Одержимость. Книга вторая - Анастасия Шерр

— Илья Андреевич? — пропела так ласково, что в ушах неприятно зазвенело.

— Тихо ты! — зашипел на неё с каким-то ребяческим выражением лица. — Быстро принеси холодной воды. В ведре каком-нибудь. Побольше, в общем.

Анджела захлопала нарощенными ресницами, но приказ тут же кинулась исполнять, ибо знала — Илью понимать не надо, нужно слушать и делать.

Восемь литров ледяной водицы с брызгами и громким «хлюп!» обрушилось на ничего не подозревающих мужчин.

Под ор и возмущение продрогших мокрых лентяев, Илья спокойно прошёл к своему кресло и уселся в него с таким видом, словно выиграл джекпот. В принципе, в какой-то степени оно так и было.

— А нечего дрыхнуть на рабочем месте. Трахаться меньше надо по ночам, не пацаны уже давно, — разумеется, Ворохов-младший сам не придерживался своих советов, ибо секс — это то, без чего мужику никак нельзя. А если с любимой женщиной, то и вовсе.

— Илюх, ну ёб твою мать! Ну как я теперь так-то буду, а? — разведя руки в стороны, сокрушался Андрей, а ему вторил такой же промокший и взъерошенный Синицын.

— Охренеть. Придётся опять домой ехать, — растерянно бормотал Женя, представляя что его там ждёт. Мало того, что Цветочкина с утра не в духе (по его, Бугая вине, кстати), так ещё и в таком виде заявится. Совсем мозг склюёт. Попробуй докажи ей, что это Илюха прикололся.

— Ничего подобного, друзья мои. Сушитесь вон у батареи, — заржал шутник и тут же посерьёзнел. — Я тут детей рожать собрался, так что нам срочно надо вычислить врага и обезвредить его, всем ясно? Приступаем. Хватит баклуши бить.

* * *

— Ой, надо же, а я и не ждала! — Арина бросилась обнимать Цветочкину с Алисой. Ребёнок тут же перекочевал на руки к «тёте Алише», сходу начиная вещать о последних событиях, произошедших в доме Синицыных, но Цветочкина приложила палец к губам, тем самым приказывая болтушке помолчать, на что последняя обижено засопела.

— А мы без предупреждения решили нагрянуть, тем более, что твой телефон по прежнему прослушивается твоим же «Отелло». Даже не потреплешься теперь по-бабски.

— А ты откуда знаешь? — вот этого Арина и не знала… Ворохов, как обычно, в своём репертуаре. Хоть бы что-нибудь новое для разнообразия придумал.

— А я подслушала, как Женька с ним говорил по этому поводу. Я так подозреваю, что они все телефоны «палят»… Они же того подрывника ищут до сих пор, — Ирка повесила пальто на вешалку и, потирая руки, зашагала в направлении Вороховской кухни, где (знает не понаслышке) всегда есть что-то вкусненькое.

— Сейчас твоя маман будет запихивать в себя всё, что найдёт, — прошептала Ариша девочке на ушко и зашлась вместе с ней от смеха.

— Ага, поговорите мне ещё там! Блин, жрать так хочется постоянно, хоть волком вой… В общем, подруга, мы с Алиской к тебе пришли, чтобы торжественно вручить приглашение на свадьбу. Поздравления принимаются, — Цветочкина с видом победителя запихала в рот внушительный кусок буженины.

— С ума сойти, Ир… Ты только вспомни, ещё в прошлом году мы были обычными официантками. А сейчас? Одна замужем, вторая — беременная и тоже платье примеряет… Просто не верится, — Арина задумчиво ковырялась десертной вилкой в своём куске торта.

— Да, мать, и не говори. Я сама до сих пор не могу поверить, что Женьку захомутала. Он же ногами и руками упирался гад! Да и сейчас тоже… Никак не может выдавить из себя одно слово несчастное, — Ирка старательно запихивала в рот Алисе всё тот же торт, на что девочка отвечала лишь благодарным взглядом, не забывая при этом впитывать в себя девичьи разговоры, словно губка.

— Какое слово? Ты о чём?

— В любви никак признаться не может, зараза такая… Я уже и так и эдак, и даже в лоб спросила. А он что-то промямлил, мол: «Не, ну, а чё, люблю, как мать моих детей», — она смешно пробасила, пытаясь скопировать голос Синицына, на что Лисёнок захохотала прямо с набитым ртом.

— Не смейся во время еды! — включила строгую мамашу, правда, не надолго, опять возвращаясь к своим жалобам на негодяя, укравшего её сердце. — А я хочу, чтобы как у всех, понимаешь? Чтобы, вон как твой Ворохов, не стеснялся на людях обнять и ласковое слово сказать. А то чувствовала себя домработницей, а теперь ещё и инкубатором.

— Ирка, по-моему, ты просто зажралась, — Ариша по доброму улыбнулась подруге. — Любит он тебя, а иначе, не возвращал бы домой. Мне Илья порассказал, какие пируэты ты ему выписывала. Но ведь вернул же. Просто так или пусть даже из-за ребёнка — не стал бы. А что не нежничает… Так это характер у него такой.

— Думаешь? Ну ладно… Слушай, я чего спросить хотела, а что там с твоим побегом? Это правда что ли? Ты куда сбегала-то? — Цветочкина с нескрываемым любопытством уставилась на Арину, но та лишь махнула рукой.

— Забудь, Ир… Мы поругались, я не в себе была немного, — конечно, не мешало бы сейчас горе-подружку «пропесочить» за всё хорошее, но пусть уж будет прощена, беременна всё-таки.

— Кстати, мать, по поводу платья… Пойдёшь со мной по магазинам, а? — Ира состроила ту самую мордашку кота из «Шрека», что столько раз выручала её в жизни.

— Да! Да! По магазинам! Улааа! — всё-таки справившись с тортом, Алиска завопила на весь дом.

Арина вздохнула. С одной стороны, шоппинг, желанный и обожаемый большинством девушек, с другой — Илья, который каким-то чудом вытянул из неё обещание, что «из дома ни ногой»…

— Эх, Цветочкина, не могу я…

— Не поняла! Это ещё почему? — Ирка недовольно нахмурила брови.

— Да Илья запретил из дома выходить. Говорит, мол, пока не найдут виновника взрыва, опасно.

— Ну да, видела я его «стахановцев» у дома. Слушай, а пусть они нас и сопровождают, а что? И им хорошо — задницы растрясут и мы при деле! Ну-ка, звони своему депутату!

* * *

Мужчины окружили несчастного парня, словно стая волков свою раненую добычу. Отчего-то складывалось впечатление, что он уже мёртв. Ужас застыл в его глазах, а кожа побледнела настолько, что если бы не часто вздымающаяся грудь, можно было бы и вправду принять его за труп.

— Ну что, совсем жить тебе не хочется? — разумеется, Змей лукавил. Никто не оставит этого парнишку в живых по окончанию дела. Он ступил на чужую территорию, осмелился «залаять» на Зверя. Такие не выживают.

— Ребят, я вам клянусь, я не знаю его имени! Я только с бабой общался, она и передала мне конверт с инструкциями! — он сжался, ожидая ударов, но их не последовало.

— Что за баба? — Илья присел на корточки, пытаясь поймать бегающий взгляд несчастного.

— Да обычная такая. Ничего особенного…

— А раньше какого хера молчал?! — Андрей сегодня и так не выспался, а тут ещё этот удод нервы треплет.

— Думал, помогут они мне…

— Не помогли, да? — издевательски протянул Синицын, буквально наслаждаясь поникшим видом врага, что стоит перед ними на коленях.