Невероятное влечение - Бренда Джойс

Сэр Рекс отказывался обращаться к нему в соответствии с герцогским титулом — «ваша светлость», — и, хотя это было странно, никто, казалось, не удивлялся на сей счет. Возможно, высшее общество просто привыкло к их близкому общению. Стивену была ненавистна сама мысль о том, что к нему вот так формально, по титулу, станет обращаться человек, благодаря которому он появился на свет, который в глубине души всегда желал ему самого лучшего и искренне переживал за него. Герцог уважал сэра Рекса и даже восхищался им многие годы, еще до того, как узнал правду о своем происхождении. Что же касается сэра Рекса, то он всегда был к Стивену необычайно добр и внимателен. Оглядываясь назад, герцог понимал почему.

— Дела замечательно, в настоящее время, среди прочего, я поглощен заботами о проекте жилищного строительства в Манчестере.

Стивен занимался строительством жилья для рабочих текстильщиков, это были дома с надлежащими освещением, вентиляцией и очистными сооружениями. Владельцы текстильных фабрик не были довольны планами Маубрея, но он не придавал этому значения: герцог считал, что они изменят свое мнение, когда осознают, что здоровые рабочие трудятся гораздо продуктивнее, чем больные.

— Вы уже завершили разработку проектов? — с явным интересом спросил сэр Рекс. Он неизменно горячо поддерживал все хорошие дела, которыми занимался Стивен.

— Нет, пока еще нет. Но я надеялся, что смогу показать эти проекты вам сразу после того, как они будут закончены.

Весьма довольный, сэр Рекс улыбнулся:

— Не сомневаюсь, что эти проекты сулят настоящий триумф, и я с нетерпением жду возможности ознакомиться с ними.

Сэр Рекс отличался от Тома Маубрея так сильно, как только может один человек быть непохожим на другого. Рекс де Уоренн верил в необходимость хвалить и поощрять, а никак не критиковать и обливать презрением. Стивен понимал, что ему давно пора привыкнуть к похвалам настоящего отца, но никак не мог этого сделать. Лестные слова всегда немного удивляли его, заставляли чувствовать себя неловко — и каждый раз окутывали сердце теплотой.

— Не исключаю, что возникнет несколько спорных моментов, — поделился Стивен. — Существуют некоторые проблемные вопросы, которые еще требуют решения.

— Вы обязательно их решите — собственно, как и всегда. Я убежден в этом, — с улыбкой ободрил сэр Рекс.

— Благодарю вас. Надеюсь, смогу оправдать вашу уверенность, — ответил Стивен и увидел, как Рандольф, сын сэра Рекса — и его собственный единокровный брат, — вошел в танцевальный зал. Рандольф тут же заметил отца и брата и, улыбнувшись, направился к ним.

— Я рад, что вы стали наставником Рандольфа, — заметил сэр Рекс. — После возвращения из Дублина он только и делает, что говорит о ваших добрых делах.

— Рандольф настойчив, решителен, а еще он очень смышлен. Ему удалось обнаружить некоторые расхождения в бухгалтерских счетах дублинского отделения компании «Клервуд Хоум». Мне пришлось заменить там директора.

— Рандольф мне говорил. Он изумительно управляется с цифрами. Этот талант ему достался явно не от меня!

Рандольфу не исполнилось еще и двадцати, но он уже был смуглым и необычайно привлекательным, являя собой почти полную копию отца, за исключением разве что волос золотистого оттенка. Рандольф твердо верил в себя, и это выражалось даже в его размашистой, уверенной походке — немало юных дебютанток бала буквально пожирали глазами сына сэра Рекса, когда он проходил мимо. Усмехнувшись, он остановился рядом с отцом и братом.

— Добрый вечер, отец… Ваша светлость.

— Опаздываешь, — мягко пожурил Стивен.

Щеки Рандольфа горели румянцем, вид у него был весьма самодовольным, и Стивен чертовски хорошо понимал почему.

— Вы не единственный, кто спас деву в беде сегодня вечером, — похвастался Рандольф.

— Ты подхватишь какую нибудь ужасную болезнь, — предупредил Стивен, искреннее встревоженный любовными похождениями брата. — Кроме того, не стоит открыто говорить о своих победах на амурном фронте.

Оживление Рандольфа немного померкло.

— Я и не думал опаздывать. Просто время для меня словно остановилось. — И он все таки снова захихикал.

— Разумеется, ты и не думал опаздывать. Ты не думал четко и ясно — сомневаюсь, что думал вообще. Это день рождения Сары, Рандольф! — Стивен надеялся, что его слова прозвучали не слишком резко, но брата нужно было хорошенько встряхнуть. Рандольф часто вел себя безрассудно, и герцога это беспокоило.

Парень опять вспыхнул до корней волос.

— Я принесу свои извинения Саре. — Рандольф бросил взгляд на сестру, его глаза восторженно распахнулись, и он воскликнул: — Да ты превратилась в настоящую красавицу!

Поведение Рандольфа позабавило Стивена, да и сэр Рекс усмехнулся. Когда молодой человек поспешил к сестре, де Уоренн промолвил:

— Я говорил с ним много много раз, но боюсь, у этого юнца в одно ухо влетает, а в другое вылетает.

— Рандольф заверил меня, что ведет себя осмотрительно и благоразумно, — успокоил Стивен.

— Благодарю вас, — вздохнул сэр Рекс. — Не могу припомнить ни одного мужчины из рода де Уоренн, который не был бы скандально известен своими многочисленными романами — до того момента, пока не становился женатым человеком.

И сэр Рекс выразительно посмотрел на внебрачного сына.

— Тогда получается, что Рандольф следует семейной традиции, — заметил Стивен. И тут же отвернулся от отца, почувствовав неловкость при мысли о том, сможет ли он сам когда нибудь стать доказательством этого правила. В некотором смысле Стивен надеялся, что нет. Для холостяка его бессчетные любовные связи казались чем то само собой разумеющимся.

В этот момент Стивен вдруг увидел Эджмонта, спешно пробиравшегося через толпу на нетвердых ногах, и тут же понял, что отец Александры мертвецки пьян. Герцог беспокойно огляделся вокруг, но мисс Болтон в поле зрения не было. Зато он заметил вдовствующую герцогиню Клервудскую, которая входила в танцевальный зал, причем не одна.

Тот факт, что мать прибыла на подобный прием в сопровождении, не был чем то из ряда вон выходящим, но Стивен мгновенно понял, что это появление в свете было не самым обычным. Ее держал под руку высокий смуглый мужчина, отличавшийся весьма впечатляющей, мужественной наружностью. А мать, как моментально заметил Стивен, вся светилась — словно была влюблена.

— Кто это сопровождает герцогиню вдову сегодня вечером? — резко поинтересовался он у сэра Рекса.

— Насколько я знаю, его зовут Тайн Джефферсон, он — хозяин ранчо из Калифорнии.

— Вы уверены? — Стивен был ошеломлен. Неужели его мать заинтересовал владелец ранчо? — Он что, богат? Из хорошей семьи? Выглядит скорее дикарем.

— Вам стоит успокоиться. Джулия — сильная, здравомыслящая женщина. Охотники за приданым вились вокруг нее долгие годы, и она ускользнула от каждого из них.