Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

Бен встретил женщину. Ту, что не устраивала скандалы и не закатывала истерики по любому поводу и без. И даже семилетний сын от первого брака не стал помехой на пути к созданию их крепкой семьи. Папа встретил Грейс в Америке, во время одной из своих командировок. Как-то очень быстро между ними всё закрутилось. Не верится абсолютно, что так бывает. Спешно поженились, окрылённые своим счастьем. А спустя несколько лет, появились общие дети: Элизабет и Макс, а это значит, что мои мечты таяли, как мороженое на солнце… Боже, как же тогда я ненавидела Грейс! Она отрезала последнюю ниточку между отцом и матерью, а значит, моим фантазиям относительно их воссоединения пришёл конец.

Мы заходим в дом. Несмотря на ранее утро, Эмили вовсю носится по гостиной. Эмили — моя мать, но с недавних пор, вслух я зову её исключительно по имени. Иначе — язык не поворачивается. И нет, она вовсе не какая-нибудь неблагополучная безответственная родительница. Просто… так уж вышло, что отношения между нами испортились после одного неприятного события, которое произошло в моей жизни год назад.

Эмили, кстати, совсем не до меня. Работа отнимает восемьдесят процентов её времени. Она не вылезает из офиса, будучи обыкновенным менеджером онлайн-магазина бытовой техники. Да что там говорить, она даже во сне пытается продавать чудо-сковородки и дивные моющие пылесосы! Отец нам, конечно, всегда помогал, но всё равно временами бывало достаточно тяжело, особенно когда я была маленькой.

— А что собственно происходит? — я смотрю, как она бежит наверх, перебирая в руках мои документы.

— К отцу едешь, — бросает она, не удостоив меня и взгляда. — Моему терпению пришёл конец, Дженнифер.

Это вот что она сейчас такое произнесла? Я ошарашенно смотрю на отца, а тот с невозмутимым видом наливает себе кофе.

— Эмили! — громко рявкаю.

Взбегаю по ступенькам вверх, и моя собака Боня тут же мчится следом. Захожу в свою комнату и в ужасе замираю. На кровати лежит огромный чемодан, в который Эмили складывает мои вещи.

— Это шутка такая? — округляю глаза.

— Я тебя предупреждала, Дженна! Разве нет? Выкинешь что-нибудь ещё — отправишься к отцу! То тебя ловят на заброшенной станции, то прыгаешь с вышки, едва жива остаёшься, нахожу сигареты в твоей куртке, а потом ты и вовсе не приходишь ночевать. И вот! Дожились! Забираем тебя из полицейского участка! Самой-то, девочка, тебе не стыдно? — её кудри пружинисто взлетают вверх от каждого резкого движения.

— Я… не хочу туда к ним! — и это, знаете ли, чистая правда.

— А я не спрашиваю, как видишь! — бесстрастно заявляет она.

— Пожалуйста, не отправляй меня в чужую семью! — кажется, в моих глазах стоят слёзы. Хм, а я и забыла, каково это — чувствовать их.

Поднимаю Боню на руки и растерянно наблюдаю за суетящейся у шкафа матерью. Её руки, словно на автомате, совершают механические движения: отправляют мои вещи в пузатый чемодан. И вместе с ними — мою последнюю надежду остаться здесь, с ней в Канаде.

— Самолёт в одиннадцать. Поторопись. Вдруг я забыла, что-то положить тебе. В этом году в Торонто ты не вернёшься.

— Что? Целый год? — я просто задыхаюсь от возмущения.

— Может и больше, как с колледжем решим.

— Вот так запросто выкинешь меня из дома? — в шоке смотрю на родительницу и всё ещё не могу поверить, что она отправляет меня к отцу. — А школа? Занятия вот-вот начнутся.

— Заберу твои документы и перешлю по почте.

Как же просто всё звучит из её уст…

— А мои друзья, Эмили? — обеспокоенно спрашиваю я. Уже и не представляю себя без Джимми, Генри и нашей компании, в которой я, к слову, — единственная девчонка. Так уж сложилось, что с парнями отношения у меня складываются куда удачливее.

— Друзья-оборванцы и без тебя проживут, обзаведёшься новыми в Блу Бэй. Тебе там понравится, до Лос — Анджелеса рукой подать.

— А Дин? У нас соревнования в октябре. Я не могу так подвести партнёра! И тренеру нужно сообщить… Такие вещи не делаются вот так внезапно! — у меня просто в голове не укладывается то, насколько быстро она без меня приняла решение, от которого зависит, между прочим, моё будущее.

— Раньше нужно было думать об этом, Дженнифер! — останавливается и разводит руками. — Нет у меня больше сил с тобой бороться!

— Сбылась твоя мечта, да? — я прищуриваюсь. — Ты ведь весь год только и думала о том, как бы поскорее вышвырнуть меня с глаз долой!

— Дженнифер, — в её глазах отражается чувство вины. — Пожалуйста, не надо. И прошу…

— Да не собираюсь я ничего ему рассказывать, — гневно отвечаю, даже не дослушивая её фразу. Всякий раз, когда я вижу это страдальческое выражение на её лице, начинаю жутко беситься.

— Мне жаль, что тогда я не оказалась здесь раньше, слышишь? — она сглатывает, сдерживая слёзы.

— Я хочу побыть одна! — не церемонясь, заявляю я. Тело напрягается, и я превращаюсь в статую. Зачем она опять говорит мне эту фразу? Чувствую, как горло сковывает спазм.

— Пойми меня: я с тобой не справляюсь. Думаю, будет действительно лучше, если ты отправишься к отцу, — Эмили пытается сделать шаг ко мне навстречу, но я демонстративно отхожу к окну.

— Лучше кому? Тебе?

— Нам обеим, Дженна. Прости, но ты перешла все границы и просто не оставляешь мне выбора, — Эмили тяжело вздыхает, бросает на меня сочувствующий взгляд и, наконец, выходит из комнаты.

Похоже, она не представляет, какую свинью мне подкладывает. Что я вообще буду там делать в этой новой, идеальной семье отца? Бросаю мистера Бо в чемодан, и он издаёт скрипучее «квааа». Удручённо осматриваю свою обитель: книги, многочисленные постеры и гитара, чьи струны я часто перебирала вечерами.

И вот, сижу я, вся такая растерянная, совершенно не готовая к нелепым, ненужным переменам. Добавьте к этой картине ничего не понимающего джек-рассел терьера, отчаянно пытающегося обратить на себя внимание. Он подкидывает игрушечную змейку, намекая, что готов поиграть.

— Это просто финиш, Бонь, — расстроенно признаю я, глядя в озорные глазёнки своего милого пса.