Песня реки - Синтия Томасон

– Как бы я это сделала? Без одежды, без денег. Как подумаю, просто ужас берет!

Анна подняла на него почти невинные глаза, и он размяк. Можно было надеяться, что она убедила его. Вероятно, он поверил, что она не дойдет до такой глупости, как возвращаться в Кейп-де-Райв, тем более не станет добираться туда собственными силами.

– Отдых – вот что вам нужно, – сказал он и улыбнулся. – И должно быть, вы безумно голодны. Что бы вы сейчас съели? Возможно, я сумею достать для вас супа и хлеба.

– Это было бы очень любезно с вашей стороны. Может быть, еще чая. Но что я действительно хочу, так это горячую ванну!

– Хорошо. Я посмотрю, что я смогу для вас сделать, – пообещал Филип и добавил: – Не знаю, поверит ли шеф-повар, что я вдруг воспылал любовью к чаю. Попробую убедить его, хотя это может вызвать лишние подозрения! – Он прошел к двери, но прежде чем открыть ее, повернулся к Анне. – Держите дверь на задвижке, – предупредил он, – и не открывайте никому, кроме меня.

Анна покорно кивнула и снова устроилась на подушках. В отсутствие Филипа она решила попытаться не думать ни о чем, только сосредоточиться на теплой очищающей ванне, возможно, последней роскоши в ближайшей перспективе.

Вскоре Филип вернулся. Он открыл дверь, но только так, чтобы можно было просунуть голову. Когда Анна выглянула из-под простыни, он одними губами произнес:

– Вылезайте и спрячьтесь.

Она сползла на пол и притаилась за кроватью. Филип в сопровождении стюарда, одетого в сине-белую форму, вошел в каюту. Юноша втащил через дверь деревянную ванну и установил ее в центре комнаты.

– Я сейчас вернусь, мистер Бришар. Принесу ведра с горячей водой.

– Хорошо, Джим. Только не надо заносить сюда. Оставь их за дверью, возле прогулочной дорожки. Я сразу же заберу их.

Молодой человек утвердительно кивнул и удалился. После его ухода Анна встала и подошла к полированной ванне из золотистого дуба, с высокой закругленной спинкой и бронзовым подголовником. На внутренней поверхности ванны имелись поручни из такого же металла, а снаружи корзиночка с выгравированной надписью «Герцогиня Орлеанская». В корзиночке находились флаконы с эфирными маслами и одеколоном, толстая мягкая губка, обернутая цветочной бумагой, и непочатый кусок мыла. На другом конце ванны было перекинуто через борт большое полотенце, суше и мягче желать нельзя! Анна представила, как вскоре она будет шевелить пальцами в теплой воде, и восхищенно выдохнула:

– Замечательно! Я никогда не видела такой элегантной ванны.

– Помокнуть в ванне полезно, – сказал Филип. – Лучшее средство от ломоты и болей, подобных вашим.

При упоминании о недавних травмах Анна вздрогнула. Мгновенный восторг, который она испытала при виде чудесной ванны, омрачился суровой реальностью.

– Я полагаю, мистер Бришар, это может снять какую-то долю боли, но не всю боль, – сказала она, вспомнив о смерти Мика и своем ужасном положении.

Лицо Филипа стало хмурым, кончики его губ поползли вниз.

– Мне очень жаль, Анна, – сказал он с сочувствием в глазах и дотронулся до ее руки. – Я не собирался напоминать вам о…

Она отступила назад, опасаясь, что позволяет ему подходить слишком близко. Его рука упала и как плеть повисла вдоль тела.

– Не беспокойтесь, я справлюсь, – сказала Анна. – Я уже пришла в себя. Действительно, все хорошо. – Она знала, что это неправда, но твердо придерживалась своего решения сохранять дистанцию.

Филип повернулся на стук в дверь.

– А, вода прибыла! – Он, казалось, обрадовался, что у него появилась возможность заняться перетаскиванием ведер с дымящейся водой и наполнением ванны. – Ну вот, теперь полный порядок, – сказал он наконец, улыбаясь. – Полезайте и наслаждайтесь.

Анна заколебалась, ожидая, что он покинет комнату, но вместо этого Филип начал расстегивать рубашку. Раздевшись до пояса, он сел на кровать и стянул ботинки.

Анна в недоумении смотрела на него.

– Что вы делаете?

– Собираюсь пока поспать. Я безумно устал.

– Спать сейчас?

– Да, сейчас.

– Но вы не можете!

– Почему не могу?

– По… потому что я принимаю ванну!

– Я знаю, – спокойно продолжал Филип. – Мне это не мешает. Я усну через две минуты.

Анна была ошарашена такой бесцеремонностью, особенно после того, как всего несколько минут назад он казался ей таким чутким!

– Как вы себе представляете? Вы думаете, я смогу раздеться, находясь с вами в одной комнате?

– Я думаю, если вы собираетесь купаться, вам придется сделать это, – невозмутимо ответил Филип. – Поймите, Анна, я тридцать шесть часов не был в постели. Поэтому, сколь ни велик соблазн лицезреть вас в этой ванне, как вы, должно быть, себе воображаете, в данный момент у меня к этому нет интереса. – Филип улыбнулся ей дьявольской улыбкой и, совершенно неподобающе подмигнув, добавил: – Может, как-нибудь в другой раз.

Анна стояла, словно приклеившись к полу, глядя на него немигающими глазами. Ее чувства колебались между яростью и возмущением на одном полюсе и позорной униженностью – на другом. А Филип как ни в чем не бывало улегся на кровать и отвернулся, укрывшись до пояса атласным покрывалом. Анна наблюдала, как перекатывались его тугие мышцы, когда он поочередно то сгибал, то расслаблял спину и плечи. Потом он затих. Буквально через пару минут его дыхание стало легким и ровным, как он и предрекал, и она поняла, что он действительно спит.

Анна начала расстегивать большую рубашку, которая была на ней, останавливаясь то и дело, чтобы украдкой взглянуть на Филипа. Освободив последнюю пуговицу, она позволила рубашке упасть на пол и постаралась как можно быстрее избавиться от нижнего белья. Затем ступила в ванну, не отвлекшись даже на секунду, чтобы взглянуть на свои синяки и болячки. Восхитительная влага дюйм за дюймом медленно окутывала се тело приятным теплом, пока наконец ее голова в полной неге не опустилась на гладкую опору.

Пусть это было безнравственно – находиться здесь вместе с мужчиной, спавшим всего в паре футов от нее, пусть! Анна больше не беспокоилась на сей счет. В конце концов, за последний год она увидела, что в мире полно грешников, нарушающих заповеди гораздо чаще, чем она. С этими мыслями она извлекла из корзинки стеклянный флакон с надписью «Лаванда» и влила в воду несколько драгоценных капель.

Анна вновь окинула взглядом Филипа. Тусклый свет, проникавший сквозь прорези ставен, позволял видеть, как он дышит, как плавно вздымается и опадает его спина. Так же ясно различался его затылок с кончиками густых волос на подушке. Филип мягко посапывал во сне, и, слыша эти размеренные звуки, Анна подумала, что они каким-то непонятным образом создают ощущение надежности. Возможно, в минуты сна он улетел куда-то очень далеко, но его дыхание напоминало, что в действительности он рядом. Она тряхнула головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли, и стала сползать еще ниже. Вода медленно закрывала ее по самое темя, помогая утопить волнение.