Невеста на ночь - Патти Берг

– Мамочка! – Дилан бросил пульт «Супернинтендо», промчался по комнате и кинулся в объятия Кэйро. – Ты здесь! Ты вернулась!

– Я же обещала. – Кэйро поцеловала его в лоб и щеки и крепко прижала к себе. Ее сердце переполнилось любовью и нежностью, казалось, они расставались не на один день и долгую ночь, а на несколько лет.

Как ей могло прийти в голову поделиться своим сокровищем с Дунканом Кинкейдом?

В дороге она успела выплакаться, снова почувствовав себя брошенной, а потом разозлилась по-настоящему. Вчера вечером она попыталась рассказать Дункану про Дилана, а он превратно понял ее, решил, что ей нужен всего-навсего донор спермы! В довершение всего в ответ на ее попытки примириться, загладить вину Дункан заявил, что его поиски гораздо важнее Кэйро.

Она была буквально вне себя. Должно быть, она спятила, если рассчитывала, что он поедет с ней в Белиз или станет хорошим отцом. На этого человека не стоило тратить время!

Фиби выглянула из соседней комнаты. Голову она обмотала пушистым банным полотенцем и куталась в шелковый, расписанный вручную халат – одно из своих последних творений.

– С возвращением! – воскликнула Фиби, входя в уютную гостиную, собирая разбросанные там и сям игрушки и складывая их в сумку. – Поездка удалась?

– Мою машину чуть не перевернул бизон. Я споткнулась, скатилась по склону холма и ободрала руки. Веревка запуталась, карабин отказал, и я чуть не рухнула с высоты шестидесяти футов на острые камни. А в остальном все прошло успешно.

Дилан потрясенно вытаращил глаза.

– Настоящий бизон? – выпалил он.

– Да, самый настоящий. Если не запомнишь это слово, можешь называть его просто быком.

– Лучше я постараюсь запомнить. Терпеть не могу, когда кто-нибудь забывает, как меня зовут. – Мальчик высвободился из объятий Кэйро. – А ты привезла мне что-нибудь?

– Конечно. Отличный подарок.

– Новую игру для «Нинтендо»?

– Не угадал.

– Велосипед?

– Тебе еще слишком рано ездить на велосипеде. – Кэйро расстегнула рюкзак и вытащила оттуда найденную в пустыне раковину, зажав ее в кулаке. – Попробуй угадать, что это такое.

Дилан нахмурился:

– Не игрушка, но что-то очень хорошее.

Кэйро протянула ему раковину на раскрытой ладони, и мальчик осторожно взял ее пухлыми пальчиками.

– Раковина! – восхищенно прошептал он.

– Не просто раковина, а наутилус, – объяснила Кэйро. – Из мелового периода.

– А как это пишется? М-е-л-о-в-о-й?

Кэйро кивнула.

– Ты помнишь, когда он был?

Дилан задумался.

– Шестьдесят пять миллионов лет назад?

– Правильно. Меловой период начался сто пятьдесят миллионов лет назад и закончился шестьдесят пять миллионов лет назад.

– Вот здорово! Давай вместе съездим туда, где ты нашла раковину. Может, найдем еще что-нибудь?

Ни за какие коврижки Кэйро не согласилась бы вернуться туда, откуда только что приехала. Но вдаваться в объяснения она не стала.

– В другой раз, дорогой.

– Мы нашли бы много-много разных вещей, продали бы их в музей и заработали кучу денег. И тогда мы стали бы богатыми, и тебе не пришлось бы возить туристов.

– Мне нравится моя работа, – возразила Кэйро. – Жаль только расставаться с тобой. Но скоро ты подрастешь, и мы сможем путешествовать вместе.

– И поедем искать папу?

– Может быть. – Кэйро было неприятно обманывать сына, уверяя, что Дункан заблудился в джунглях Амазонки, но ей не оставалось ничего другого.

Дилан промчался по комнате, громко топая каблуками по половицам – Кэйро не сомневалась, что постояльцы отеля уже не раз жаловались на такой шум. Мальчик вытащил из рюкзачка с Тарзаном особую коробку – футляр для карандашей, который он сам украсил ракушками, – и высыпал ее содержимое на стол у окна, торопясь присоединить наутилуса к другим сокровищам – красивым камешкам, разноцветным шарикам и пестрым перьям.

Фиби уселась в мягкое кресло и отпила чая со льдом.

– Так как прошла поездка?

– Так себе.

Кэйро упала на стул рядом с Фиби, тетя придвинулась ближе и прошептала:

– Ты сказала ему про Дилана?

Кэйро бросила взгляд на сына, поглощенного своей коллекцией, и ответила шепотом:

– Я пыталась, но он неправильно понял меня. Дункан не поедет со мной в Белиз. О Дилане он не узнает. Никогда!

Она извлекла из рюкзака конверт.

– Я заехала в агентство и поменяла билеты. Сегодня мы улетаем домой.

Фиби выхватила у Кэйро конверт и отшвырнула его:

– Ни в коем случае! Нам с Диланом здесь нравится. Мы уже обсудили, как проведем день.

– Но я уже заплатила комиссионные…

– Надо было сначала посоветоваться со мной.

Фиби взяла с журнального столика большой лист желтоватой бумаги, и Кэйро увидела, что это план, написанный почерком Дилана, неправдоподобно аккуратным и четким для его возраста.

– Мы составили этот план сегодня за завтраком. Сначала мы… – Фиби окинула Кэйро взглядом и поправилась: – Точнее, после того, как ты вымоешься и переоденешься. Можно подумать, последние сто лет ты провела в пыльной гробнице. Так вот, сначала мы перекусим в молочном кафе. Потом побываем в Центре искусств и местном музее. Дилан хочет искупаться в озере. А после ужина он побудет с хозяевами отеля, а мы с тобой прогуляемся по городу.

Кэйро взглянула на часы:

– И все это мы должны успеть за один день?

– Если не выбьемся из графика.

Кэйро сняла бейсболку и провела ладонью по волосам.

– Молочное кафе – отличная мысль, музей, галерея и купание – тоже. Пожалуй, мы можем все это успеть. Но ты же знаешь, я не люблю бродить по улицам без дела.

– Мы давным-давно нигде не бывали – с тех пор, как Энди Уэбстер возил тебя в Сан-Франциско на бал «Белое и черное».

– Где я чуть не умерла от скуки.