Сказочные ночи - Оливия Гейтс

Мохаб стоял перед запотевшим зеркалом и смотрел в глаза своему отражению. Теперь ему было совершенно очевидно собственное безумие.

Мохабу удалось уговорить Джалу дать согласие на помолвку. Он пошел еще дальше, убедив ее в искренности своих чувств. Ему стало очевидно ее влечение к нему. Мохаб и прежде был уверен, что Джала уступит. Это лишь вопрос времени. Если бы он смог держать рот на замке, она уже была бы в его постели.

Но он не совладал с собой.

Мицар и Сети терлись о его ноги, словно старались отвлечь от дурных мыслей. Вздохнув, он взял кошек на руки и вышел из ванной. За ним по пятам следовали Нихал и Ригель. Но даже присутствие любимых питомцев не могло вернуть ему спокойствие. Это заставляло Мохаба чувствовать себя еще хуже, он непрестанно вспоминал о том, с какой лаской и трепетом к ним отнеслась Джала. Мохаб насыпал корм в кошачьи миски и, извинившись, сказал кошкам, что сегодня ему нужно побыть одному. Как обычно, они поняли его и не преследовали.

Стоя посреди потрясающих апартаментов, которые отвел ему Камал, Мохаб все же не мог поверить в то, что он находится в Джударе. На его глазах творилась история, происходило нечто невероятное: представителя рода аль-Ганем принимали как дорогого гостя в цитадели аль-Масудов. Еще неделю назад предположить такое было невозможно. Но Камал решился на это.

И как Мохаб воспользовался поддержкой, которую оказал ему Камал? Как поступил он с доверием Джалы? Собственными руками он разрушил все.

В его памяти было свежо воспоминание: застывшее лицо Джалы, похожее на маску, когда он рассказал правду. Она произнесла одно-единственное слово: «Объясни».

Он не смог ей отказать. Он пошел на это. Мохаб рассказал все, не упустив ни малейшей детали. Когда он закончил, Джала бесшумно развернулась и ушла.

Это произошло три дня назад. Джала в ту же ночь покинула дворец. Мохаб не сомневался, что она отправится прямо в аэропорт, улетит из Джудара и больше никогда не вернется. Однако она не уехала. Ему стало известно, что Джала зарегистрировалась в отеле. Она ясно дала понять, что хочет держаться подальше от дворца. И от него. Его попытки поговорить с ней по телефону также не принесли успеха. Джала не отвечала ни на чьи звонки. Затем она и вовсе отключила телефон. И это лишь его вина.

Мохаб судорожно вздохнул и посмотрел на сад, видневшийся в распахнутых окнах. Следует смириться с мыслью о том, что изменить ничего нельзя. Слишком много лжи было высказано в прошлом, слишком многое скрывалось, умалчивалось. Сначала он поступал так потому, что считал это необходимым. Потом — из страха потерять любимую женщину. Когда же Мохаб снова обрел Джалу, он понял, что единственная причина, по которой он потерял ее шесть лет назад, заключалась в том, что он не был с ней полностью откровенен. Осознав это, он больше не мог ничего скрывать. Мохаб хотел, чтобы их новые отношения были основаны на честности и доверии, хотел, чтобы между ними не осталось недомолвок.

Когда Джала узнала все, ей оставалось лишь принять решение — быть с ним или нет. И Мохаб позволил ей сделать выбор.

Она выбрала окончательный разрыв.

Единственной причиной, по которой Джала задержалась в Джударе, были племянники. По словам Фарука и Шехаба — единственных, кого она пускала к себе, отказавшись от общения с Камалом, — Джала хотела перед отъездом пообщаться с ребятишками. Однако во дворце она оставаться не желала. Возможно, уже через пару дней она улетит, и всему придет конец.

Но кого он пытается обмануть? Между ними все уже давно разрушено. Как только Джала поняла, что больше ей не придется мириться с присутствием Мохаба, всему пришел конец. То, что их до сих пор влечет друг к другу, не имеет значения. Для Джалы не было ничего превыше личной свободы и честности. Это всегда было важнее ее собственных чувств и желаний, какими бы сильными они ни были.

Рык отчаяния вырвался из глубины его души. Довольно! Он разработал блестящую стратегию, чтобы справиться с тем, что его мучило, но в итоге проиграл. Теперь он потерял Джалу навсегда. Но не потому, что наконец открыл ей всю правду, нет… Он начал их новые отношения с очередного фарса. Как же он просчитался! Теперь все бессмысленно, надежды не осталось. И так было всегда. Если дело касалось Джалы, любая безупречная стратегия, любой тщательно продуманный план обращались в прах.

Мохаб был не в силах оставаться там, где ее больше не было. Он собрался покинуть дворец. Но прежде чем уехать, нужно встретиться с Камалом и обсудить, как усмирить гнев его дяди. Что касается Джалы… Он справится с этим.

— Ты оказался лучше, чем я предполагал. Гораздо лучше.

Мохаб прикрыл глаза, услышав за спиной голос, поразивший его, как стальной клинок. Все обстояло хуже, чем он думал, — Мохаб не слышал, как к нему приблизился Камал.

«Возьми себя в руки», — приказал он себе.

Мохаб повернулся и подавил вздох. Теперь он не мог назвать Камала другом. Этот мужчина показался ему слишком счастливым. Бессилие охватило его. А он всю жизнь был уверен, что вряд ли когда-либо испытает нечто подобное.

— Я хотел поговорить с тобой… — начал было Мохаб.

Камал взял его за руку:

— Я мог бы позвонить, но мне хотелось встретиться лично и представить тебя в новом качестве.

Мохаб нахмурился. Он не понимал, о чем говорит король Джудара. Тем временем Камал продолжал:

— Я не сомневался, что Джала изыщет способ предотвратить войну без ее участия. Безусловно, я не тешил себя иллюзиями, но ей все же удалось найти решение.

Слово «решение» прозвучало как шутка. Однако Мохабу было не до смеха. Между тем Камал и не думал останавливаться:

— Всем хорошо известно, как легко ей удается находить выход из самых затруднительных положений в неспокойных регионах.

Мохаб был полностью согласен с Камалом. Он сам внимательно и с восхищением следил за работой и успехами Джалы на выбранном ею поприще. По правде говоря, порой он испытывал недовольство собой. То, что удавалось решить ей, ограниченной в ресурсах и возможностях, он мог уладить только с применением крайних мер. Мохаб скрытно помогал любимой женщине во всех ее начинаниях, одновременно оттачивая свои методы на примере ее собственных.