Мне тебя навязали - Лариса Петровичева

Чужое. Неправильное. Такое, которого Рейвенар не ожидал от себя.

– Значит, Софи, – сказал он. – Кем сделать будущую королеву, хромоножкой или безручкой?

***

Софи, легкая и воздушная, как бабочка, была непроходимой дурой. Марку нравилась в ней именно эта пустенькая глупость – жена была его украшением, которое радостно и с песнями раздвигало ноги и рожало детей.

И она почему-то решила, что корона, которую однажды наденет ее муж, дает ей некие особенные права.

– Хромоножкой? – переспросила Адемин, и ее глаза расширились в ужасе. – Нет… Нет!

Она испугалась. Страх окутал ее, словно саван, и Рейвенар этого не понял.

Тебе хотели причинить боль – так отомсти за это. Отомсти так, чтобы никто и никогда не посмел открыть рот в твоем присутствии.

Странно, что она, дочь короля, которая выросла при дворе Геддевина с непременной интриганской шкуродерней, не понимала настолько простых вещей.

Тебя должны бояться. Бояться так сильно, что страх перейдет в любовь и поклонение.

– Хорошо, – кивнул Рейвенар. – Значит, безручкой.

Он развернулся и пошел было к дверям, но Адемин бросилась следом, схватила за плечи и практически повисла на нем, стараясь остановить. С их разницей в росте это выглядело комично. Наверно.

– Нет, нет, пожалуйста. Я очень тебя прошу, не надо, – прошелестел ее голос. Рейвенар обернулся, перехватил девчонку за руки, стиснул тонкие запястья.

Она смотрела на него с мольбой и ужасом. В голубых глазах с длинными ресницами появилась прозелень, как в авенских аметистах. Красивые глаза, как странно: сама блондинка, а ресницы густые и темные, и на лицо падает тень, и глаза иногда делаются непроглядно черными.

– Ты не понимаешь, – произнес Рейвенар, глядя в эти перепуганные до смерти озера. – Если это спустить с рук, то потом будет хуже. Намного хуже.

– Они очень испугались, – прошептала Адемин. – Они страшно испугались и сбежали…

– Прекрасно. Завтра они все забудут. Решат, что это был пустяк. Нужно сделать так, чтобы не забывали. Чтобы принимали тебя всерьез, потому что ты – это я. Мы с тобой единое существо.

Зеленовато-голубой взгляд потемнел, словно ветер принес облако и закрыл солнце над озером.

– Они все поняли, – выдохнула Адемин, и Рейвенар разжал пальцы, освобождая ее запястья.

– А я хочу закрепить урок, – отрезал он и двинулся прочь.

Марк и Софи уже ложились отдыхать – когда Рейвенар, отодвинув охрану, прошел в их спальню, наследник престола как раз лобызал маленькие грудки законной супруги, освободив их из белого кружевного плена ночной сорочки. Услышав шаги, Марк поднял голову и недовольно произнес:

– Стучать надо!

– Я здесь как раз за этим, – заверил его Рейвенар и бросил заклинание.

Софи оторвало от кровати, выдернуло из объятий супруга и приложило головой о кроватный столбик. Стук вышел замечательный, как раз такой, который идет от пустой головы.

Будущая королева заверещала так, словно ее резали. Марк попытался было ее удержать, но куда там – новое заклинание Рейвенара швырнуло ее к потолку, к изящной фреске, на которой богиня природы шествовала по миру, рассыпая пригоршни цветов.

Наследник престола бросился к прикроватному столику, выхватил пистолет и навел на Рейвенара. Когда-то давным-давно Марк отбирал у брата немногочисленные игрушки, говоря: я принц и будущий король, здесь все мое, даже то, что твое.

Пусть теперь попробует забрать свою игрушку, которая трясет сиськами под потолком.

– Ты что делаешь, урод? – заорал Марк. – Охрана!

Охрана, разумеется, и не шевельнулась: не было среди охранников дурных соваться туда, где Рейвенар. Марк лихорадочно нажимал на курок, но пистолет сейчас превратился в еще одну детскую игрушку.

– Я воспитываю твою жену, – с улыбкой ответил Рейвенар. – И тебя заодно, раз уж она не поняла вчера, как нужно себя вести, а ты ей не объяснил. Мне казалось, что Леммы на столе достаточно.

Софи продолжала верещать под потолком. Над ее правым запястьем заструился дымок, и спальню начал заполнять запах горелого мяса.

Зачем ей рука, если она не умеет с ней обращаться?

– Сегодня она собиралась бросить огненный шар в мою супругу, – продолжал Рейвенар. – И…

Марк бросился на него, стараясь сбить с ног: Рейвенар встретил его простеньким заклинанием под названием Паутинка, и принц забарахтался в белой тонкой сетке, не в силах вырваться.

– Охрана! – по-бабьи завопил Марк, перекрывая вопли супруги. – Охрана, сюда!

– И я вынужден сделать так, чтобы ничего подобного больше не повторилось, – тоном профессора за кафедрой произнес Рейвенар. Правая рука Софи окуталась дымом и огнем, запах горелой плоти, тяжелый и густой, наполнил спальню – до конца он не выветрится никогда, всегда будет напоминать будущей королеве о том, как, собственно, должна себя вести королева.

– Охрана! – верещал Марк, пытаясь освободиться. – Убивают!

Софи уже не кричала – смотрела на свою горящую руку, задыхаясь от боли. Ничего, заживет: огонь запечатал боевые чары ее высочества – она больше не сможет их бросать. Рейвенар дунул в сторону Софи, и она рухнула на супружеское ложе, еле слышно скуля от боли. Ожог лежал на запястье черно-красной полосой, причудливым браслетом.

– Измена… – выдохнул Марк, с ненавистью глядя на брата. Наверно давал себе клятвы: стану королем и сниму с тебя шкуру. В кабинете своем повешу на добрую и долгую память.

– Я надеюсь, вы оба поняли меня правильно, – церемонно проговорил Рейвенар, поклонился и пошел прочь. Охрана все-таки отважилась вбежать в покои принца – Рейвенар ухмыльнулся так, что один из ребят в синих мундирах подмочил репутацию.

– Доброй ночи, ваши высочества, – сказал он с церемонным поклоном. – Сладких снов.