Мой папа - медведь - Анна Григорьевна Владимирова

- Какие требования?

- Как ты и говорил. Работа, жена.… что-то ещё…

- Ну, жена не обязательно…

- Но, если добуду, то гарантировано вернут. Так мне сказали.

- Ну, вроде, приемлемо. И у меня для тебя есть работа, кстати…

- Как все чудесно складывается, - прорвало меня. - А тебя приставят к медали за исправление международного ликвидатора первого класса. Только скажи мне, кому ваши же ликвидаторы будут заказывать всю грязную работу?

- Так и знал, что ты все испортишь, - разочаровано вздохнул в трубке Лео.

- Ну, ещё бы! Я же ни на что не способен.…

- Перестань, Кир! Я просто пытаюсь помочь тебе вернуть сына!

- Ты просто живешь в иллюзии, что, если надеть бантик и играть на балалайке по нотам Высших, можно жить, как человек среди них. Но это всё вранье. Они спишут тебя в утиль быстрее, чем моргнуть успеешь. И участь международного ликвидатора, на которого временами устраивают покушения, не покажется тебе такой уж и дерьмовой. По крайней мере, я не жду ни от кого никаких подаяний!

И я отбил звонок.

Я найду адрес этой опекунши. Сложно, но не невозможно.

Уже через полчаса я знал, где находится отдел, который нанимает ее на работу на станции. Если у них там так организован отдел опеки, не думаю, что офис отдела по защите природы охраняется лучше. Если вообще охраняется.

Я быстро собрался и вышел из квартиры.

22

- Ну, как он? - поинтересовалась я, опасливо заглянув Тише через плечо.

- Нормально, - кивнул он, не спуская взгляда с Каспера.

Паук выглядел помятым и испуганным. Он забился в угол своего террариума, прижал устрашающие лапы к тельцу так, что из норки торчала только пара передних, и от этого казалось, будто он уязвимо обнимает свои коленочки и пялится в пустоту. Интересно, он вообще в курсе, что очень страшный? Задается вообще вопросом, почему от него все разбегаются?

- Точно нормально?

- Да. Его не надо трогать просто. И он успокоится.

- Прямо как люди, - усмехнулась я.

Но Тиша посерьёзнел.

- Мне кажется, что.… люди так не любят.

- М-м-м?

- Ну, мне кажется, что люди любят, чтобы их трогали, обнимали…

И он отрывисто вздохнул.

- По-разному. Иногда так, как ты говоришь. А иногда нам хочется побыть в одиночестве.

Он задумался, но я уже знала, как его «перезагрузить»:

- Пошли обедать?

- Ага! - встрепенулся Тиша.

А я проследила, как он выбежал из детской и покачала головой. Тиша снова не говорит, что голоден. Надо будет Кирилла спросить, как часто любит есть его сын. И, кстати, я совсем забыла узнать о его ограничениях или болезнях. Вдруг есть какая-то хроника?

Обедал Тиша с неизменным аппетитом, и я улыбалась, глядя на него.

- А Роме понравится Каспер? - спросил он, отставляя чашку и вытирая усы от какао.

- Думаю, да.

- Не будет его бояться?

- Хотелось бы, чтобы не боялся. Но, ты ведь ему все объяснишь?

- Конечно! И что моих питомцев нельзя есть - тоже расскажу. Он же не голодный будет, да?

Я озадаченно замолчала.

- Ну, люди не едят пауков ведь, - начала, наконец, настороженно.

- Если голодны, то едят, - тихо возразил он и как-то съежился.

- Тиш, тебе нечего об этом переживать. Рома, уверена, с удовольствием примет участие в уходе за твоими питомцами.

- Было бы здорово, - виновато глянул он на меня.

- Не хочешь прогуляться? - решила сменить я тему. - Можно было бы сходить в магазин, может, ты хочешь что-то вкусненького?

- Хорошо! - просиял он.

В поисках одежды я разобрала сумку, в которой дед Гриша передал Тишины вещи. Да, нет, все вещи хорошие - чистые, добротные, выбор большой.… Откуда тогда у Тиши такие рассуждения о голоде? Откуда такой маленький ребёнок знает, что могут есть голодные люди?

- Тиш, а почему ты спросил, голодный ли Рома? - осторожно поинтересовалась я, беря его за руку, когда мы вышли из подъезда.

- Ну, это очень плохо, когда кто-то голодный, - ответил он тихо, и я пошла вдоль дома, не спеша выходить из двора, чтобы ничто не мешало мне слышать.

- Согласна с тобой. Ты видел какое-то кино, может быть, про голодных людей?

Он отрицательно покачал головой:

- Я не люблю кино.

- Ты где-то видел, как голодают другие?

Он кивнул.

- Сам тоже голодал?

И снова ответ был утвердительный. Я задумалась, стоит ли продолжать. Но все это было чересчур.

- Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти, - наконец, сказала я, осторожно подбирая слова. - А как же папа? Где он был?

- Он забрал меня оттуда, когда я был маленьким.

- Откуда, Тиш?

- Из дома для детей. Но мне нельзя говорить тебе, кто такие эти дети…

- Ладно, - поспешила я кивнуть. - Спасибо, что поделился со мной. А на детской площадке любишь играть с детками?

- Мне нельзя с обычными детьми играть, - снова огорошил он меня.

- Почему?

- Нам запрещено.

- Ладно. Тогда в магазин?

Он кивнул, и я решила больше не поднимать эту странную тему, а выяснить все у Кирилла.

«Нужно поговорить про Тишу. Наберите , как сможете», - написала я ему сообщение.

Больше мы об этом не говорили. Чтобы окончательно расслабить Тишу, я начала расспрашивать его о питомцах, когда и как они у него появились, кто ему нравится больше… Когда мы уже шли с полными пакетами домой, я случайно задала не тот вопрос, который следовало.:

- А кто у тебя ещё жил?

- Дикий крыс из приюта, Чушка.

- Какое милое имя, - улыбнулась я. - А как он у тебя появился?

- Его съесть хотели, а я не дал, - как само собой разумеющееся, поведал Тиша. - У меня и так все съели. Отбирали и съедали всех, кого я заводил. А Чушку я не отдал. Спрятал. А потом папа за мной пришел и забрал нас с Чушкой к себе.

Я округлила глаза:

- Это ужасно, Тиш. - И я поставила пакеты и притянула ребёнка к себе. Он с готовностью меня обнял:

- Теперь всё хорошо. Ты же говоришь, что Рома не съест у