Барабаны осени - Диана Гэблдон

Над горами огромным жарким шаром висело солнце. Брианна зажмурилась, чтобы не ослепнуть.

Вот оно — место, которое хотел показать ей Джейми. У подножия крутой скалы лежали камни, поросшие мхом и лишайником; между ними упрямо пробивались кривые деревца. Отец кивком предложил следовать за ним. Тропинка, почти не видимая глазу, петляла между огромными валунами. Брианна замешкалась было, и он обернулся.

Она с улыбкой указала на камни — огромный кусок известняка когда-то рухнул со скалы и раскололся на две части. Джейми стоял как раз между ними.

— Все нормально, — тихо сказала она. — Просто это кое-что мне напомнило.

Ему, впрочем, тоже — аж волоски на предплечьях поднялись дыбом. Джейми в ужасе застыл, глядя, как Брианна осторожно проходит между камнями. Однако ничего страшного не случилось; сделав несколько шагов, она подошла к нему.

Джейми рассчитал время идеально: солнце как раз перебралось через гряду и озарило верхнюю часть склона. Под ногами раскинулась долина, полная густого кипящего тумана. С горы напротив белой пенящейся струей низвергался водопад.

— Вот, — сказал Джейми. — Давай здесь немного отдохнем.

Быстрый подъем разгорячил кровь, отгоняя утренний холод; Джейми снял плед, присел на плоский камень и вытянул ноги, позволяя воздуху пробраться под килт.

— Здесь все по-другому. — Брианна отбросила за спину рыжие пряди и улыбнулась. — Понимаешь, о чем я? Я проехала через всю Шотландию от Инвернесса до Лаллиброха, по довольно диким местам, но там все не совсем так…

— Верно, — согласился Джейми.

Брианна права: там в каждой вересковой пустоши или в ущелье ощущается чье-то присутствие; в эти же места нога человека словно никогда и не ступала.

— Знаешь, я думаю… — начал было он.

Не стоит, наверное, об этом говорить — Брианна сочтет его глупцом. И все же Джейми продолжил:

— Духи, которые там живут… они очень-очень старые, знают людей уже тысячи лет. Им нет до нас дела. А те, что обитают здесь… — Он похлопал по стволу дерева, возвышавшегося на добрую сотню футов. — Они таких, как мы, прежде не видели.

Брианна кивнула, ничуть не удивившись.

— Они очень любопытные, правда? — Девушка запрокинула голову, вглядываясь в сплетение ветвей. — У тебя бывало такое чувство, что они смотрят в спину?

— Частенько.

Сидя бок о бок на камне, они наблюдали, как солнечный свет разливается по горам, пылая все ярче — словно от малой искры занимается пламя, и туман, мерцая как жемчуг, сгорает в этом огне. Джейми вполголоса заговорил, вознося благодарность здешним духам; даже не зная гэльского, Брианна уловила смысл его слов.

Она вытянула ноги, вдыхая ароматы раннего утра.

— И тебя их соседство не пугало? Ну, когда ты жил в пещере рядом с Брох-Мход?

— Нет. — Солнце грело лицо и грудь, наполняя душу умиротворением. — Ничуть.

— Только представлю, как это было… наверное, ужасно. Жить в холоде, грязи, одному…

— Да, все так, — улыбнулся он краешками губ.

— Иэн… дядя Иэн показывал мне то место.

— Неужели? Ну, летом, когда все зелено, там не так уныло.

— Все равно…

— Нет, страшно не было.

Джейми зажмурился, позволяя солнцу целовать сомкнутые веки.

Сперва он думал, что одиночество его убьет. А потом, когда все-таки выжил, оценил всю прелесть уединения. Даже с закрытыми глазами он видел солнце — огромный красный шар, объятый языками пламени. Может, слепая Иокаста тоже его видит?

Брианна замолчала. Крохотные птахи шуршали в еловых ветвях, охотясь на жуков.

— Роджер… — начала было она, и сердце Джейми пронзила стрела ревности, вызывая неожиданно сильную боль.

Неужели даже сегодня Брианна не будет принадлежать ему одному?.. Джейми открыл глаза и постарался принять заинтересованный вид.

— Я как-то пыталась с ним об этом поговорить. Об одиночестве. А потом решила, что зря. — Девушка вздохнула и нахмурила тонкие брови. — Кажется, он ничего не понял.

Джейми неопределенно хмыкнул.

— Я думала… — Брианна посмотрела на отца и тут же отвела взгляд. — Может, именно поэтому… Ну, вы с мамой…

Кожа у нее была такой тонкой, что видно было, как по жилкам бежит кровь. Брианна выдохнула, упираясь ладонями в камень.

— Она ведь тоже такая. Ей нравится быть одной.

Джейми не понимал, к чему она клонит. Хочет сказать, что за долгие годы в разлуке Клэр многому научилась? Да, верно, она познала вкус одиночества — ледяного, словно родниковая вода, которую не каждому по силам испить; кому-то она дарует свежесть, а кому-то — смерть… Однако Клэр жила с мужем; как же в его обществе она могла постичь суть одиночества?

Брианна, пожалуй, рассказала бы все… Однако он не стал спрашивать; последнее, чего ему сейчас хотелось, — это обсуждать Фрэнка Рэндалла.

— Может, и так, — кашлянул Джейми. — Я встречал женщин… да и мужчин порой, которые даже собственных мыслей не могут вынести; таким людям нелегко ужиться с теми, кто их не понимает.

— Да… — задумчиво протянула Брианна. — Пожалуй…

Боль в сердце приутихла. Выходит, она не так уж уверена в этом своем Уэйкфилде? Брианна рассказала им с Клэр обо всем: и о поисках, и о той жуткой заметке, и о путешествии по Шотландии, и о поездке в Лаллиброх — чтоб Лири провалиться! — и о человеке по имени Роджер Уэйкфилд, который последовал за ней. Нет, конечно, кое-какие подробности она утаила, но Джейми и сам не хотел о них слышать. Новости о скорой гибели в огне мало его беспокоили — бог знает, случится ли это вообще, — куда больше его волновало неизбежное расставание с только что обретенной дочерью.

Джейми выпрямился и замер. Как ни старался он вернуть прежний покой, из головы не шли мысли о Рэндалле.

— Посмотри-ка!.. — выдохнула Брианна, хватаясь за его руку.

Проследив за ее взглядом, он увидел их в тени деревьев — двух юных существ, стоявших в каких-то двадцати футах от людей.

Олени их заметили: вскинули изящные головы, раздувая темные влажные ноздри. Один шагнул в сторону, оставляя в росистой траве темный след. Второй, аккуратно переступая длинными ногами, последовал за ним, и они принялись щипать сочную зелень, изредка поглядывая в сторону странных, но явно безобидных существ на каменном уступе.

Джейми не сумел бы и на милю приблизиться к красному шотландскому оленю. Те пускались вскачь, стоило им учуять человека. Эти же звери, рожденные в первозданных местах, не ведали страха. Они жили в новом мире — и Джейми был рад, что знакомится с его чудесами вместе с дочерью.

— Так на кого ты охотишься, па?

Джейми стоял неподвижно, обшаривая взглядом горизонт, но Брианна знала, что он вовсе не выискивает зверя, и потому говорила громко,