Сюрпризы фортуны - Наталия Вронская

— Страна ваша прекрасна, — ответила Агния, — все вокруг очень любезны и милы со мной.

— А наш климат? Я знаю, что вы родом из каких-то северных земель.

— Не совсем так, мадам, я родом из России.

— Но разве там не холодно?

— Какую-то часть года — безусловно.

— Стало быть, наш климат вам непривычен.

— Да, признаюсь, это так…

Какое-то время дамы молчали, отдав все свое внимание кофе, которое они обе пили. Агния, отведя глаза от собеседницы, подумала, что синьора Сан-Пайо выглядит очень хорошо. Ей должно было быть около сорока лет, даже чуть больше. Но выглядела она весьма недурно. Агния уже давно заприметила, какие высохшие лица были у многих женщин здесь, с истомленными чертами лица, будто выточенными нарочно искаженными. Конечно, тут встречались и круглые, довольно приятные и мягкие лица, но все же смуглая кожа их казалась какой-то увядшей, прибавлявшей им годов. Синьора Сан-Пайо имела довольно бледную кожу, как видно, тщательно хранимую от солнца всевозможными ухищрениями. И именно это позволяло ей выглядеть так молодо.

Так дамы молчали около пяти минут, а затем старшая синьора продолжила делать вопросы:

— Вы, кажется, вдова. Не так ли?

— Да, именно так.

— Сколько же вам лет?

Агния слегка поморщилась, так как ненавидела этот вопрос:

— Двадцать три года.

— Вы так молоды… — протянула синьора Сан-Пайо. — Отчего же вы так рано овдовели?

— Мой муж был много старше меня.

— Как много старше?

— Между нами было около сорока лет разницы, — ответила Агния и вспомнила, что видела покойного графа лишь только один раз и он ей показался не просто стариком, а очень древним старцем.

— Вот как… О вашем браке, стало быть, позаботились родители…

— Точнее, мой брат.

— Что же… Мой сын человек молодой. — Синьора Сан-Пайо рассмеялась. — Ему нет еще и тридцати лет. И он достоин самой искренней любви. — Она с улыбкой взглянула на Агнию.

— Да, я тоже так считаю… — Молодая женщина улыбнулась в ответ.

— Мой сын… — Синьора замолчала… — Я очень его люблю… Он достоин самого лучшего, ведь он богат, умен, хорош собой… Полагаю, вы все это заметили и сами?

— О да… — Агния рассмеялась в ответ. — Я была бы достойна всяческого осуждения, если бы не видела всех его достоинств.

— Полагаю, что ваши отношения… — дама замялась, — ваши отношения… не зашли слишком далеко? Простите, быть может, я слишком многое позволяю себе…

«Знать бы еще, что вы имеете в виду, дорогая дама», — подумала Агния.

— Я не совсем понимаю вас, — ответила она.

— Вы уже были замужем, потому я не думаю, что шокирую вас, если спрошу прямо. — Синие глаза синьоры Сан-Пайо уставились прямо в глаза Агнии. — Вы в положении?

— Нет, — с удивлением покачала головой молодая женщина. — Но почему вы так подумали?

— Марселу так торопит с этой свадьбой. Я подумала, что для того есть особые причины…

— Таких причин нет, — неожиданно для самой себя насупилась Агния.

Синьора Сан-Пайо, конечно же, заметила это и тонко улыбнулась.

— Вот и хорошо, — примирительно сказала она. — Марселу сказал мне, что любит вас, — дама пристально посмотрела на Агнию. — И я склонна ему верить… Признаться, я никак не ожидала, что он захочет жениться на ком-нибудь, кого я не знаю… На иностранке… Перед его отъездом в Европу я никак не могла предположить, что вернется он уже с невестой… Сказать по правде, здесь есть девушка, которую я очень желала видеть женой моего Марселу…

При этих словах Агния, как это говорится, сделала стойку.

«Вот еще чего не хватало! Неужели у него тут была невеста?»

— О нет, нет! — воскликнула синьора Сан-Пайо. — Не думайте, что они были помолвлены! Мой сын никогда не посмел бы разорвать объявленную помолвку, слишком велики его понятия о чести.

— Я и не сомневалась в этом, — ответила Агния настороженно.

— Все-таки я не могу скрывать от вас, что моему сердцу матери эта помолвка была бы весьма приятна. Молодая девушка, не бывшая замужем. — Синьора кинула на Агнию быстрый взгляд. — Ей только шестнадцать лет, — прибавила она. — И она богатая наследница, к тому же местная уроженка. Ее семья живет в Бразилии уже сто пятьдесят лет. Примерно столько же, сколько и наша семья.

— Она красива? — с улыбкой спросила Агния, немало подосадовав про себя.

— Да. Впрочем, все молодые девушки, как правило, красивы, — тонко улыбнулась синьора Сан-Пайо.

— Ну, с этим можно поспорить! — Обе дамы обернулись на веселый голос, донесшийся до них от двери.

Марселу легко вошел в комнату и сначала поцеловал руку матери, а потом подошел к Агнии и, поцеловав руку и ей, встал за спинкой ее кресла.

— Ты всегда любил спорить, мой дорогой! — Синьора Сан-Пайо нежно улыбнулась сыну.

— Нисколько, мама, просто ваше утверждение мне показалось несколько… неправдоподобным.

— Что же, тебе виднее… Мужчинам более пристало разбираться в женской красоте, чем самим женщинам.

— Мама, вы правы, как и всегда. Но вы уже познакомились? Вы обо всем расспросили мою невесту?

— Что ты! О чем я могла расспрашивать? Мы просто разговаривали, не так ли? — Синьора слегка наклонилась к Агнии.

— Да, именно так, — улыбнулась та в ответ.

— Но, Марселу, дорогой мой… Я должна обсудить с тобой важное дело. Госпожа графиня, — дама обернулась к Агнии, — это касается нашего дома в Рио и, думаю, не будет вам интересно. Вы позволите мне отнять у вас внимание моего сына?

— Конечно, — согласилась Агния.

— Прости, дорогая. — Марселу еще раз поцеловал ей руку и вышел вслед за матерью.

* * *

— Марселу, дорогой мой… Ты должен понять, что я забочусь только о твоем счастье! Ну что тебе эта женщина? Посуди сам — она вдова, иностранка, о ней никто здесь ничего не знает, ее никогда не примут в столице!

— Что же, мы будем жить на фазенде. — Марселу обернулся к матери. — Я не думаю, что мою невесту испугает эта перспектива.

— Ты не думаешь о нас…

— Мама, простите, но какое влияние на вас и на сестер может оказать этот брак?

— Большое! Ты помнишь Элену Гонзага? Какой бы это мог быть блестящий союз! И конечно, это помогло бы и твоим сестрам, ведь один удачный брак открывает дорогу другим удачным бракам. А вот твой союз с этой женщиной, происхождение которой сомнительно…

— Зачем вы так говорите?

— Происхождение которой сомнительно! — настойчиво повторила мать. — Никто и ничего здесь о ней не знает! Каково ее состояние? Кто ее родители? Кто был ее муж? И для чего тебе жениться на вдове, когда ты можешь взять себе в жены любую молодую девушку здесь?