорировать.

Я должна радоваться тому, что она меня не узнала. Ноэлль должна верить, что я пропала и предположительно мертва. Однако, я не смогла остановить распространение разочарования и боли. Моя младшая сестра так сильно изменилась за последние три года. В десять лет она заботилась о нашей матери и Аллине, пока те не умерли от чумы, оставив её в полном одиночестве впервые в жизни. Так что я не должна была удивляться её поведению, когда пыталась спасти её из тренировочного лагеря Эстрид пять месяцев назад.

Урсан пришел, и они ушли. Я гадала, следовать ли мне за ними. Скорее всего Джаэль требовалось больше информации про его разведывательные миссии. Вдобавок я сомневалась, что смогу подойти достаточно близко к палатке и подслушать что-то важное. Я вернулась к своей группе.

Той ночью вокруг сержантского костра я пыталась вести себя естественно, когда спросила про вызов.

— Генерал поздравила тебя с твоей успешной миссией? — спросила я Урсана.

Он был необычайно тихим, позволяя Одду вести разговоры, пока Саул слушал как обычно.

— Нет, — Урсан чистил свои кожаные ножны седельным мылом.

— Что она хотела? — спросил Одд.

Урсан на секунду взглянул на меня, а затем сказал:

— Информацию о вражеских патрулях, с которыми мы столкнулись. Места, сколько было людей и всё в таком роде.

— Почему нельзя было узнать это всё у майора? — спросил Одд.

Урсан пожал плечами.

— Понятия не имею.

— Что она думает по поводу найденных доспехов?

— Откуда ты знаешь? — Урсан бросил безразличный взгляд на Одда, но мышцы его рук напряглись.

Я почуяла беду, но держала рот закрытым.

Одд ухмыльнулся:

— Вопрос должен быть в том, кто не знает. Да брось, Урсан, ты знаешь, что в этом лагере всё тайное довольно быстро становится явным. К тому же то что Тохон хочет защитить своих солдат — неудивительно. Просто странно, что он создает новое оборудование, когда вокруг валяется столько барахла.

— О, да, оно повсюду. Пару дней назад я споткнулся о шит, — поддразнил Саул.

— Я имею в виду, что у каждого королевства была хотя бы одна оружейная, — тон Одда граничил с раздражением. — До чумы в каждом королевстве были тысячи солдат. Трупам доспехи не нужны.

Я подавилась чаем. Урсан свирепо посмотрел на меня, но вскоре разговор перетёк в более безопасное русло. Все это время я гадала, чем интересовалась генерал.

Когда стало поздно, мы направились к своим палаткам. Я отвела Урсана в сторону и спросила об этом.

— Не удивлен, что ты переживаешь, — сказал он.

— Ты не ответил на вопрос.

Он задумался.

— Она слышала хорошие факты про нашу тренировку. Ты ведь понимаешь, что это значит?

К сожалению.

— Она хочет узнать про меня побольше.

— Ага.

— Что ты рассказал ей?

— Правду.

Я подавила страх. Джаэль не знала ни одного другого целителя, который пережил панику во время чумы. В нашу последнюю встречу Джаэль пыталась убить меня. Я метнула в неё два ножа в целях самозащиты. Один попал в её предплечье, второй — в бедро. Она не из тех людей, которые прощают обиды. И без помощи Керрика вторая попытка убить меня обернулась бы успехом.

— Всю правду? — спросила я.

Урсан изучал выражение моего лица.

— Нет, я скрыл часть про целителя.

— Спасибо.

— Я сделал это не ради тебя.

Оу-оу. Время шантажа. Я ждала.

— Я сделал это ради нас, — он махнул рукой, указывая на палатки, костры и солдат. — Сейчас нам данная тренировка необходима. Поэтому я веду себя эгоистично.

— Скажешь мне, когда решишь перестать быть эгоистом?

— Я и сейчас могу. Хочешь знать?

— Хочу, — я приготовилась к ответу.

— Когда мы перейдем от стычек к полномасштабной войне. Раненых, к сожалению, будет намного больше, и ранения будут посерьезнее полученных во время патрулей вывихнутых лодыжек и порезов.

— Справедливо.

Очередное напоминание, что моё время ограничено. Я должна была поговорить с Ноэлль и найти Мелину.

* * *

В свой следующий выходной я отправилась в Забин, чтобы прикупить парочку нужных вещей. Прошло пятьдесят долгих дней с тех пор, как мы с Керриком расстались. Я прикинула, сколько времени у него ушло на то, чтобы добраться до замка Райна. Затем сколько дней уйдет у Райна, чтобы созвать элитные войска, учитывая, что большая группа будет двигаться медленнее, особенно во время перехода через Девять Гор.

Я пала духом. Скорее всего, Керрик и Райн доберутся минимум через неделю, а если смотреть на вещи реально, не в ближайшие две недели.

Суета рынка помогла мне отвлечься от мыслей о Керрике. Одетая в форму, я растворилась в толпе, и никто обращал на меня внимания. Удобно.

Я оглядывала прилавки, купив новое нижнее белье и кожаные ленты для волос. Во время последнего патруля Лив и Винн, я заново нанесла осветляющий крем и покрасила волосы. Предсказание Матушки касательно длительности моей маскировки не совпали с действительностью. Мои способности целителя помогли быстрее восстановиться.

Покончив с покупками, я остановилась напротив ларька торговца оружием. Я надеялась, что мне удалось выглядеть так, словно я не собиралась тут останавливаться. Владелец возник у моего локтя. Я узнала его, но он не показал никаких сигналов того, что узнал меня.

Он начал пытаться продать каждое оружие, которого я касалась. Под его непринужденностью и приветливой натурой ощущалось напряжение, словно он тщательно подбирал слова. В этом был смысл, если учесть, что город был, по сути, оккупированной территорией, и у него не осталось бы средств к существованию, ибо Эстрид или Джаэль могли прикрыть эту лавочку в любой момент.

Я подыграла ему, задавая вопросы про тот или иной меч и нож. Стоило ему упомянуть жидкий металл, моё сердце сжалось сильнее.

— Что такого особенного в жидком металле? — спросила я, сохраняя всё тот же уклончивый тон.

— Его добывают у подножия Девяти гор, и острие никогда не тупеет.

— Никогда не тупеет? В это сложно поверить.

Он показал мне два разных клинка, волоча их по шероховатой поверхности. Жидкий металл сохранил острый конец. Впечатляет, напоминает мой стилет, сделанный из того же металла. Я его ещё не наточила,