Согласна на все - Майя Блейк

– Неужели нет другого способа?! – не сдержавшись, воскликнула Жасмин.

– Мисс Николс… – начал один из членов совета.

Рейес поднял руку, останавливая его.

– Продолжай, – обратился он к ней.

Его одолевало любопытство. Если она предложит лучшее решение, он с готовностью его выслушает.

Первая попытка жениться оставила в душе незаживающие раны. Когда сестра Рейеса, Изабелла, объявила о своей помолвке, он надеялся, что будет управлять Санта-Сиеррой до тех пор, пока не подрастут сыновья сестры.

– Что, если мы докажем, что за пропажей договора стоял Мендес? – предложила Жасмин.

Рейес вскочил так резко, что опрокинул кресло.

– Господа, оставьте нас. – Потрясенные мужчины не сводили глаз с Жасмин. Он хлопнул ладонью по столу. – Господа!

Они поспешно встали и удалились.

– Что ты творишь?!

Она вздрогнула от его рыка.

– Пытаюсь помочь.

Рейес провел рукой по волосам.

– Встав на пути опасного человека?

– Но твои советники…

– Некоторые из них весьма консервативны и не приветствуют никаких изменений.

Жасмин нахмурилась:

– Думаешь, если они узнают… – Не закончив предложения, она сглотнула.

– Пока я не знаю, кому можно доверять, и не желаю рисковать твоей жизнью.

Тот факт, что Жасмин едва не выдала себя, взволновал его неимоверно. Рейес шагал взад-вперед, пытаясь понять, почему ее безопасность для него так важна. Краем глаза он заметил, как она потянулась к нему.

– Рейес…

– Не пытайся ослушаться меня, Жасмин. Я не хочу отягощать свою совесть еще одной разрушенной жизнью.

Они оба застыли в шоке.

– Что… что ты хочешь этим сказать? – срывающимся голосом спросила она.

Он отмахнулся:

– Не важно. – Рейес сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть самообладание, которого он, похоже, легко лишался рядом с ней. – Я позову советников, а ты воздержишься от упоминаний о том, что случилось в Рио. Я ясно выразился?

Впервые за все время, что они были знакомы, Жасмин с готовностью кивнула.

Мужчины сели за стол, переговариваясь между собой. Рейес сжал кулаки:

– Господа, нам нужно обсудить вопрос о моей невесте.

Жасмин снова не сдержала протестующий возглас, но Рейес сделал вид, что не обратил на это внимания.

– Что ж, ваши визиты в разные страны, связанные с торговыми вопросами, предоставляют хорошую возможность взглянуть на перспективных кандидаток, но… – Альварес прочистил горло. – Но вам не помешает большая открытость, ваше высочество.

– Поясните.

– Полагаю, ваши дальнейшие поездки не должны быть тайными. Люди хотят видеть своего принца увлеченным жизнью. Покажите им, что вы человек из плоти и крови, а не обитаете в башне из слоновой кости.

Рейес ущипнул себя за переносицу.

– Вы хотите сказать, что мое желание никого не впускать в свою личную жизнь – порок?

– Я всего лишь хочу сказать, что ваши подданные вас не знают. Вы взяли в свои руки переговоры с Вальдеррой после того, как ваш отец заболел, однако финишная черта так и не была пересечена. И люди не знают, как к этому относиться.

Рейес почувствовал, как в нем забурлила ярость.

– Исходя из ваших слов, что бы я ни делал, мои подданные не будут удовлетворены, пока я не начну вести себя фамильярно, целовать детей и обещать скорую королевскую свадьбу с перспективой появления в ближайшем будущем наследника?

Рейес не смог удержаться от насмешки. При мысли, что его личную жизнь будут рассматривать под микроскопом, что за ним по пятам будут следовать репортеры, у него все сжалось внутри.

Альваресу была известна подоплека истории, тем не менее он осторожно проговорил:

– Это способ обнадежить людей.

Чувствуя, как его покидает уверенность, Рейес повернулся к советникам спиной.

– Может, нам удастся спасти ситуацию, если мы сыграем на помолвке Изабеллы и… – сделал он последнюю попытку.

Констанцо покачал головой:

– Жених объявил, что не желает иметь ничего общего с ее высочеством. Нам пришлось выплатить его семье компенсацию за отмену свадьбы.

– Дьявол!

Рейес повернулся к Жасмин. На ее лице застыло выражение беспокойства и сожаления. Его взгляд опустился на ее слегка приоткрытый чувственный рот. Он заметил, как поднимается и опускается грудь Жасмин в такт дыханию.

Ему хотелось забыть, что во всем этом хаосе виновата именно она. Забыть, что он начал сомневаться, так ли уж черна ее душа.