Поцелуй скорпиона - Марина Кистяева

Переодевался Демид на ходу. Да и переодевался – это сильно сказано. Натянул на плечи рубашку, так и оставшись в спортивных боксерах. Похеру всё и на всех. Существовала только Аристократочка, что искоса наблюдала за его махинациями. И ей явно нравилось то, что она видела.

Демид сотни раз представлял этот взгляд. Кто-то из красоток смотрел на него, не скрывая интереса, кто-то, напротив, разрабатывая стратегию его покорения, присматривались, изучали, уже мечтая, что будут делать с ним, когда приручат. А то, что приручат, эти самоуверенные дуры даже не сомневались. Демид часто вспоминал разговоры с отцом, когда тот, выкурив сигару и попивая виски, усмехался и рассказывал про малолетних барышень, отчаянно пытавшихся его одурачить.

«Неужели эти пустозвонки не могут пораскинуть своими куриными мозгами? Каждая, Демид, каждая, мать твою, думает, что может раскрутить меня! Меня, человека, сколотившего состояние и успешно им управляющего! А они раскинут ноги, улыбнутся и считают: всё, я сейчас раскошелюсь на квартиру, машину и брюлики. Дуры… как есть дуры…»

Частично и Демид придерживался такого мнения.

В его случае всё было куда, как проще.

Для него никто не мог стать настолько важным и значимым, пока на горизонте маячила Аристократочка с её восхитительными глазами и чертовским притягательным телом. Ни одна другая девушка не может занять место в его снах. Кровать… это слишком мало.

Но сегодня Демид знал – место в его кровати займет именно она.

Пока они выходили из клуба, не было произнесено ни слова.

И только когда оказались на улице, Кира тихо сказала:

– Ночь теплая. И звезды красивые.

Демид мысленно поморщился. Ему не до звезд. Да и нигде не было таких красивых, ярких и близких, как на его утесе. Вот там они были невероятными. Остальные… обычными.

Да и Демид пребывал в таком состояние, когда понимаешь: звезды – это не то, чем он хотел бы любоваться.

А вот голая Аристокрачка, покорно ждущая его на шелковых простынях, – достойное завершение вечера для победителя. От мысли, что она скоро, максимум через час, будет его, член у Демида снова налился кровью и жестко уперся в боксеры. Ничего… Ничего, скоро его персональный кошмар закончится. Как только он получит её тело, он избавится от зависимости и сможет спать спокойно. Начнет дальше покорять мир, не мучаясь неудовлетворённым желанием.

Он подошёл к своей Аристокрачке, встав за спиной.

– Моя машина на стоянке.

Ему было не до любований природой. Стоило снова окунуться в её запах, как крышу срывало. Если Кира не поторопится, его терпение закончится в машине на заднем сиденье. Разложит чертову дрянь, испытывающую его на прочность.

Кира медленно кивнула и двинулась вперед.

Правильно, детка.

Вот так.

Будь послушной и останешься невредимой.

Кира шла точно к его «Майбаху», и это не могло его не позабавить.

– Запомнила?

Они говорили короткими, режущими воздух фразами.

– У меня фотографическая память, – она пожимает плечами.

Сучка… Маленькая, роскошная Аристократочка, что выносит ему мозг не только своим телом и упругой задницей, но и тихим, ровным голосом, давая понять, что для неё привычное дело уйти из клуба с малознакомым человеком, и это при наличии парня!

Дрянь.

Демид стиснул зубы, щелкнул сигнализацией и распахнул перед Кирой дверь.

– Садись, – рыкнул сквозь сжатые губы. Никакой сентиментальности, романтики она от него не дождется. Грубый трах до утра, чтобы к предрассветным часам в голове стояла звенящая пустота, а у этой ноги вместе не сводились, и киска вся опухла от его жестких и страстных прикосновений.

Член снова дернулся, и Демид с трудом сдержал рычание.

Он захлопнул за Кирой дверь, обошел машину, сел за руль. Завел двигатель, а потом услышал тихое:

– Я тебе тоже снюсь, да?

* * *

Трасса была пустой и доехали быстро. Демид гнал, нарушая правила. Плевать. Его колотило изнутри, но он сохранял полное видимое спокойствие.

Сучка, что сидела рядом с ним, не должна получить ни малейшего повода думать, что у неё есть на него влияние. Что она для него кто-то большее, чем девочка, которую он собирается оттрахать. Причем, жестко. Никакой нежности. Ничего такого…

Стоп, Демид.

Вот просто стоп.

Его понесло не в ту сторону. Бросало из крайности в крайность, выбивало из привычной зоны комфорта. Он не помнил случая, когда тушевался перед девушкой. Сакронский никогда не был обделен вниманием и мог покорить фактически любую девушку. Никто ему не говорил «нет». Или он сознательно выбирал тех, кто однозначно поведется на его имя и деньги? Тех, у кого к нему могли возникнуть настоящие серьезные чувства, он интуитивно не трогал.

Не надо. Шлюх всех мастей и окрасов хватало всегда и всем. А чистые девочки пусть останутся для других парней, не погрязших в собственном безумии и не вынашивающих план мести той, что приходила во снах и заставила его поверить в мистику.

Демид сжал зубы с такой силой, что они неприятно заскрежетали. Чем быстрее они окажутся в отеле, тем лучше.

У него появится возможность избавиться от наваждения.

Он остановил машину с юзом, не посмотрев на Аристократочку, вышел, прошел к её двери и отрыл. Хотел протянуть руку – передумал. Нельзя дотрагиваться до Киры, пока табу.

Девушка, не глядя на него, вышла. Вела она себя тоже странно.

Точно что-то знала…

Он остановился в люксе на последнем этаже, для которого был предназначен отдельный лифт. Любой каприз за ваши деньги, господа.

Пока лифт с тонированными стеклами плавно поднимался, они молчали.

Кира, эта красотка с невинным лицом и дурманящими глазами, встала у противоположной от него стены, максимально удлинив дистанцию. Демид усмехнулся, скрестив руки на груди. Ему нравилось наблюдать за ней. Нравилась своеобразная игра в кошки-мышки.

– Боишься?

Она мотнула головой.

– Стоит?

Стоит, детка, ещё как. А ещё можно ударение сместить на последнюю гласную, и тогда уже данный глагол будет прекрасно характеризовать его общее состояние.

Глядя на Киру, которая находилась от него в шаговой доступности, он отчетливо осознавал, что ни одну девушку не хотел с такой силой и яростью, как её. У него скручивало внутренности, пульс зашкаливал, вены на висках вздулись. Да что вены! Все мышцы, каждая клетка в теле хотела получить Аристократочку.

– Ещё не решил.

Поездка в лифте длилась бесконечно долго.

Когда дверцы распахнулись, Демид и его Аристокрачтока вздохнули с облегчением.