Одержимость. Книга вторая - Анастасия Шерр

— Ир, ну чего ты завелась? Люблю я тебя, конечно. Ты же мать моих детей… — что-то не то он несёт, кажется. Совсем не то.

— Только поэтому? — да что она хочет от него, в конце-то концов?!

Синицын вскочил. За что ему всё это? А ведь только начало! Ещё целых восемь месяцев ему терпеть эти закидоны беременного, и без того неадекватного Цветка!

— Я не умею любить, как в твоих сопливых мелодрамах. Никогда так никого не любил и не думаю, что смогу. Об этом я предупреждал тебя уже давно. Ты знала на что шла. И я знал. В общем… Мне в офис пора! Буду поздно!

Бугай поспешно ретировался, чувствуя себя последним трусом. В принципе, ему не составило труда сказать это чёртово «люблю», но прозвучало оно вовсе не так, как хотелось бы ей. А по-другому он не умеет.

* * *

Арина повернулась на бок и, открыв глаза, встретилась со взглядом карих омутов мужа.

— Доброе утро. Как спалось? — его улыбка была несколько вымученной и уставшей.

— Хорошо спалось, — девушка встревожено прошлась по нему взглядом. — А ты что, совсем не спал?

— Не мог уснуть, — Ворохов запечатлел на её губах лёгкий поцелуй, что вообще не вязалось с его обычаем по утрам обрушивать на жену всю свою необузданную страсть.

— Ты странный какой-то… Заболел? — приложила ладошку к его лбу, пытаясь припомнить, когда он болел последний раз. Никогда. Увидеть Илью немощным можно, разве что, в дурном сне.

— Да нет, просто чуйка какая-то нехорошая, — он вздохнул.

— По поводу?

— Такое неприятное ощущение… Знаешь, мы когда с Андрюхой были помладше, всегда чувствовали друг друга. И даже спустя годы, считая его давно погибшим, я не мог избавиться от этой херни, — мужчина повернулся к Арине, положив руку ей на талию и слегка поглаживая её сквозь тонкую ночнушку.

Арише же, очень польстило то, что он решил поделиться с ней своими переживаниями и девушка радостно прильнула к нему, приготовившись выслушать.

— Да, я слышала об этом… Это что-то, вроде связи на моральном уровне у близнецов. А что именно чувствовали?

— Да по разному. Чувствовали радость друг друга, обиду, грусть. Но в основном такая тоска появлялась, когда кому-то из нас грозила опасность, — поднёс руку к её лицу и пощекотал пальцем щеку.

— Ты думаешь, что Андрею грозит опасность? — подняла на него испуганный взгляд.

— Меня никогда не подводит интуиция. Что-то должно случиться, Ариш. И я хочу, чтобы ты пока не выходила из дома. Сможешь это сделать для меня?

— Ах, ну да, точно. И как же я сразу не догадалась, — девушка закатила глаза и мысленно поаплодировала находчивому муженьку.

— Я не шучу, Арина. И не ищу повод, чтобы посадить тебя под замок. Для этого мне не нужно сочинять байки, достаточно просто запереть тебя дома, — Илья откинулся на спину, уже пожалев, что открылся ей.

Ариша, конечно, у него солнышко, но в эти дела ей не следует вникать, тем более, что она и не верит.

Неужели он на всю жизнь останется для неё тираном, принимающим только собственные решения и законы? Хотя, вообще-то, так и есть.

— Я верю, Илюш. Хорошо, я обещаю, что за меня тебе не придётся волноваться, — осознав свою ошибку, ластится к мужу, чем уже начинает его заводить. И не только его… Зверь, что под спортивками, подлец такой, тоже желает принять участие в утреннем марафоне.

— Спасибо, — Ворохов, вдруг забыв о переживаниях, запускает свою ручищу под ночнушку красавицы-супруги, нащупывая там излюбленное местечко. — Может тогда закрепим наш договор? — жарко шепчет ей в шейку, попутно лаская её языком.

— Коварный, — буквально замурлыкала Ариша, совершенно не протестуя, а скорее, склоняясь к такому заманчивому предложению.

— А ты как думала? Сейчас я тебя! — с безумным рычанием набрасывается на свою прелестную «жертву», которая со всей отдачей играет свою роль.

— Ай, не надо, дяденька, я не буду больше! — визжит Ариша, игриво покусывая его за ухо, что, как само собой разумеещееся, лишает мужчину рассудка.

— Ну всё! Сама напросилась! — лёгкими рывками разрывает несчастную и ещё совсем новую ночнушку на лоскуты. Та же участь постигает и ажурные трусики, что, в принципе, и не преграда для него, просто мешают любоваться шикарным телом Ариши.

— Илюш! Ну ёлки-палки! Зачем так-то? — девушка надувает губки, обидевшись на такое варварство со стороны ненормального мужа.

— Я тебе миллион таких куплю и снова раскромсаю, — похоже, его совершенно не мучает совесть за содеянное.

Илья бережно приподнимает девушку за попку, сминая ягодицы пальцами, и мучительно-медленно входит в жаждущее его заполучить лоно.

Из уст красавицы срывается громкий стон и мужчина, нахально ухмыляясь, вторгается до основания.

Его губы жадно теребят её соски по очереди, иногда сменяясь зубами и языком. Влага её влагалища обволакивает своей негой налитый кровью член, а ножки, закинутые на мужские ягодицы, то и дело подталкивают его, заставляя проникнуть ещё глубже.

— Илюшенька, любимый, — эти слова сметают все его мысли об осторожности и бандит толкается бёдрами так сильно, что Арина вскрикивает.

Незначительная боль немного остужает её пыл, но совсем лишь на мгновение.

— Мой сумасшедший Зверь! — рычит она в припадке похоти, царапая до крови кожу на его лопатках.

Илья ускоряет темп, ощущая приход скорой разрядки и звонким шлепком по её попе, приближает этот ошеломляющий оргазм.

— Кончай, малыш! — отдаёт ей свой громкий приказ и Арина взрывается изнутри, распадаясь на тысячи осколков.

Влаги между её ножек становится ещё больше и с глухим стоном Ворохов изливается в её измученное лоно.

На его груди так спокойно и тепло, что Арина буквально проваливается в сон, толком уже не соображая, что он говорит. Лишь блаженно улыбается в ответ на его ласковые слова.

— Малыш, может уже пора? — Илья поглаживает обнажённую спинку жены, уже заметив, что она почти уснула, но всё ещё слышит. — Давай родим кого-нибудь?

— Угу, — что ж, это тоже согласие.

Ворохов улыбается.

Попалась.