Невинная для Севера - Дина Данич

Лучше я потом что-то дополнительно сделаю по поручению Валентины, чем снова попаду под раздачу мужского интереса.

Правда, долго отдыхать не получается — ко мне приходит сам хозяина дома.

Я тут же соскакиваю с постели, чуть не в струнку вытягиваюсь, предвкушая очередной непростой разговор.

— Я так понимаю, спокойно тебе не сидится, да? — мрачно спрашивает он, закрывая за собой дверь. И хлопок выходит слишком уж оглушительным.

Напряженно смотрю на мужчину. Чего он ждет? Что я начну оправдываться? Так это не я начала, а Демьян!

— Он сам на меня налетел, — тихо говорю, готовясь к очередной порции унижений.

Правда, Север чуть приподнимает брови.

— Он?

— Демьян.

— Ах, Демьян…

Он проходит чуть вперед. Всего пара шагов, но мне кажется, что вокруг него прямо атмосфера меняется — становится давящей, холодной. Как и он сам.

Ну точно — Север.

— Я его не провоцировала. Я вообще работать шла!

— Похвальное рвение, — фыркает хозяин дома. — Тебя вообще нельзя без присмотра оставлять походу. Сразу находишь себе приключения на задницу. Теперь вот в медсестрички заделалась?

— Я случайно зашла на кухню, а там он…

Слишком уж говорящий в этот момент взгляд у Севера. Замолкаю, так и не озвучив свою версию событий. Плевать ему. Наверняка придумывает как бы позаковыристее меня обозвать или наказать.

Сжимаю ладони в кулаки. Надоело такое отношение. Но что я могу?

— Объяснять, что об увиденном надо молчать, нужно? — безразличным тоном уточняет он.

— Нет, — тут же мотаю головой. — Я никому.

— Уверена?

Что-то в его голосе меня настораживает. Может, это проверка какая-то? Но я же не идиотка, чтобы угрожать разболтать. Да и что я скажу? Что видела ножевую рану?

— Конечно. Я буду молчать. Хотя кому это вообще интересно?

Север чуть наклоняет голову, окидывая меня оценивающим взглядом.

— Тебе рассказать кому?

— Не надо. Можно я просто отработаю долг, и все? Я, честное слово, никуда не лезу и постараюсь вам не попадаться на глаза.

— Что, и даже не хочешь ничего попросить за свою медицинскую помощь?

— Так я ничего такого и не сделала, — осторожно возражаю.

— Правда? А вот Кирилл утверждает обратное. Говорит, залатала его на пятерку. Где научилась?

— Курсы первой помощи проходила. А залатала я его плохо, — честно признаюсь. — Ему вообще-то к врачу надо показаться и антибиотики, наверное, какие-то, чтобы выписали. Это же не царапина рядовая.

— Не царапина, — медленно кивает Север, подходя еще ближе.

Его пристальное внимание тяготит и выводит из зоны комфорта. Хотя... Хотя в принципе нахождение здесь — уже выход из этой самой зоны.

— Так что, Алина-Малина? Что хочешь в благодарность? Шмотки новые? Или баблом возьмешь?

— Спишите долг? — удивляюсь.

— Нет. Долг ты отработаешь, чтобы знала, как колотить все без разбору. Но раз уж ты так помогла, будет справедливо, что и ты получишь какую-нибудь цацку.

— Я могу сама попросить? — спрашиваю, когда молчание затягивается, а Север нетерпеливо приподнимает брови.

— Проси, — кивает он, а в глазах мелькает презрение.

— Можно я вернусь домой? — вижу уже, как Север собирается возразить и быстро добавляю: — Всего на пару дней! Мне надо сдать важные зачеты! — умоляюще прошу его. — Я учусь на бюджете, и если не закрою хвосты, то меня отчислят. А значит, и из общежития выселят.

Я молча жду приговора, но хозяин дома что-то не торопится высмеивать меня или мою просьбу.

— Ты уверена, что хочешь попросить именно это? Я ведь могу решить вопросы с твоими экзаменами и зачетами.

— Можете? — округляю глаза. — Обалдеть. То есть… Нет, спасибо. Я прошу отпуск, чтобы решить вопросы с учебой.

По лицу Севера вообще нельзя ничего прочесть — совершенно равнодушная маска. Впрочем чего я ждала? Что его тронет моя просьба?

— Я подумаю, — бросает он и выходит из комнаты.

И затеплившаяся было надежда тут же превращается в пепел.

Ну, дура. Точно — дура! На кого понадеялась-то?

Удивительно, но до конца дня меня никто больше не дергает. Даже Валентина не приходит дать дополнительное задание за то, что я выпала на пару часов из рабочего процесса. Словно про меня все забыли.

А следующее утро начинается с того, что ко мне снова приходит Север. Но теперь не один, а вместе с Демьяном.

17 Алина

Хорошо, что я успела уже умыться и одеться. Иначе бы вышло, как минимум, неловко.

Демьян смотрит на меня с плохо скрываемым пренебрежением, хозяин дома как и всегда невозмутим и безразличен.

Наше общее молчание затягивается, и Север лишь едва поворачивается в сторону Демьяна, как тот, закатив глаза, выдаёт:

— Да понял я, понял, — делает снисходительное выражение лица и добавляет: — в общем, сорян, что хотел тебя выебать.

Парень кривовато ухмыляется и даже шутливый поклон отвешивает. Вот только следом слышится веское:

— Демьян.

Северу даже добавлять ничего не приходится — его то ли друг, то ли работник меняется в лице.

— Приношу глубочайшие извинения, что повелся на милую мордашку и предложил провести время в сексуальных утехах.

Не знаю уж, чем бы все закончилось, но я начинаю задыхаться от того, какое напряжение повисает между этими двумя, и потому тороплюсь сказать:

— Извинения приняты.

Судя по выражению лица Севера, он явно не согласен. Но… Но тему не продолжает. Впрочем, ему и без этого получается в очередной раз выбить у меня почву из-под ног.

— Ты вроде хотела отпуск, чтобы поучиться, — равнодушно произносит он, а я могу лишь удивлённо хлопать глазами.

Да ладно? Он это серьезно? Что правда отпустит?

— Да, это было бы здорово.

Замечаю, как кривится Демьян, но мне все равно. Пусть думает, что хочет. Надеюсь, больше мы с ним не пересечемся.

— Хорошо. Сколько дней тебе надо?

— Может быть пару недель, — неуверенно говорю, но, заметив недовольство Севера, тут же исправляюсь: — вообще я могу по выходным продолжать работать. Я не собираюсь сбегать.

Демьян на этих словах демонстративно фыркает и выразительно смотрит на дверь, по почему-то не решается уйти