И нет преград… - Юджиния Райли

Ноздри коротышки осуждающе раздувались.

— Я могу вам чем-то помочь, сэр?

Сэм скрежетнул зубами. Перед ним стоял тот самый маленький ханжа, который регистрировал их вчера.

— Да, черт возьми, можете! — прорычал Сэм с интонацией разъяренного быка. — Найдите ключ от наручников. Он должен быть в кармане моих брюк.

Мужчина даже не шелохнулся. На лице его было написано лицемерное возмущение.

— А позвольте узнать, сэр, каким образом вы попали в столь щекотливое положение?

— Не позволю!

Портье округлил глаза и погрозил Сэму пальцем. Его голос зазвенел от праведного негодования:

— Напрасно я пустил вас и эту… женщину… в нашу гостиницу. Вы сразу показались мне дикарями-греховодниками. Ясно как Божий день, чем вы здесь занимались.

— Вот как? И чем же?

Тонкие губы портье сложились в презрительную ухмылочку.

— Неужели вы думаете, что я буду говорить о таких нечестивых вещах? Имейте в виду, сэр, что это христианское заведение.

— А я что же, по-вашему, не христианин? — взревел Сэм. — Или вы воображаете, будто я родился на свет в какой-нибудь первобытной пещере?

Портье молчал — его просто душило негодование.

— Ладно, хватит болтать! Найди мне ключ от наручников, да побыстрей!

— Слушаюсь, сэр. — Метнув на Сэма выразительный взгляд, портье обошел комнату. — Сэр, я не вижу здесь никаких брюк.

— Проклятие! Наверное, их забрала эта ведьма. Портье надменно обернулся к Сэму.

— Знаете, что странно? Совсем недавно мальчик-конюх приступил к работе. Так вот, он обнаружил в лошадином корыте мужские брюки.

— В чертовом лошадином корыте? — заорал Сэм. Портье с достоинством расправил плечи.

— Нет, сэр. В простом лошадином корыте.

— Отлично! — усмехнулся Сэм. — Ну и негодяйка! Сию же минуту принесите мне эти брюки и ключ от наручников — или ножовку!

— Слушаюсь, сэр.

— Я убью ее, — процедил Сэм сквозь зубы, хватив свободным кулаком по матрасу. — Придушу голыми руками и избавлю судью Райчеса от трудов!

«У меня получится! Обязательно получится!» — мысленно повторяла Энни. Она галопом скакала по заросшему полынью горному склону к тополям, которые окружали узкий ручей на дне глубокого ущелья. Слава Богу, погода была ясной, если не считать облаков красной пыли, поднимавшихся с тропы. Восходящее солнце окрашивало восточный горизонт в ярко-красные и золотые тона. Пасторальную тишину нарушали лишь топот копыт ее лошади и далекий крик орла.

Энни не составило труда покинуть Прери-Стамп. Она прокралась в конюшню и, никем не замеченная, оседлала свою лошадь. Однако поездка в темноте по довольно неровной дороге отняла много времени. Она с большой осторожностью продвигалась вперед, боясь, что ее кобылка споткнется или угодит в нору суслика. В конце концов Энни сморила усталость. Она сделала привал и разрешила себе несколько часов поспать.

Когда рассвело, Энни поехала быстрее. В отличие от Сэма Ноубла она плохо знала местность, но у нее были все шансы добраться до Техаса раньше, чем он ее настигнет.

А что потом? Оставалось лишь надеяться, что там она сумеет понять, как действует деформация времени, которая перенесла ее на Дикий Запад, и она благополучно вернется в свое время, подальше от этого кошмара. Такая перспектива казалась весьма проблематичной, но ведь и все ее путешествие тоже нельзя было назвать обычным!

Она неслась галопом через тополиную рощицу, когда неожиданно рядом что-то мелькнуло. Сердце Энни упало, ив ту же секунду стальная рука сомкнулась на ее талии и стащила беглянку с седла. Оставшаяся без седока лошадь пронзительно заржала и поскакала дальше, расплескивая копытами воду из мелкого ручейка, а Энни плюхнулась на землю.

Сэм Ноубл нагнулся к своей пленнице, сорвал с ее талии свой «кольт», потом выпрямился и сунул оружие себе за пояс. Он высился над ней грозной громадой мускулов.

— Не так-то просто от меня сбежать, верно, милочка?

Способность дышать вернулась к Энни вместе с ослепляющей яростью. Глотнув воздуха, она кое-как поднялась на ноги и вырвала сигару у него изо рта.

— Мерзавец! Ты же мог меня убить!

На лице Сэма появилось наглое выражение.

— А кто сказал, что я этого не хотел? Когда я проснулся и узрел твои грязные проделки, я так ругался, что моя бедная мамочка наверняка ворочалась в гробу. А потом пришел этот плюгавый лицемер портье и увидел мой позор… — Он замолчал, тяжело дыша. — Ты меня унизила, женщина!

— Прекрасно! — Она гордо вскинула голову. — Я тебя перехитрила!

— Ну а теперь кто кого перехитрил? — прорычал Сэм и бросился вперед.

Он хотел схватить Энни, но та машинально применила знакомую ей тактику самообороны — аккуратно обойдя своего рослого противника, она выполнила безупречный переброс через бедро и опрокинула его на спину.

Поверженный Сэм ошеломленно уставился на Энни.

— Черт возьми, ты еще…

Но Энни уже бежала к его лошади. Оглянувшись, она увидела, что он настигает ее мощными скачками.

Спустя мгновение он поймал ее за руку и повалил на землю, больно придавив своим телом.

Она скривилась и попыталась вырваться.

— Слезь с меня, негодяй!

— И не подумаю!

— Издеваясь над женщинами, ты чувствуешь себя героем, да? — прорычала Энни, продолжая извиваться.

Сэм побагровел от ярости.

— А ты нахалка! Приковала меня наручниками к кровати, стащила мои брюки и револьвер…

— А ты тупой болван, которого нетрудно обвести вокруг пальца!

Смачно выругавшись, Сэм сунул «кольт» ей под нос. Энни испуганно округлила глаза. Сердце ее замерло, потом отчаянно забилось.

— Вот как? — процедил он, сверкая глазами. — И кто же кого победил, леди? Сдается мне, что ты не так уж и умна.

Энни задыхалась от ненависти.

— Как ты меня нашел?

Осклабившись, Сэм убрал револьвер от ее лица.

— Я знал, что ты поедешь той же дорогой. Чтобы выиграть время, я выбрал самый короткий путь.

— Тебе очень хочется получить вознаграждение, да? Ты так низок, что за деньги готов отправить в тюрьму любого, даже женщину?

— О да, милая, ты и впрямь женщина!

Его тон не понравился Энни. Она дернулась всем телом и судорожно глотнула, увидев, как изменилось лицо Сэма, как хищно блеснули его глаза.

— Не двигайся! — приказал он.

Услышав это тихое предупреждение, Энни испуганно замерла. В душе у нее все кипело от бессильной ярости, но она не собиралась бороться с вооруженным мужчиной.