Навсегда моя - Инна Инфинити

- С темы того, что твоя любовница делала в моем дворе. - Напускная улыбка сходит с моего лица, и последние слова я почти цежу сквозь зубы.

- Ты же сама сказала: Москва - большая деревня.

- То есть, ты по чистой случайности поселился в соседнем доме?

Сева неопределенно ведет плечами. Ему совершенно точно не нравится тема нашего разговора.

- Тебе не все равно, где я живу, Элла? Честное слово, я сейчас подумаю, что ты до сих пор ко мне небезразлична.

Я выпрямляюсь в кресле и скрещиваю руки на груди. Пару мгновений гляжу на бывшего мужа, склонив голову чуть на бок. То, как он пытается перевести все в шутку, говорит само за себя. Севастьян не хотел, чтобы я знала, где он живет.

- Ты прав, мне абсолютно все равно, где ты живешь. Но я удивлена, что ТЕБЕ не все равно, где живу я. С чего вдруг у тебя желание жить по соседству со мной?

- Хотел быть ближе к своему сыну.

Так я и знала, что в конечном итоге Терлецкий сведет разговор к Оскару. Мол, я не рядом с тобой, а рядом со своим сыном. В принципе, дальше продолжать дискуссию бессмысленно. Мы будем ходить вокруг да около. Но я не могу удержаться от колкости:

- А куда Марина шла в такую рань?

- Понятия не имею.

- Как это? Она же твоя бессменная любовница. Сколько лет ты с ней спишь? Уже десять, наверное?

- Не знаю, я не считал.

- Вы живете вместе?

- Элла, я сейчас точно подумаю, что небезразличен тебе, - слегка смеется.

Я начинаю злиться. Попытки Севастьяна перевести все в шутку вызывают во мне крайнюю степень раздражения. Действительно следовало бы сменить тему. А лучше - не разговаривать с Севастьяном вообще. Я бы хотела выгнать его из своей квартиры. Но ведь это будет выглядеть низко? Как будто я маленькая девочка, которую обидели. Но и поить Севастьяна чаями как-то не очень хочется.

- Если тебе интересно, - прерывает затянувшееся молчание, - то я не живу с Мариной. Я живу один. Марина действительно вчера была у меня в гостях. Это был первый раз с того момента, как я переехал в Москву. И в принципе первый раз за примерно полтора года. Если ты беспокоишься о том, что Марина будет рядом с Оскаром, то переживать не о чем. Марины рядом с ним не будет.

Я не знаю, что ответить на поток откровений Севастьяна. Вздохнув, отворачиваю голову в сторону и рассматриваю большую фотографию в рамке на стене. Там я и Оскар в его первый день рождения. У сына в руках ленточка с голубым воздушным шариком, на котором написано «Оскару 1 годик». Мы оба смеемся в камеру.

Пожалуй, продолжающиеся отношения Севастьяна с Мариной удивили меня даже больше, чем то, что бывший муж поселился в соседнем доме. Почему-то я не думала, что Сева может поддерживать связь с Мариной.

Сердце неприятно точит червячок. Конечно, мне все равно, с кем спит Севастьян, но…

Почему Марина? Неужели нет других девушек?

О любовнице Севастьяна у меня остались крайне неприятные воспоминания. Она постоянно пыталась поддеть меня или унизить. Подчеркивала свое превосходство надо мной. Заявилась на нашу свадьбу.

Я молча встаю с кресла и иду на кухню. Привкус горечи не отпускает. Включаю чайник, ставлю на стол две кружки, достаю из холодильника пирожные, которые вчера купил Илья. Секунду смотрю на них и убираю обратно в холодильник. Кощунство - есть их вместе с бывшим мужем.

Через пару минут Сева заходит на кухню, хотя я не звала его. Чайник закипел, я разливаю воду по кружкам.

- Я хочу сказать сегодня Оскару о том, что я его папа, - говорит вежливо, но твердо. - Не понимаю, к чему откладывать это на месяцы. Чем раньше скажем, тем быстрее он привыкнет.

Я ничего не отвечаю. Делаю вид, что не услышала. Умом понимаю: Севастьян прав. Раз уж я согласилась впустить бывшего мужа в жизнь нашего сына, то и скрывать от Оскара правду смысла нет. Тем более что сын мечтает о папе.

- Ну и так как я живу рядом, - продолжает, не дождавшись от меня реакции, - возможно, потом Оскар мог бы оставаться у меня дома один или два раза в неделю.

Вот тут я не могу смолчать. Фыркаю.

- Я ждала от тебя чего-то подобного. А потом ты захочешь увезти его в свою область на каникулы, да?

- Не буду скрывать: я действительно собираюсь свозить Оскара в свою область. В первую очередь для того, чтобы познакомить со своей мамой.

Я бы хотела ответить что-нибудь колкое, но молчу. К маме Севастьяна я отношусь с уважением. Несмотря на то, кем является ее сын.

- Твоя мама знает про Оскара?

- Да, я не так давно рассказал ей. Она мечтает познакомиться с внуком.

В груди появляется щемящее чувство. Мне жаль, что из-за своего сына Нина Арсеньевна лишилась внука. Она чудесная женщина и была бы прекрасной бабушкой для Оскара.

- Я не против знакомства Оскара с твоей мамой, - соглашаюсь.

Севастьян довольно улыбается.

- Тогда скажем ему сегодня, что я его папа.

- Ладно, - произношу без энтузиазма.

Оскар просыпается через час. Все время его сна я нервно кусала губы, в то время, как Севастьян был абсолютно спокоен. Я хотела обсудить с бывшим мужем, как именно мы скажем это Оскару. Но Терлецкий заверил, что сам подберет слова.

Оскар пьет какао с ватрушкой, Сева ведет с ним беседу о машинах, я нервно постукиваю пяткой по полу.

- Оскар, я хочу кое-что сказать тебе, - Севастьян подается вперед к сыну.

Мое сердце заходится так, словно я на американских горках. Я уже хочу вскочить со стула и как-нибудь заткнуть Севе рот, но он опережает меня:

- Я твой папа.

Ледяной ужас пронизывает меня, пока Оскар удивленно глядит на Севастьяна. Я начинаю миллион раз жалеть о том, что согласилась сказать сыну правду и вообще впустила Севастьяна в нашу жизнь.

- Правда? - спрашивает Оскар и переводит взгляд на меня.

Я не знаю, как лучше поступить: подтвердить слова бывшего мужа или опровергнуть. Когда мой ответ затягивается, я на свой страх и риск киваю головой, мол, правда.

Оскар снова смотрит на Севастьяна.

- А почему ты меня бросил?

- Я просто не мог быть рядом с