Хулиган. Его принцесса - Эла Герс

— Недели не прошло, — ошарашенное заметил я, приподнявшись на локте и почувствовал, что сон меня окончательно покинул. — Бля, только не говори, что мне придется второй раз провожать тебя. Нет, я, конечно, не рыдал, как Ксюха, но мне тоже было тоскливо. Кстати, Ксюша знает, что ты здесь?

— Ты думаешь, я бы пришел к тебе, не увидевшись сначала с ней?

— И то верно, — пробормотал я. — Так почему ты вернулся?

— Я соскучился по Ксюше.

— Не по мне?

— У меня не было времени соскучиться по тебе, ведь и недели не прошло, помнишь?

— Не хочу прерывать эту идиллию, но не могли бы вы поговорить где-нибудь в другом месте? — раздался ворчливый голос Тани из-под одеяла. — Я тут сплю вообще-то. Идите и разговаривайте там, где я не лежу голая и не сплю.

Выражение лица Орлова нужно было видеть. Там был такой спектр эмоций, — от смущения до растерянности, — какой я еще никогда не видел. Но уже в следующее мгновение он поднялся с кровати и покинул мою спальню.

Я разразился смехом и откинул одеяло с плеча Тани, целуя ее обнаженную кожу.

— Я сейчас вернусь, — шепотом сказал я ей, всё еще посмеиваясь.

— Иди уже, — проворчала она, уткнувшись в подушку и погрузилась обратно в сон.

Я несколько мгновений смотрел на нее, чувствуя себя самым счастливым парнем на земле.

А затем соскользнул с кровати, натянул боксеры и вышел из спальни, тихо прикрыв за собой дверь.

— Можешь себе представить, что было бы, застань я вас так с Ксюшей? — первым делом спросил с широкой ухмылкой, увидев друга, сидящего на диване.

— Я могу представить тебя мертвым и не дышащим, — ответил он, приподняв бровь.

— Ага, — хмыкнул я, устраиваясь в кресло. — Скажи спасибо, что моя девушка не такая робкая, как твоя.

— Я уже понял — вы друг друга стоите.

— Ну так, — я широко раскинул руки, — с возвращением?

Если бы это был старый Орлов, я бы получил смертоносный взгляд, а затем меня бы послали куда подальше.

Но это был новый Орлов.

Конечно, я всё равно получил смертоносный взгляд, но новый Орлов не был таким грубым, как раньше.

— Я не буду с тобой обниматься, — проворчал Леха.

Я почувствовал, как у меня в улыбке дрогнули губы.

Все-таки это было охренительный прогресс в его исцелении.

— Значит, ты остаешься? Ты доучиваешься здесь? — спросил я своего лучшего друга, откинувшись на спинку кресла.

И Орлов обрадовал меня, ответив:

— Да.

— Ты серьезно?

Леха наклонился вперед, уперевшись локтями в колени и сцепив руки в замок.

— Мы с отцом поговорили об этом по прилету. Он спросил, уверен ли я в этом переезде, переводе и готов ли я вообще оставить всех вас, когда это было вовсе не обязательно. Он не был уверен, что мне стоило бросать всё здесь. Сказал, чтовнезапные решения — это не есть хорошо. Мы подумали и решили, что мне будет лучше вернуться. Закончу здесь универ, а потом перееду к нему, — еще сильнее обрадовал меня Леха, а потом добавил: —Желательно вместе с Ксюшей, а то без нее совсем паршиво.

Мне понравилось это решение.

Очень понравилось.

Да и Орлов сам, похоже, был рад своему решению не меньше моего.

— Ты все еще хочешь пойти по стопам своего отца? — с ухмылкой спросил я.

Лицо друга расплылось в широкой улыбке.

— Не могу поверить, что ты до сих пор это помнишь. Мы же были совсем детьми, когда я это сказал.

— Я запомнил потому, что мне это показалось забавным. Твой отец тогда работал в ФСБ и ты хотел быть похожим на него, но был слишком тощим для этого.

— А ты, придурок? Ты хотел стать Железным человеком.

— Эй, я могу им стать. Я достаточно богат для этого, — ответил я, отчего улыбка Лехи стала еще шире.

Затем его улыбка немного померкла, и он тихо сказал:

— Рад тебя видеть, Дань. И скажу честно, после Ксюши я больше всех скучал по тебе.

— Ну естественно. Я и не сомневался в этом, — с самоуверенной насмешкой отозвался я.

Леха, откинув голову назад, разразился смехом, а я не смог сдержать улыбки, глядя на так сильно изменившегося в лучшую сторону друга.

— Кстати, — все еще смеясь, начал он, — я проиграл. Череп с Владом поставили на то, что я застану тебя с Градовой.

Моя ухмылка померкла, а глаза сузились от осознания.

Наклонившись вперед, я спросил:

— Ты приехал ко мне в самую последнюю очередь, да? После Ксюши, и даже Черепа с Рябининым?

— Они встретили меня в аэропорту, — хватило смелости признаться Орлову.

— Вам, придурки, пора завязывать делать на нас ставки, — сказал я своему лучшему другу. — Если Таня узнает, что вы продолжаете заниматься этой дурью, она убьет сначала меня, а потом всех вас.

На телефон Орлову пришло уведомление, временно отвлекшее его внимание.

— И кстати, мы делаем ставки на то, сколько продлятся ваши отношения, прежде чем вы снова расстанетесь, — рассеянно пробормотал он, смотря в экран телефона.

— Чего, блять?

— Тогда мы заключим еще одно пари на то, когда Таня простит тебя и примет обратно, потому что, очевидно, это будет твоя вина.

Я сделал глубокий вдох, потому что не хотел выходить из себя, а был близок к этому. Не хотелось омрачать возвращение Орлова мордобоем.

— Вы все придурки, — только и прорычал я.

Леха посмотрел на меня, приподняв бровь.

— Ты поспорил на меня и Ксюшу, если ты забыл.

— Это было всего один раз. Один гребаный раз!

Леха поднялся с дивана и я, откинувшись на спинку и сложив руки на груди, продолжил сверлить его пристальным взглядом.

— Мне пора, — сказал он с ухмылкой. — Увидимся в универе.

— Как скажешь, — выдавил я из себя.

— И если увидишь Черепа и Влада раньше меня, скажи им, чтобы шли нахрен.

Это вызвало у меня усмешку и помогло вернуться в прежнее расположение духа.

Прежде чем уйти, Леха положил руку мне на плечо и несильно сжал.

Не нужно было слов, чтобы понять, что мой лучший друг был рад собственному возвращению. А это многое значило для меня. Опустил руку, Орлов двинулся к двери. Некоторое время я молча смотрел ему вслед.

— Лех? — позвал я.

Он повернулся и я, встретившись с ним взглядом и усмехнувшись, сказал:

— Я тоже рад тебя видеть.

*****

В первый день второго семестра студенты нашего универа с безопасного расстояния наблюдали за зрелищем, устроенном на парковке. В конце концов, я был одним из отъявленных хулиганов этого