Отрываясь от земли - Диана Рейдо

Суп был съеден, но Джастин не торопился разделаться со вторым блюдом.

Он и сам не знал, почему привел Джастину именно в этот ресторанчик. Да, он хорошо знал его и любил, но… До настоящего момента Джастин предпочитал избегать любых мест, где они бывали вместе с женой. Ничто уже не будет так, как раньше…

Это раз.

И два — тягостные и царапающие, тревожащие душу воспоминания о тех сладких мгновениях, когда они были счастливы, неизменно будут посещать его в подобных местах. Будь то кофейня, ресторан, галерея, театрик или парк. Джастин старался не думать о том, что и его седан — тоже такое же место.

Почему он привел сюда Джастину — одному Провидению известно.

Поблескивая темными глазами из-под пушистых ресниц, Джастина спокойно пила кофе. Казалось, она уже забыла и о сеансе, и о том, что они зашли сюда ненадолго.

Лазанья остывала на тарелке Джастина. Он растерзал ее ножом и вилкой и отправлял в рот по одному кусочку.

Джастина бросила взгляд на настенные часы.

Джастин заметил этот взгляд. Но он не хотел торопиться. Не хотел доедать свой обед. Он знал, что в следующий раз ему доведется поесть, только оказавшись дома. Вновь окунувшись в пустоту и одиночество. Ничего не скажешь — сильный контраст по сравнению с многолюдным кинотеатром, теплой и душевной атмосферой ресторана, компанией Джастины.

А в одиночестве ему совершенно точно кусок опять не будет лезть в горло.

Поэтому Джастин без зазрения совести пользовался ее присутствием. Оно помогало есть с ощущением вкуса, дышать, чувствуя живительный воздух, а не обжигающую легкие субстанцию. Оно позволяло не ощущать каменную пустоту в груди. Под взглядом Джастины этот камень словно теплел. Под улыбкой Джастины этот осколок словно проваливался в небытие, оставляя в груди Джастина живое и горячее сердце.

О том, что неплохо бы поддерживать какой-то застольный разговор, Джастину даже в голову не приходило.

А вот Джастину отсутствие беседы начинало понемногу напрягать. Как большой любитель делать из лимона освежающий лимонад, она начала с малого.

— Тебе нравится эта песня?

Джастин впервые обратил внимание на музыкальное сопровождение этого вечера.

— Что это? Что за композиция?

— Это «Мьюз», — сообщила Джастина.

— Никогда о таких не слышал.

— Да ну? Они вообще-то довольно популярные…

— Может, и так, — пожал плечами Джастин.

Остатки лазаньи были аккуратно подцеплены вилкой с тарелки.

— А какую музыку ты любишь? — не унималась Джастина.

— В основном классическую.

— Например?..

Он вздохнул.

— Бах, Моцарт. Оперы. Ну и так, по мелочи…

— По какой мелочи? — не отставала Джастина.

— Кое-кто из современных музыкантов.

— Кто же?..

— Лучано Паваротти. Хосе Каррерас. Довольна? Пласидо Доминго…

— Это же певцы. Не музыканты.

— Ладно.

— И что, совсем никого из современной эстрады?

— Разве что Стинг, — сдался Джастин.

Джастина хмыкнула и одним глотком осушила чашку с остывшим капучино.

По правилам хорошего тона и вообще дружеского диалога Джастин должен был бы поинтересоваться, а что же нравится самой Джастине.

И пауза в разговоре для этого имелась.

Но логичного вопроса не последовало.

Джастину не смутило молчание. И она продолжила свои расспросы:

— А какие фильмы ты любишь?

— Разные, — рассеянно отозвался Джастин. — Хичкок, старую классику… Черно-белые.

— Феллини?

— Феллини, Антониони…

— Понятно, — кивнула Джастина. — Знаешь, а я обожаю комедии, мелодрамы. «Свадьба лучшего друга», «День сурка»…

Джастин неожиданно встрепенулся.

— Неужели ты считаешь, что современный кинематограф в состоянии выдать что-нибудь хорошее?

— Почему нет?

— Да это же отрыжка современного искусства, — в негодовании произнес он.

— Значит, ты считаешь, что в Голливуде вообще не производят хорошей кинопродукции?

— Ключевое слово здесь именно «продукция».

Джастина хихикнула.

— Ты что же думаешь — актеры старой школы работали исключительно за идею? А как они оплачивали свои счета? По ночам работали грузчиками? Или махали метлой в качестве дворников?

Джастин пожал плечами. Кажется, она вот-вот одержит над ним верх в этой маленькой спонтанной баталии.

— Счета тогда были совсем не те, что сейчас, — протянул он. — К тому же, для того чтобы прожить, и требовалось человеку гораздо меньше. Это современное общество ставит своей целью лишь потребление. Особенно в Америке…