Ты мой или ничей - Энди Брок

Калиста сказала себе, что это облегчение. Очевидно, он забыл, что пообещал ей шепотом на ушко на яхте. Он решил прекратить соблазнять ее и оставить в покое. Однако дни шли, и ее облегчение неожиданно превратилось в разочарование, а потом у нее зародились сомнения. Его джентльменское поведение стало казаться больше похожим на равнодушие, чем на уважение. И вопреки себе, желая ему спокойной ночи, Калиста обнаружила, что смотрит на него несколько дольше, чем следует, ловит ответный взгляд его черных глаз и перебирает пальцами пряди своих рыжих волос, что вполне можно было бы истолковать как призыв. Однако все это не срабатывало. В ответ Лукас лишь одаривал ее своей дерзкой усмешкой, заставив почувствовать себя глупо взволнованной. На том она и ретировалась в свою комнату.

– Итак, вы нас собрали, чтобы сообщить, что мы не получим абсолютно ничего?! – Гневный голос Кристоса вернул Калисту к реальности.

Мистер Петридис взглянул на него поверх очков.

– Я говорю, что те немногие деньги, что остались после Аристотеля, следует разделить между его кредиторами.

– А Таласса? – встрял Янис. – Ее мы тоже теряем?

– Остров Таласса здесь не упоминается. – Мистер Петридис полистал бумаги, лежавшие перед ним на столе. – По моему разумению, он был собственностью первой жены вашего отца, а потом его продали. Мистеру Каланосу.

– Да как ты… – Кристос вскочил было на ноги, но Янис предусмотрительно заставил его вновь опуститься на стул.

– Так это правда? – С обреченным лицом Янис повернулся к Лукасу.

– Как я и сказал, – ледяным тоном подтвердил тот.

– Так зачем мы здесь, черт побери? – Кристос возмущенно воззрился на мистера Петридиса. – Чтобы нас унизили? Чтобы этот проходимец мог позлорадствовать, как ловко обвел нас вокруг пальца?

– Нет, Кристос. – Пожилой адвокат, казалось, постарел еще сильнее прямо на глазах. – Причина, по которой я собрал вас здесь сегодня, в том, что я хочу вам кое-что рассказать. Я никогда не сомневался, что придет время, и вы узнаете правду о вашем отце. – Он откинулся на спинку кресла, по его телу прошла дрожь. – Все эти годы я молчал, считая, что так храню верность вашему отцу, но теперь я думаю, что это была просто-напросто трусость. Как бы то ни было, ситуация изменилась. Мне диагностировали неизлечимое заболевание. И я хочу облегчить душу перед смертью.

– Ох… мне так жаль, мистер Петридис. – Потянувшись вперед, Калиста взяла старика за руку, но он отнял ее и сложил ладони на коленях.

– Я не достоин вашей симпатии, Калиста. Понимаете, я скрывал информацию – от вас и от полиции. Мне жаль, что я вынужден вам все это говорить… – Он устремил подслеповатые слезящиеся глаза на трех потомков Аристотеля Гианопулоса. – Но я уверен, что за контрабанду оружия в ответе ваш отец, а не Ставрос Каланос.

– Нет! Это ложь! – Кристос вновь вскочил, брызгая слюной. – Он тебе заплатил, чтобы ты это сказал, не так ли? – Он ткнул пальцем в сторону Лукаса. – Это все подлый заговор!

Старик адвокат печально покачал головой.

– Я не посвящен в детали сделок вашего отца, но с некоторых пор у меня появились подозрения. Подозрения, с которыми мне следовало обратиться к властям. Теперь я готов все рассказать полиции. Лукас… – Он с трудом поднялся. – Какая удача, что сегодня ты оказался здесь. Потому что я могу принести тебе свои извинения лично. – Он с трудом подковылял к Лукасу. – Я не прошу у тебя прощения, потому что не достоин его. Но я хочу выразить мое глубочайшее сожаление, что не осмеливался заговорить до сегодняшнего дня. Из-за чего ты был невинно осужден и имя твоего отца было замарано грязью.

Лукас медленно встал. Воздух в кабинете вдруг словно сгустился и стал еще более жарким. Мистер Петридис протянул вперед трясущуюся руку, и, секунду помедлив, Лукас сделал то же. Старик крепко схватил протянутую ладонь и накрыл другой рукой.

– Благодарю тебя, сынок. Это гораздо больше, чем я заслуживаю. Не сомневайся, я прямо сейчас…

– Минуточку! – встрял Янис. – Петридис, вы сказали всего лишь о своих подозрениях. Вам надо хорошенько подумать, прежде чем выдвигать такие необоснованные обвинения.

– В любом случае этому старому дураку никто не поверит! – прорычал Кристос.

– Это правда, – четко и громко произнесла Калиста. – Вы оба должны это знать. Наш отец был преступником. А не Ставрос и не Лукас.

– А тебе-то откуда это знать?

– Мне все рассказал Лукас, и я ему верю.

– Ну и дура! – злобно выплюнул Кристос, повернувшись к ней. – Мы все прекрасно знаем, как ты сохла по своему драгоценному Лукасу с тех самых пор, как ходить научилась. Он тебе скажет, что черное – это белое, и ты поверишь ему.

– Хватит. – Лукас встал рядом с Калистой и положил руку на спинку ее стула. – Вам обоим пора научиться уважать свою сестру.

– Уважать? – хохотнул Кристос. – Ты считаешь, что я должен уважать вот это? – Он грубо ткнул пальцем в сторону Калисты. – Это жалкое рыжее существо, которое всегда было никчемным паразитом?!

– Что ты сказал? – с ужасающим спокойствием тихо переспросил Лукас.

– Даже ее собственная мать отказалась от нее. Сплавляла ее на Талассу каждое лето, пока в конце концов не убила себя. Калисте следует быть повнимательнее – безумие, возможно, передается по наследству.

– Кристос! – Янис схватил брата за руку и потянул прочь.

Но Лукас был уже рядом. Сжав шею Кристоса пальцами, он приблизил свое грозное лицо вплотную к потной физиономии жертвы. На секунду он легко приподнял его, и ноги Кристоса беспомощно заболтались в воздухе. От страха он перестал видеть и что-либо соображать. Калиста выкрикнула имя Лукаса, Янис попытался вырвать брата из железной хватки Лукаса, схватив за полу пиджака.

– Оставь его, Лукас! – Не на шутку опасаясь за жизнь сводного брата, Калиста попыталась втиснуться между ними. – Он того не стоит!

Лукас помедлил, издав низкий угрожающий рык, от которого на мгновение кровь застыла в жилах Калисты, потом неохотно опустил Кристоса на пол. Калиста видела, что он пытается успокоиться, но от кипящего гнева у него раздуваются ноздри и взбухают вены на шее.

Зацепив пальцами галстук Кристоса, Лукас подтянул его к себе, сверля взглядом, полным отвращения.

– Никогда не смей говорить так о Калисте.

Кристос только хрюкнул в ответ.

– А теперь извинись. – Отпустив галстук Кристоса, Лукас схватил его за плечи и толкнул к Калисте.

– Все нормально. Это ерунда… – начала было она.

– Нет, не ерунда! – От яростного голоса Лукаса стены офиса, казалось, дрогнули. – Этот ублюдок извинится. Немедленно.

– Прости, ладно? – не отрывая взгляда от своих ботинок, затравленно прогундосил Кристос.

– Нет, не так. Смотри сестре в глаза. Возьми свои слова обратно и попроси прощения как следует.