Просто пришла любовь... - Лорин Батлер

Уже давно не было дождя, рассуждала Клеменси. Если бы не разбрызгиватели, мы потеряли бы в этом году не один десяток виноградных кустов. А если бы не Ленард Рейнер, я потеряла бы все. Мне следовало сказать ему об этом, но почему-то нужные слова всегда застревают у меня в горле. А все из-за того, что Ленард ни разу не признался мне в любви.

Подойдя к дому, она поднялась на веранду. Тут все было погружено в легкую тень, пахло жимолостью, белые стены, зеленые жалюзи на окнах, зеленые стол и стулья из тростника — все это вызывало в ней умиротворенность.

Поднявшись в спальню, Клеменси разделась и скрылась в ванной комнате. Интересно, что за проблему решает Ленард с управляющим? — подумала она, вставая под душ. Главное, чтобы он не особенно задерживался.

Через десять минут Клеменси вернулась в спальню и уселась за туалетный столик, чтобы сделать прическу. В этот момент в комнату вошел Ленард и залюбовался шелковисто переливающимися длинными волосами Клеменси. Отложив щетку, она повернулась к нему и спросила:

— Все в порядке? Решили с Биллом очередную проблему?

— Да, все в порядке. — Он посмотрел ей в глаза, потом его взгляд скользнул вниз — к тому месту, где полы халата расходились, открывая длинные загорелые ноги. — Когда начнут съезжаться гости?

— Около семи.

— Как ты думаешь, у нас есть еще несколько минут, которые мы могли бы посвятить себе?

Она увидела в его глазах вспыхнувший огонь страсти, и ее сердце бешено заколотилось.

— Ты была великолепна, — с улыбкой шепнул Ленард, когда они, обессиленные бурной близостью, лежали в объятиях друг друга.

Клеменси было приятно, но все же не эти слова она мечтала услышать. Те, которых она ждала, Ленард не произнес еще ни разу. Зато с ее губ эти слова могли сорваться в любой момент. Вот сейчас, например, очень хочется сказать: «Ленард, я люблю тебя…»

— Однако, — пробормотал Ленард, — полагаю, нам пора пошевеливаться. Гости не должны дожидаться хозяев.

— Да.

Клеменси вдруг обуяли тревожные сомнения: а все ли у нее в порядке с головой? Ибо у нее мелькнула дикая мысль: я оказалась самой глупой женщиной на земле, потому что полюбила человека, которому нужна лишь для удовлетворения примитивных плотских желаний.

Между тем Ленард встал с кровати и пошел в ванную. Через минуту Клеменси услышала шум воды.

Почему я все время внушаю себе эти романтические бредни о том, что Ленард может влюбиться в меня? Почему надеюсь услышать от него слова признания? По прошествии восьми месяцев супружеской жизни мне пора бы уже научиться смотреть на вещи реально. Да, я нравлюсь ему, он уважает меня, но вряд ли в нем когда-нибудь проснется любовь ко мне.

— Милая, тебе следует поторопиться, — сказал Ленард, вернувшись в спальню.

Его бедра были обмотаны банным полотенцем, капли воды блестели на плечах и на мускулистой груди, зачесанные назад густые черные волосы открывали красивый высокий лоб. При виде его в голове Клеменси мелькнула упрямая мысль: нет, я никогда не откажусь от своей мечты. Не откажусь, по крайней мере, в те месяцы, которые нам осталось прожить вместе.

— Кстати, забыл сказать тебе! Сегодня утром я встретил в городе Беатрис, — как бы между прочим сообщил Ленард.

Клеменси вздрогнула. У нее появилось какое-то мрачное предчувствие.

— Я думала, Беатрис живет в Сан-Франциско с тех пор, как стала женой Джима.

— Да, они живут там, а сюда Беатрис приехала погостить у своих друзей.

— Понятно… — задумчиво протянула Клеменси.

— Я сказал Беатрис, что если она захочет, то может заглянуть к нам сегодня вечером. Ты не возражаешь?

— А почему я должна возражать? — удивилась Клеменси, хотя в душе она возражала, и даже очень. — Она явится на прием с Джимом?

— Не думаю.

— Тогда ее визит окажется для тебя своеобразным напоминанием о добрых старых временах, не так ли? — дерзко спросила Клеменси.

Она старалась казаться равнодушной ко всему, что было связано с именем Беатрис, однако ей плохо это удавалось. Мысль о том, что на приеме будет присутствовать бывшая подружка Ленарда, совсем не вызывала в ней энтузиазма.