Любовь без правил - Хелен Диксон

– Я… Да, думаю, я беспокоилась, – пробормотала она и покраснела, смутившись от этого неожиданного признания. – Она… Ваша жена, должно быть, расстроила вас.

– Максин мне больше не жена, – отрезал он.

– Да, я знаю. Простите, что начала этот неприятный разговор.

– Я не хочу это обсуждать, – ответил Лукас, потирая затылок. – Мне бы очень хотелось забыть о сегодняшнем появлении Максин, но, к несчастью, она сообщила нечто, с чем я должен разобраться как можно быстрее. Поэтому нам всем придется вернуться в Лондон раньше, чем я рассчитывал.

Еву захлестнуло разочарование. Ей нравилось жить в Лаурель-Корт, и она совсем не хотела возвращаться в Лондон.

– Но разве девочкам обязательно уезжать? Мы бы могли остаться здесь.

– Это деликатное дело, и мне может понадобиться женская помощь. А именно ваша, миссис Броди. Ситуация очень щекотливая, и мне не следует вас в это впутывать, но все так неожиданно осложнилось.

– И в чем же дело?

– Дело в другом ребенке, двухмесячной девочке, если точнее.

Ева внимательно посмотрела на него, заметив озабоченную складку у него на лбу.

– Похоже, вы очень взволнованы. Этот ребенок вам родной?

– Это девочка. Думаю, это моя племянница, – сдержанно ответил он. – Если все, что рассказала Максин, окажется правдой, это дочь моего брата Стивена. Она также сводная сестра моим дочерям, и Максин бросила ее так же безжалостно, как Софи и Эбигейл.

– Понимаю. – Внезапно Ева увидела в его глазах боль. Она пыталась скрыть ужас, охвативший ее при мысли о том, что женщина могла так спокойно бросить своего ребенка, но безуспешно. – Я не знаю, что произошло между вами и вашей женой, лорд Стейнтон, это не мое дело. Я должна заботиться о ваших детях, и, насколько мне известно, двухмесячный младенец должен быть с матерью.

Губы Лукаса презрительно скривились.

– Обычно так всегда и бывает, но Максин никогда не вела себя как нормальная женщина.

– Да, я начинаю это понимать. Неужели она не осознает, что поступает жестоко? – выпалила Ева, не в силах сдержать гнев.

– Максин прекрасно все понимает. Но ей на это наплевать. Я понятия не имею, что творится в ее голове, почему она такая. Она всегда была всем недовольна. Возможно, ее разочаровал брак со мной, – пробормотал он, горько вздохнув, – а возможно, причина кроется в ее отношениях с семьей.

– Это не ваша вина. Ваша жена причинила много горя вам и вашим детям. Вам пришлось нелегко. Я это вижу. И понимаю теперь, почему вы так плохо думаете о женщинах.

– Это не совсем так, и я прошу прощения, если произвел на вас такое впечатление. Я питаю антипатию только к Максин. Одному Богу известно, куда она спрятала ребенка, возможно, на какой-нибудь грязной свалке в Ковент-Гарден или в каком-нибудь подобном месте. Я должен найти девочку, пока не поздно.

Ева нахмурилась:

– Пока не поздно? Но вы ведь не думаете, что с ней может произойти что-то ужасное? Она ведь еще младенец.

– На свете полно жестоких людей, миссис Броди, которые без зазрения совести используют детей в своих гнусных целях.

Она посмотрела на его гордое, красивое лицо и вдруг почувствовала, как ее сердце сдавила боль. Пережив горький опыт брака с женщиной, которая коварно бросила его и детей, он стал мрачным, непредсказуемым человеком, который в большей степени видел в людях и окружающем мире только плохое. Ужасная жизнь с женой и предательство брата подкосили его, и все же он выстоял, потому что обладал огромной силой духа.

– Теперь я понимаю, почему нам надо торопиться. Буду рада помочь.

– Вы уже мне помогли. – Он некоторое время смотрел на нее, и Еве вдруг показалось, что на его лице отразились непонятные чувства, которых она не видела раньше. – Софи и Эбигейл еще никогда не были так счастливы, и все это благодаря вам. А теперь ложитесь спать. Простите, что я побеспокоил вас, разбудив среди ночи. Это ужасно неприятно. А утром нас ждет много дел.

– Да-да, конечно, я иду спать. Спокойной ночи.

На следующее утро, собрав в дорогу разочарованных детей, которых удалось успокоить, лишь пообещав скорое возвращение в Лаурель-Корт, они направились в Лондон.

Лукас собирался во что бы то ни стало добиться своей цели. Он решил отыскать ребенка своего брата и вызывал восхищение своим упорством. Ева незаметно наблюдала, как он, сидя за письменным столом, писал письма всем, кто знал его бывшую жену. Он уезжал и долгое время отсутствовал, возвращаясь домой совершенно обессиленный.

При мысли о том, что дочь Стивена, возможно, страдает во власти дурных людей, ему делалось плохо. Он напряженно размышлял, где Максин могла ее спрятать. Она была хитра, жестока и расчетлива. И в довершение к безуспешным поискам ребенка ему приходилось решать финансовые проблемы.

Однако вскоре удача улыбнулась ему в лице служанки, которая работала у Максин до того, как та уехала из Лаурель-Корт. Поначалу служанка не хотела с ним разговаривать, но ему удалось ее убедить, и она рассказала все, что хотел узнать Лукас.

Она вспомнила, что после смерти Стивена Максин искала женщину, которая могла бы присмотреть за младенцем, от которого отказалась мать. Женщина, к которой она отправила свою дочь, жила в Сен-Жиль.

Лукас ощутил уже знакомое замирание сердца, встретившись в холле с миссис Броди. Когда она приблизилась, он вгляделся в ее лицо и заметил, что она обеспокоена.

– Вы нашли девочку? – тихо спросила Ева.

– Ее зовут Элис. Вы уверены, что хотите поехать со мной?

– Поэтому я здесь.

– Я понимаю, что не следовало вас в это втягивать.

– Я хочу помочь, и если я стану заботиться об этом ребенке, то должна начать это делать прямо сейчас.

Прищурившись, он внимательно посмотрел на нее:

– Должен сразу предупредить, что место, куда мы отправимся, – не из приятных.

– Я готова. Сейчас самое главное – ребенок.

– Я предпочел бы, чтобы никто не узнал о том, что совершила моя бывшая жена. Я содрогаюсь, представляя себе условия, в которых находится девочка, и сделаю все возможное, чтобы забрать ее оттуда.

– А… вы уверены, что это ребенок вашего брата?

– Как никогда. Я разыскал лакея Стивена и одну из служанок Максин, которая работала у нее в Лаурель-Корт. Они знали о беременности Максин, и Стивен тоже. Судя по всему, он с нетерпением ждал появления младенца, но умер за полгода до рождения Элис.

– Это так печально. Мне очень жаль. Думаю, нам пора ехать.

– Согласен. Пойдемте.

Вскоре экипаж Лукаса покинул благопристойный район, облюбованный мелкопоместным дворянством, и они оказались в Сен-Жиль – забытой богом части Лондона, примыкавшей к Сохо и Ковент-Гарден. Все знали, что здесь находят пристанище отъявленные негодяи и отщепенцы города.