Город нашей любви - Тереза Саутвик

Молодая женщина машинально посмотрела в сторону спальни Джека.

— Джек сейчас немного занят, но я спрошу…

— Не надо! Я могу поговорить с тобой. Просто мы скоро уезжаем: Себастьяну нужно срочно вернуться на родину. Звоню, чтобы попрощаться. Вы так быстро ушли с праздника, что мы не успели вас предупредить.

— Нам все очень понравилось, — выдавила Мэдди. Перед глазами пронеслись события того вечера, и она покраснела.

— Мэдди, у тебя все в порядке? — обеспокоенно спросила Эмма. — У тебя такой странный голос…

Молодая женщина нервно прикусила губу. Если она скажет «нет», то придется сказать почему. А она сама до конца не разобралась в своих чувствах. Лучше пока никому ничего не говорить.

— Это как-то связано с Джеком? — догадалась Эмма. Помолчав, она произнесла: — Не хочу лезть не в свое дело, но… Ты его любишь?

— Нет. Конечно, нет! — горячо воскликнула Мэдди, едва к ней вернулся дар речи. — Просто… ммм. Дело в том, что у нас возникли небольшие разногласия.

— Извини, — в голосе Эммы прозвучало раскаяние. — Мэдди, я опять сую нос не в свое дело, да? — она помолчала. — Просто, если ты действительно любишь его, не сдавайся! У нас с ним было не очень-то счастливое детство. Наверное, поэтому общаться с ним — не пряники есть. Да, пожалуйста, сделай мне одолжение! Скажи ему, что мама мне во всем призналась. Вроде все. Ты знаешь, что делать. Пока, Мэдди! Приятно было с тобой познакомиться!

В трубке раздались гудки — Эмма бросила трубку.

— Кто звонил? — Джек вышел в гостиную. Сердце у Мэдди, казалось, забилось где-то в горле. Боже, как же он красив!

— Твоя сестра, — справившись с волнением, ответила она. — Они с Себастьяном уезжают. Эмма звонила, чтобы попрощаться.

— Ясно, — кивнул Джек. — Тогда почему у тебя такое выражение, словно Нью-йоркская фондовая биржа вдруг рухнула?

Теперь Мэдди смотрела на него каким-то новым взглядом, подмечая потухшие глаза, впалые щеки. Внезапно до ее сознания дошел смысл фразы, сказанной Эммой: «Ты знаешь, что делать».

— Какая погода в Дублине? — небрежно спросила она.

— Тебе зачем? — Джек подозрительно прищурился, лицо приняло упрямое выражение.

Может, размышляла Мэдди, если Джек избавится от призраков прошлого, у них появится шанс повернуть все вспять и вернуть их прежние отношения? Надежда, конечно, слабенькая, но попробовать стоит. Невооруженным глазом видно, его что-то мучает. И не надо глубоко копать, чтобы понять, в чем дело. Все их неприятности начались в Лондоне, поэтому первым делом нужно вскрыть старые болячки и надеяться, что их удастся залечить.

— Затем, чтобы знать, как нам одеться. Мы едем навестить твою маму.

Арендованная машина петляла по дороге меж зеленовато-бурых холмов Ирландии, а Джек все еще не мог прийти в себя. Как Мэдди удалось вытащить его сюда? Он и опомниться не успел, как дозвонился до матери и сообщил ей о своем приезде. Черт возьми, она ведь его уломала, не спекулируя своим полом! Джек покачал головой.

Дом матери, до замужества Кэти О'Брайан, оказался простым двухэтажным коттеджем, окруженным белоснежной изгородью, в пятнадцати минутах езды от Дублина. Все здесь дышало покоем, так не сочетавшимся с характером матери Джека.

Он помнил свою мать легковозбудимой, требующей к себе повышенного внимания, капризной, хрупкой женщиной. «Не шуми, веди себя как следует, слушайся меня, или я пожалуюсь отцу» — вот, пожалуй, все, что он о ней помнит. И Джек упорно работал над собой, пока однажды отец не сказал ему, что скорее ад превратится в рай, чем он подпустит его к семейному бизнесу. Джек сжал кулаки. Макс прав: неизвестно, когда ему еще представится такой шанс, а у мести, оказывается, сладкий вкус. Почти как вкус губ женщины, сидящей рядом.

От Мэдди не укрылось то, как внезапно заблестели его глаза.

— Джек, ты нервничаешь?

— Конечно, нет.

Машина остановилась на подъездной дорожке, и Джек помог Мэдди выйти. До них донесся негромкий смех, и из-за угла дома показалась пара. Высокий черноволосый мужчина обнимал его мать. Они шли, не замечая его пристального взгляда. Джек подметил, что она почти не изменилась: полная женщина с длинными белокурыми волосами, колечками лежащими на ее плечах. Годы пощадили ее: она выглядела такой же молодой, какой он ее запомнил. Она подняла лицо на своего спутника, заглядывая в его голубые глаза, и просияла в счастливой улыбке. Мужчина нежно улыбнулся ей в ответ.

Значит, вот какая она, любовь… Мысль была подобна удару в солнечное сплетение.

Увидев сына, Кэти замерла и со страхом посмотрела на Идена. Он подбадривающе кивнул и подтолкнул ее вперед. Сделав несколько шагов по мощеной дорожке, Кэти остановилась перед Джеком.

— Джек… как же ты возмужал, — окидывая взглядом фигуру сына, сказала она с ирландским акцентом. — Совсем не похож на моего мальчика.

— Здравствуй, мама.

— Я рада тебя видеть! — Она протянула было руку, но передумала. Взгляд ее упал на стоящую рядом с Джеком женщину. — Твоя жена?

— Мэдисон Форд, — с небольшой заминкой ответила Мэдди, протягивая руку. — Его ассистентка. Рада с вами познакомиться.

— Взаимно, — пожала ее руку Кэти.

— А вы? — обратился Джек к мужчине.

— Иден Фолли, — мужчина обнял Кэти. Его ирландский акцент был слышен за милю. — Мы с твоей матерью… — договорить ему не удалось.

— Друзья, — перебила его Кэти. — Мы как раз собирались пить чай. Присоединитесь к нам?

— С удовольствием, — отозвалась Мэдди.

— Да, — получив тычок в ребра, принял предложение Джек. — Нам есть о чем поговорить.

Они прошли на кухню мимо гостиной, и Джек заметил, что это была уютная комната, так не похожая на гостиную в доме отца, где все кричало о роскоши. У стены стоял диван с вышитыми на нем цветами, через спинку которого был небрежно переброшен плед. На столе — перевернутая книга и очки.

Иден поворошил кочергой угли и разжег в печи огонь. Кэти предложила им сесть за сосновый стол, пока она будет готовить чай. Когда в очаге весело запылал огонь, Иден присоединился к Кэти.

Джек не сводил с них глаз. Они работали в том едином согласии, когда единение тел уже стало единением душ. Словно невзначай, они касались друг друга руками и телами, обмениваясь улыбками, которые говорят лучше всяких слов.

И она называет его другом?

Джек поднялся и оперся бедром о стол. Не заметить его жеста было невозможно.

Мать разлила чай по чашкам и, словно не замечая наступившей неловкости, весело сказала:

— Это поможет вам согреться.

— Спасибо, — Мэдди обхватила чашку руками.

— Ну и чем ты занималась эти двенадцать лет? — Джек неприязненно посмотрел на Идена.