Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

обращаясь вся именно и к двум же парням из трех перед собой — непосредственно и преимущественно Владу и Егору, хоть и все же еще по очереди и не только же и потому, что практически невозможно было смотреть сразу и на двоих, да как и на одного-то, собственно же, и в глаза — в оба же глаза, что она все-таки же и старалась несмотря ни на что, учась же еще и от начала же самого просто, как и выдерживать больше и дольше, чем обычно, делать, но еще и потому, что они вновь рассредоточились и стояли сейчас почти так же, как и сидели же до этого в машине, а там и только же лишь еще сюда ехали и где Никита все-таки протиснулся меж передних сидений, пусть и явно же под конец переборщив: не став сначала елочкой, а сразу же фигуркой. — А откуда т… вы… точно… вы же еще… и ко всему же тому… сегодня ночью оба были у меня в комнате! Прочли и сообщение… Да и медведя… медведя ведь тоже вы забрали! Что еще? Да и зачем?..

— Фигурку дельфина с бассейном моей крови с камина. Поиграть-понюхать и разбить. Соответственно! — Отрапортовал Влад и пожал плечами, небрежно еще и фыркнув на собранные собой же и на себе все взгляды разом: от ошеломленного до ошалелого. И это ведь только вилка и как раз таки сейчас для мяса — Софии и Карины. И лишь немного еще и в виде ручки чуть подальше и тут же меж них — Жени. Где хоть и остальные это уже знали, так еще же и большинством из них видели, но и так же при этом были не в меньшем ступоре-шоке от его же правды-матки длиной в миг сейчас и здесь. — А что? У всех свои недостатки: со своими же сходствами и различиями. Например, я тоже люблю игрушки, как Роза. Но и не тоже — люблю их любить. Во всех же и ее смыслах!

— Красава, брат! — Подскочил так же во всех же, но уже и своих смыслах Никита и вернул ему подзатыльник со своей уже и правой руки, когда же Влад сам и ранее всучил его ему же с левой, теперь уже и точно, так еще и от себя же и на практике, не в теории и мыслях вновь от Влада же — для симметрии. — В гостиной не успел, но и ждал же еще, видишь, не зря — еще и вдвойне теперь приятно стало! Ну а ты же сегодня еще и сам же словишь огонь так же себе и собой же, принимая свою же гранату обратно, фашист уже и ты проклятый! Ночью… В своей уже комнате… И от нее же… Так еще же и со спины! А мы и все уже на это посмотрим… Теперь и от меня: «не за что, Егор»!

— Отомстил, да? — Потер голову своей же уже и правой рукой рыжий, левой же параллельно еще и растрепав короткие пряди всей пятерней. В конце же еще чуть оттянув их у корней, чтобы вновь распределив, уравновесить боль. — А как же и вновь твой Егор, м? А Ксан? Последний из которых и последним же изначально все это нам и разрешил!

— Вновь… и первее всех же нас… нас же сдал, сын мой? Никого не забыл? — Сузил свои серые глаза мужчина, глядя на вновь легко пожимающего плечами парня. Но и стараясь же сейчас и таким вот образом только и как раз таки не смотреть в прожигающие теперь его самого карие глаза, повернувшиеся вмиг к нему же и над левым плечом Софии же. На какую-то секунду даже вдруг и ставшие почти что бордовыми, будто и от крови. А в луче солнца и при собственной же еще и темноте, так еще и вполоборота — бликнув и тем же ее сиреневым. Вместо и обычного зеленого как у кошек да и той же ночью все. Сгустившей как-то резко теперь уже и над ним самим в ответ свой же озоновый слой, не иначе как и под самое что ни на есть штормовое предупреждение. — Молодец! Возьми с полки пирожок… полки кладовой, в которой я тебя по приходе домой запру и не открою! Как минимум же — до твоего следующего и как никогда же теперь близкого отъезда… А и как максимум — вообще! Я разрешил… наб-лю-дать. Следить… А не воровать!

— Но ведь и на пользу же… Во благо! — Хмыкнул Влад. И, тут же поймав взгляд Софии вновь на себе, ответил ей с тем же ее напором, но и своих уже потемневших, почти и покоричневевших глаз. — Или что, скажешь, что сама бы все дала и отдала, как и ранее же, и так же нам сказала и рассказала? Без этого бы всего! Серьезно?

— Нет, но… ты… вы бы могли хотя бы перед этим и меня же саму спросить, попросить об этом и… всем… — тихо уже ответила ему на этот же его к ней прямо-таки и выпад она, стушевавшись сразу же под последовавшей же за ним от него уже и остывающей внимательностью к ее изначальной и если еще и неличной, то и неконфликтности же вовсе и скрестив руки под грудью, опустила тут же и взгляд в землю.

— А откуда мы бы это узнали и знали же затем, что и действительно стоит? — Встрял в их недоперепалку-перебранку Егор, ударив по обоим и без разбора своим солено-пенным морским потоком, все-таки и вняв одному из неправил-примеров и до этого самого Александра. Но и так же ведь все не прибивая-отбирая, а скорее и выбивая весь недружественный пыл тем самым. Угоманивая и приглушая эмоции, коих было и так ведь и без них предостаточно и раззадоривая и зажигая разум наоборот.

— Егор заслужил теории — за свою моральность и химию… А ты же — практики! За свою же все физику и… всю. Равновесие же, брат… Баланс! — Показал руками в воздухе чаши весов Никита и не спеша двинулся к Карине, чтоб увести ее от уже и так и без нее, как и без него же намеченной точки взрыва меж уже и четырех огней-парней и мужчины.

— Ой, как удобно! — Скривился рыжий и сплюнул своей же лавандовой горечью куда-то и себе же все под ноги.

— Ага! Неожиданно и приятно… — пропел ему же в тон младший. И, вновь облокотившись на капот, прижал к себе и перед собой