Опасный Денди - Барбара Картленд

Он колебался всего мгновение. Ему было слишком очевидно, как глубоки переживания леди Крессуэлл. Он успел очень хорошо узнать ее и чувствовал малейшие изменения ее настроения. И понимал, что сейчас она делает над собой нечеловеческие усилия.

Достаточно ему сделать один шаг, протянуть к ней руки — и она опять будет в его объятиях. Ее нежность и теплота всегда так много значили для него. Ему был знаком опьяняющий аромат ее духов. Он знал, как шелковисты ее волосы и как нежна ее кожа.

Но возврата нет. Этим он обманет и себя, и ее. То, что он сейчас испытывал к ней, не было не только любовью, но и самой банальной влюбленностью, которая потянула их навстречу друг другу в самом начале. Сейчас его охватывало сострадание и сочувствие от того, что вынужден причинить ей боль.

Она была права, когда сказала, что каждый из них захочет иметь только самое лучшее.

— Прощай, Леони, — тихо произнес лорд Доррингтон.

Он повернулся и вышел из гостиной. Леди Крессуэлл ни разу не шевельнулась за то время, что он спускался по лестнице. Только после того, как он, сев в свой фаэтон, направил лошадей по аллее, она закрыла лицо руками, и по ее щекам потекли слезы горечи и смертельной муки.

Лорд Доррингтон вернулся на Мейфейр. Его удивило, что после встречи с Леди Крессуэлл он чувствовал себя совершенно опустошенным эмоционально, и в то же время им владела какая-то странная агрессивность.

Прибыв в Боксерский клуб на Бонд-стрит, он попросил Мендозу побоксировать с ним. Целый час Мендоза стойко держал оборону, и наконец лорд Доррингтон объявил, что с него достаточно.

— Я никогда не видел тебя таким свирепым, — заметил лорд Олванли, наблюдавший за поединком из соседней комнаты.

— У вас большие успехи, милорд, — заявил Джентльмен Джексон. — Вскоре мне придется искать для вас партнера посильнее Даниэля.

Лорд Доррингтон рассмеялся.

— Надо бы заставить его королевское высочество сбросить немного своего жирка, — сказал он. — Это пошло бы ему на пользу.

— Вот и я то же самое говорю, — согласился Джентльмен Джексон. — В Карлтон Хаусе слишком много еды и вина.

— И мы слишком радостно накидываемся на все эти лакомства! — добавил лорд Олванли. — Я не имею в виду тебя, Доррингтон. В тебе нет ни одной лишней унции.

— Как только его светлость замечает, что прибавил в весе, то сразу же сбрасывает лишнее с помощью спортивных упражнений, — серьезно проговорил Джентльмен Джексон. — Я слышал от сеньора Беллини, милорд, что мало кому удается превзойти вас в искусстве фехтования.

— Вы слишком снисходительны, — улыбнулся лорд Доррингтон.

Он вышел из зала, чтобы привести себя в порядок и переодеться. Джентльмен Джексон повернулся к лорду Олванли.

— Его светлость зря теряет время на светские рауты, — заметил он. — Если человек обладает такой физической силой, он должен использовать ее.

— Он не любит говорить на эту тему, — ответил лорд Олванли. — Он хочет, чтобы все считали его вялым и апатичным Денди.

Джентльмен Джексон закинул голову и захохотал.

— Уж что-что, а таким его светлость никогда не будет! Хотя признаю, что, когда он одет, как господин Браммель, никому и в голову не придет, что он обладает такой силищей.

— Иногда бывают ситуации, когда окружающим приходится узнать об этом, — заметил лорд Олванли.

Лорд Доррингтон присоединился к своему другу, и они спустились вниз к фаэтону.

— Так ты поужинаешь со мной сегодня вечером? — поинтересовался лорд Олванли.

— Ты спрашивал об этом еще на прошлой неделе, - напомнил лорд Доррингтон, — и я с радостью принял твое приглашение. Но после ужина мне придется уехать: у меня назначена встреча.

- Интересная встреча? — многозначительно произнес лорд Олванли.

— Для кого как, — ответил лорд Доррингтон.

— Ты что-то темнишь. - Лорд Олванли сгорал от любопытства. — Ты задумал какое-нибудь дельце, и поэтому не хочешь рассказывать мне, или ты выслеживаешь новый экспонат для своей коллекции?

— Возможно, второй вариант ближе к истине, — ответил лорд Доррингтон.

Оставив своего друга изнемогать от любопытства, он сел в фаэтон и укатил.

Устроенный лордом Олванли ужин, на котором присутствовало большинство его приятелей, прошел очень весело.

Когда около десяти часов лорд Доррингтон поднялся из-за стола и, ни с кем не попрощавшись, чтобы не нарушать царившего за столом веселья, вышел из зала, лорд Олванли проявил исключительную сдержанность и ни о чем того не спросил.

Вскоре некоторые из гостей заметили отсутствие лорда Доррингтона и стали интересоваться, где он. Уверенный, что лорд Доррингтон рассчитывал на его помощь, лорд Олванли удовлетворил их любопытство несколькими ничего не значащими фразами.

Карета катила по улицам Лондона. Сидящий рядом с Алиной лорд Доррингтон размышлял над тем, что поступил крайне неосмотрительно, ввязавшись в эту аферу.

Он ругал себя за свое безрассудство, прекрасно понимая, что его действия достойны порицания. Алине всего семнадцать с половиной лет. Он не имел никакого права вмешиваться в ее жизнь или расстраивать брак, задуманный ее матерью.

Но узнав от Алины о том, что случилось прошлым вечером, выслушав рассказ лорда Уорчестера о происшествии в Уайт Хаусе, он убедился в том, что его действия совершенно оправданы, что, в сущности, он поступает как человек чести.

— Как вы мне велели, я оставила записку для мамы на туалетном столике, — проговорила Алина. - Вряд ли кто-нибудь заметит ее до завтрашнего утра. — Помолчав, она добавила: — А на записку я положила кольцо принца. - Она глубоко вздохнула. — Я чувствовала, что кольце излучает зло. Этот огромный рубин казался мне глазом какого-то доисторического чудовища!

— У вас богатое воображение, — заметил лорд Доррингтон.

— Но не только это насторожило меня, — продолжала девушка. — У меня возникло ощущение, что раньше его носила другая женщина или другие женщины, которые были ужасно несчастны. Говорят, камни вбирают в себя эмоции своих хозяев.

— Вы верите в это? — поинтересовался лорд Доррингтон.

— Я читала об этом в одной из папиных книг о Востоке, — ответила она. — Там было сказано, что, например, сапфир меняет цвет, если тому, кто носит его, угрожает опасность или смерть. — Мгновение поколебавшись, она спросила: — Вы верите в то, что принц... опасен?

— Я не сомневаюсь в этом, — спокойным голосом произнес лорд Доррингтон.

— Мне бы не хотелось, чтобы вы решили, будто я принадлежу к тому типу женщин, которые воображают всякие ужасы, — промолвила Алина. - Но в нем есть... нечто такое... что...

— Постарайтесь описать, — предложил лорд Доррингтон.