Моногамист - Виктория Мальцева

Я выгляжу старше своих лет, так, впрочем, было всегда, и люди воспринимают меня серьёзнее, чем следовало бы. Точно так же серьёзно отнеслись ко мне две девушки, разделившие сегодня со мной постель, одна из которых замужем, а вторая, хоть и холостая, но объективно лет на 10 старше меня. Накануне вечером она была на нерве, порываясь уйти и оставить моё тело на съедение своей более раскованной замужней подруге.

— Just have fun!^[19] — пищит ей в ухо подружка, копируя меня.

Да, их обеих, и не только, восхищает моя манера местами переходить на английский, они находят забавным мой недостаток молодёжных слов и выражений, всё время повторяя, как я крут…

Я не сильно вникаю, в чём именно моя крутизна, но вру им, что мне 23, они проглатывают эту ложь и не давятся. Сейчас я думаю, что две 27-летние женщины не могли не знать разницу в поведении юного парня и молодого мужчины. Определённо им нравилась моя ложь.

Утро, начавшееся с головной боли и поиска вновь приобретённых друзей по остальным комнатам отеля, продолжилось на моей достаточно вместительной яхте, где меня ждала разъярённая, как чёрт, Кристен и аспирин.

Кристен… Я знаю. Всё знаю и всё вижу, и её взгляды, и её томные вздохи, и демонстративно-собственнические жесты. Мы давние друзья, и я иногда даже сомневаюсь в том, чья дружба мне дороже: её или Марка. Но то, как изменилось её поведение в последнее время, особенно после того, как наш «дружеский секс» приобрёл пугающую регулярность, меня уже серьёзно напрягает. Я не желаю никому принадлежать, я не способен любить. Любовь — зло. Разрушающая стихия, ураган, торнадо, сносящий всё на своём пути — из истории с Офелией я извлёк уроки. Я не хочу любить. Любовь не для меня. Кристен всё это знает, я говорил ей и не раз, но своих ожиданий на мой счёт не прячет и не меняет. И этот сегодняшний мой загул с двумя русскими — мой реверанс в её сторону. Нельзя чтоб она привыкала ко мне, нельзя чтоб всерьёз рассчитывала на меня. Конечно, не стоило её брать с собой, но Марка ангажировали родители на всё лето присматривать за племянницей, а одному ехать в путешествие не хотелось. Поэтому Кристен. Кто знал, что подруге вздумается вообразить себе какую-то романтику и мечтать о свадьбе?

Поэтому раз за разом доказываю ей обратное: я — лёгкий мальчик на один вечер, в редком случае на одну ночь, потому что спать (в прямом смысле этого слова) с посторонними не привык и всё ещё люблю возвращаться в свою постельку… А в моей постельке сплю только я и никого более.

— Сегодня праздник, ты в курсе? — в её голосе обида, негодование, почти ненависть за предательство, которого не было, и надежда, что всё ещё можно вернуть то, чего тоже не было.

— Что за праздник?

— День Нептуна!

— Это ещё что? — вяло интересуюсь.

— Сама не знаю. Жанна сказала — крутой праздник.

French Montana — Unforgettable ft. Swae Lee

Жанна — одна из немногих, кто в нашей компании более-менее вразумительно говорит по-английски, и я счастлив, что у Кристен есть, по крайней мере, с кем поговорить, пока я преподаю ей свои уроки.

— Жанн, — перехожу на русский. — Что за праздник Нептуна?

— Ну, Нептун — повелитель морей, сказочный персонаж какой-то, честно сказать, я толком сама не знаю, но везде, где есть вода, этот праздник уважается. Что-то типа маскарада: люди переодеваются в смешные или страшные костюмы, лучше морской тематики, конечно, но обычно кто во что горазд, но парни — это всегда черти. Нечистая сила.

— Черти!? — мне безумно нравится мысль переодевания в чертей. — Ты серьёзно?

— Абсолютно. На берегу есть санаторий — «Карасан» называется, там бывают самые прикольные представления, это всего пару десятков километров отсюда. Недалеко короче. Поедем?

— Поплывём, — соглашаюсь. — А где взять костюмы? Я хочу быть чёртом!

— А у меня дома есть! Хочешь, притащу? Только давай мы из тебя Нептуна сделаем? У меня и корона и трезубец есть — брат в прошлом году как раз Нептуном был!

— Нет, я чёртом хочу!

— Нептуном прикольней! Ты царь морской, а черти у тебя в услужении! Мы будем черти, а ты Царь!

— Да?

— Да.

— Тогда согласен.

— Сейчас сгоняю. Вечером, часов в пять выдвигаемся. На набережной такое будет! Я ребят соберу ещё, чтоб толпа побольше была! Выпивку купи, Алекс, ладно?

— Не проблема. Будет сделано.

— Жанна запала на тебя, — Кристен явно хочет поговорить.

— Криииис… — тяну, закрыв лицо руками. — У меня голова сейчас треснет. Дай лучше аспирин.

Но вместо аспирина мне прилетает грозно-нервное:

— Обойдёшься!

Блин. Вот засада, думаю.

— Крис, давай жить мирно. Не злись. Ты ведь знаешь, я не пригоден ни для чего серьёзного. Не принимай на личный счёт и будь снисходительна… Пожалуйста! Ты звезда, и ты знаешь об этом. Ни одна из них не достойна и волоса с твоей головы, и ты отлично знаешь, как сильно я тебя люблю. Как друга, конечно.

— А я на что-то претендую?

— Нет?

— Конечно, нет! Ты спятил? В тебя влюбиться? Да никогда в жизни! Это ж надо совсем без головы быть!

— А мне показалось…

— Крестись, когда кажется!

{MØ — Nights With You}

Жанна возвращается с костюмами, атрибутикой и обычными красками.

— Давай я заплету твои волосы в косички? — предлагает.

— Ещё чего! — возмущаюсь.

— Будет здорово, увидишь. Тебе даже парик не нужен — такие шикарные чёрные волосы, натуральный Нептун получится.

Запускает свои руки в мои волосы, и я тут же млею… Кайф… Чёртов кайф…

Голова — моё слабое место, я это уже понял, но как об этом догадываются они, девчонки?! Загадка.

— Ладно… — тяну, согласный на всё, лишь бы она продолжала делать то, что делает.

Жанна — умная и внимательная девочка, за что получает свою награду. Уже не в первый раз. В голове звенят слова Кристен: «Жанна запала на тебя», поэтому я дарю своей недавней любовнице заключительный поцелуй в лоб:

— Крошка, ты ведь знаешь, что я ветреный? Постоянство не для меня…

— Конечно, — отвечает. — Не парься! Так что? Косички плетём?

— Хватит и этих, думаю.

— А знаешь, так даже круче! Волосы со лба убрали — тебе идёт. Но так ты не Нептун… А Бог красоты какой-то…

— Да ладно!

— Но это ничего, сейчас мы тебя малость изуродуем, — смеётся и достаёт свои краски.

После её стараний я с трудом узнаю себя сам: обвешанный рыболовецкими сетями, лицо сине-зелёное, верхние волосы заплетены в длинные косы, полностью открыв мой лоб, на который Кристен с Жанной водрузили металлическую корону, выкрашенную золотой краской.