Продается поместье с невестой - Генриетта Рейд

Вечером девушка повела машину домой.

Подъехав к «Мызе», Труди заметила: в окне кабинета Клайва горит свет.

— Дядя Клайв приехал! — радостно вскричала Люсиль, едва ступив в гостиную.

Труди медленно последовала за ней. Ричард совершит чудовищную ошибку, если завтра осуществит свой план и начнет выяснять отношения с Клайвом Рэнкином.

Мысль о том, что ей придется смотреть в лицо Клайву, зная, что должно случиться завтра, была для Труди невыносимой. Она проскользнула в приоткрытую дверь, сняла с крючка в гардеробе свои пальто и шляпу и на цыпочках прокралась к парадной двери, как вдруг резкий звук его голоса заставил ее остановиться:

— Вы ведете себя так, Труди, словно у вас совесть нечиста.

Покраснев, девушка повернулась и встретилась глазами с насмешливым взглядом Клайва, стоящего в дверях кабинета.

— Ну, — нетерпеливо произнес он, — скажите что-нибудь. Естественно, я требую объяснений. Почему гувернантка моей племянницы крадется из дома, словно в ее жизни произошло нечто ужасное?

— Это не так…

Клайв тут же воспользовался ее промахом.

— Что не так? — Девушка молчала, поэтому он продолжил: — Кажется, догадываюсь. Благодетельные дамы — учредительницы праздника пришли в ужас от того, что в их благотворительном мероприятии будет, участвовать Валери Марчант. Или вы поругались со своим бесценным возлюбленным?

— Я не его невеста, — вспыхнула Труди.

— Нет? — Он удивленно поднял брови. — Б каких же отношениях вы находитесь с этим молодым человеком?

Труди колебалась. С одной стороны, она была возмущена столь откровенным вопросом, а с другой — понимала, что их отношения с Ричардом Верлингом не поддаются определению.

— Почему бы вам не войти? — сухо поинтересовался Клайв, догадываясь о внутренней борьбе Труди. — Заходите в кабинет, выпейте чашечку кофе и расскажите дядюшке Клайву вашу историю. Люсиль, быстро иди спать, — резко приказал он девочке.

Труди с неохотой вошла в кабинет, Клайв распорядился принести кофе. «Было так просто отказаться», — подумала девушка, делая глоток из принесенной Нелли чашки.

— Вы все еще не ответили, — улыбнулся молодой человек, — в каких отношениях находитесь с Ричардом Верлингом, или вы считаете, что это не мое дело?

Труди опустила глаза.

— Вот именно, — твердо ответила она. — Я действительно считаю, что это не ваше дело.

— Вы заблуждаетесь, — произнес он, медленно помешивая кофе. — Моя прямая обязанность заботиться о благе моих подчиненных. Посмотрите на ситуацию под этим углом зрения, и тогда, возможно, вы с большей охотой расскажете, что же случилось. В конце концов, — он в упор смотрел на Труди, — я не всегда буду находиться здесь.

— Не… не всегда будете находиться здесь? — заикаясь, переспросила девушка.

— Конечно нет, — холодно ответил Клайв. — Придет время, когда Люсиль не будет нужна гувернантка, и моя опека над ней закончится. Вам придется об этом подумать, — произнес Клайв. Заметив, что щеки девушки слегка порозовели, он решил развивать эту тему. — Настанет время, когда Люсиль захочет выйти замуж, и, если вы не станете женой Ричарда Верлинга, чем вы будете заниматься? Удалитесь на покой в Мэриголд-коттедж и, превратившись в седовласую розовощекую старую деву, приметесь облагораживать свой маленький садик? Или все же станете миссис Верлинг, степенной матерью семейства, и, возможно, вам даже окажут высокую честь и изберут членом местного благотворительного общества?

— Почему вы относиться к нам с таким презрением? — гневно спросила Труди. — Вы говорите так, словно только люди, подобные Валери Марчант, могут…

— Да? Что же вы не продолжаете? — произнес Клайв. — Могу представить, что вам наговорила прямолинейная леди Восток. Скажите, Труди, вы действительно, согласны со своими друзьями? Вас ужасает мысль о принадлежности к моему дому?

— Я не принадлежу вашему дому! — вспыхнула девушка.

— Нет, мой маленький воробушек, принадлежите. Будучи гувернанткой Люсиль, вы являетесь частью «Мызы», и мы довольно давно существуем под одной крышей. Не боитесь косых взглядов своих друзей?

Девушка замолчала, не зная, чего конкретно он добивается. Одно она понимала четко: Клайв сознательно старается вывести ее из себя.

Молодой человек поднялся на ноги и замер.

— Итак, вы не ответили!

— Не знаю, что сказать. Я всегда считала себя частью штата служащих, подобно миссис Дайерз, Нелли и садовнику.

— Тогда почему бы мне не перестать вести себя с вами как со своей любимицей и не совать нос в ваши личные дела? Вы это имеете в виду?

Труди поняла, что ее слова использованы против нее, и озабоченно нахмурилась:

— Вовсе нет, но ваш жизненный опыт много богаче моего, поэтому мне сложно понять вас.

Неожиданно он улыбнулся, и Труди ощутила исходящие от него тепло и радость.

— Сложно, но не невозможно же? Она робко кивнула.

— Ладно, — весело произнес он, — тогда в качестве первого урока понимания и оценивания по достоинству Клайва Рэнкина как насчет того, чтобы позволить мне проводить вас в Мэриголд-коттедж?

Труди не знала, что ответить. Если кто-нибудь увидит, как она идет к своему дому с Клайвом Рэнкином, тут же поползут самые невероятные слухи об их связи.

Но Клайв не дал ей возможности возразить: схватив за руку, вывел ее на улицу. Когда они подошли к коттеджу, уже опустились сумерки, маленький садик был напоен сильным сладковатым благоуханием маттиолы. Клайв остановился у калитки.

— Заходить в дом я не буду, хотя приглашение было бы благородным жестом с вашей стороны.

Его голос дразнил ее, и Труди поймала на своем лице взгляд его загадочных темных глаз.

В тусклом свете уходящего дня острые черты ее лица смягчились, она смотрела на Клайва по-детски, широко распахнутыми глазами. Внезапно он подался вперед и поцеловал ее. Девушка с испугом отпрянула, он отрывисто произнес:

— Не беспокойтесь. Этот поцелуй предназначался маленькой милой девочке. Когда повзрослеете, дайте мне знать. — С этими словами он быстро пошел прочь.