Монетка для Элли - Валерия Аристова

Элли кивнула.

— Я надеюсь.

…

Деревня располагалась на плато, немного выше реки и остальной местности. Тут в изобилии росли тенистые деревья, и стояли странные огромные валуны, водружённые друг на друга. Элли бросила взгляд на эти камни.

— Как они держатся друг на друге? — спросила она, — ведь ветер подует, и упадут…

Генри пожал плечами. Его меньше всего интересовали стоячие камни. Его беспокоила Анджела, которая никак не могла успокоиться. Анджела плелась, держась за руку сестры и всхлипывая на ходу. Генри кинул на нее взгляд, далекий от восхищения. А потом ему пришлось забыть об Анджеле, пытаясь договориться с местным населением.

Местные нашли человека, знающего английский довольно бегло. Переводчик поведал Генри и его спутницам, что до главного города осталось три дня пути по хорошим дорогам. Если идти на юг, прямо по дороге, то можно дойти и быстрее. Им безропотно выделили хижину и дали еду, попросив за нее деньги. Успокоившись, Генри лег спать, приказав Элли сторожить первой. После долгих дней пути и ночей под открытым небом было приятно спать под крышей.

Проснулся Генри от того, что кто-то рылся в их багаже. Элли, конечно же, заснула не разбудив его. А теперь кто-то шастал по хижине в темноте, и Генри видел только силуэт черного человека.

— Кто тут?

Вор метнулся к двери, но Генри преградил ему путь. От шума проснулась Элли, и закричала, вскакивая на ноги. Вор бросил то, что успел вытащить из багажа, и оказалось, что это была шкатулка с ожерельем Элли. Девушка схватила шкатулку, прижимая ее к груди. Генри же ударил вора в лицо, тот упал, и замер не шевелясь.

— Черт побери, — не стесняясь женщин выругался Генри.

Он наклонился над негром и попытался понять, жив ли тот. Тут вор взметнулся, схватил Генри за шею и принялся душить. Элли размахнулась и со всей силы ударила вора по голове шкатулкой, которую держала в руках. Тот застонал и завалился на бок. Элли отступила, зажимая рот рукой. Генри потер шею, избавляясь от черных рук.

В этот момент циновка, закрывающая дверь, взлетела вверх, и на пороге появились переводчик и еще несколько человек. Генри попятился, а потом закричал, сразу переходя в наступление.

— Этот человек пытался украсть наши вещи! Он…

— Он убит?

— Я не знаю.

Принесли свет и стало очевидно, что удар углом шкатулки пришелся в висок. Вор был мертв.

— Вы убили человека, выдайте убийцу, — сказал переводчик.

— Этот человек ограбил нас. Мы защищались! — закричал Генри, — он чуть не убил меня! — он указал на следы от пальцев на своей шее.

— В наших краях нельзя безнаказанно убивать людей, — сказал переводчик, а за его спиной люди закричали, поддерживая его.

Тут всех троих, даже с трудом проснувшуюся и ничего не понимающую Анджелу, выволокли из хижины.

— Чужаки, вы нарушили закон, убийцу ждет смерть. Кто из вас убил нашего человека?

Анджела протирала глаза. Элли молчала, прижимая к себе шкатулку. Незаметно она вытащила из нее ожерелье и спрятала его за корсаж.

— Я убил, — сказала Генри, обернувшись на нее.

Элли молчала. Потом она оглянулась, и подошла к Генри. Негры засуетились, встали кружком, и принялись совещаться, видимо решая, что делать с пленниками. Анджела прижалась к сестре, перепуганная и тихая. Огромные глаза на ее бледном лице сияли слезами.

— Бежим сейчас, — сказала Элли, закрыв глаза и втянув в себя воздух.

— И далеко мы убежим?

— Потом будет поздно. Сейчас. Нам нужно добежать до камня.

Не зная, можно ли верить Элли, но решив, что хуже все равно не будет, Генри схватил за руку Анджелу и бросился со всех ног к камню. Элли бежала следом, он слышал, как она всхлипывает на бегу. Камень приближался, а толпа, погнавшаяся за ними, не отставала. Наконец Элли коснулась ладошками камня, приказала Генри и Анджеле сделать тоже самое. И, когда руки преследователей готовы были схватить их, она что-то прошептала.

Яркая вспышка заставила Генри закрыть глаза, но свет не исчез, постепенно отступая и снова пуская в мир тьму. Генри упал на спину, будто камень, за который он держался руками, откинул его от себя. Тут же вскочив и приготовившись до последнего защищать девушек от обезумевшей толпы, он обернулся, и… никого не увидел. Рядом не было ни людей, ни деревни. Полная тьма светлела утренними лучами солнца, и где-то вдали он увидел силуэты пасущихся лошадей.

— Элли?

Элли сидела на земле, потирая ушибленную руку. Глаза ее были широко распахнуты, будто она сама не понимала, что произошло.

— Где мы? — прошептала она, нервно оглядываясь.

Камень, как близнец похожий на тот, что стоял в деревне, гордо возвышался над пустынной местнрстью.

— Я не знаю.

Элли поднялась на колени и попыталась растолкать Анджелу, которая, казалось, крепко спала. Та нехотя пошевелилась, потом резко очнулась и вскочила на ноги.

— Я ничего не понимаю! — сказал Генри.

Элли смотрела на него, будто не видела. Взгляд ее был направлен куда-то сквозь него, в пустоту.

— Я… я тоже ничего не понимаю, — сказала она, — я просто сделала так, как мне сказал он…

…

Занимающийся рассвет заставил Генри решиться. Где-то вдали были люди, он знал это точно, иначе не было бы здесь лошадей. Где люди и что это за люди, он даже не хотел думать, решив считать абсолютно всех встречных врагами. Нужно было спешить на юг, и он отправился в поле и привел невзнузданных лошадей. Оставшись без поклажи, он сам мог бы взгромоздиться на лошадь без седла, но девушки вряд ли смогут даже залезть на спину животному. Но страх — лучший учитель. И Элли, и Анджела ловко сели на лошадей, и хватаясь за гриву, пятками заставили их идти в нужном направлении.

Чем ярче разгорался день, тем больше хотелось пить, а местность была каменистая и безводная. Все вещи, в том числе бурдюки, остались в хижине, где они ночевали прошлой ночью, и где их чуть не казнили за убийство вора. Генри гнал коня, надеясь найти хоть какой-то ручей, но не находил.

Через какое-то время он увидел большую дорогу, людей, идущих по дороге, и всадников, гарцующих на лошадях. Город, в который они держали путь, был где-то рядом. Спустившись с каменистой местности, они выехали на тракт, и помчались по нему, надеясь найти этот волшебный город. Тот, где все их несчастья закончатся, Элли обретет отца, а он сам и Анджела смогут наконец-то вернуться в Англию вместе с каким-нибудь военным отрядом. Генри не верилось, что цель их путешествия близка. Ему казалось, что они так и будут бродить по пустыням, боясь каждого зверя и человека, без оружия, воды и еды. Вот дорога пошла по густонаселенной местности, люди шли по ней, скакали на лошадях, ехали в повозках. По обочинам стояли какие-то постройки. Изредка встречались белые мужчины, окидывающие их отряд удивленными взглядами. Иногда они видели арабов, которые кидали на них не менее странные взгляды. Город стремительно приближался, и наконец, они влетели в какое-то поселение с европейскими постройками в самом центре. Элли соскочила с коня и бросилась вперед, в дом с колоннами, стоявший на пыльной площади, обсаженной деревьями по кругу, где слонялись без дела неизвестные люди с покрытыми головами.

— Наш отец примет нас с почестями! — воскликнула Элли.

Взлетев по ступеням, она распахнула дверь и вбежала внутрь, в прохладу и полумрак. Генри последовал за ней, готовый как пасть ниц перед ее отцом, так и убивать врагов, и замыкала шествие Анджела, радостная от того, что их невероятная, безумная поездка подошла к концу.

В холле было прохладно и темно. Когда же глаза привыкли к полумраку, Генри увидел слуг, суетившихся вокруг, высокую лестницу, и человека, что спускался по лестнице, в окружении охраны.

Элли замерла, а потом отступила, что-то пискнув. Генри поймал ее за плечи, боясь, что она упадет. Сам же он осознал, что долгий их путь закончился ловушкой. Человек, который спускался с лестницы, никак не мог быть отцом Элли.

Это был высокий статный мужчина с черной бородой и в чалме, украшенной драгоценной застежкой. Длинное белое его одеяние ниспадало до самого пола.

— Кто это, Элли? — прошептал Генри, чувствуя, как она дрожит всем телом.

— Это… — голос ее сорвался, — это Аль-Медем!

Глава 6

Айза

Аль-Медема Элли никогда не видела, но тут же узнала, вспомнив образ из снов. Она