Обнаженная в его объятиях - Сандра Мартон

Ничего не изменилось, даже женщина сидела перед кабинетом все в таком же сером костюме. Она встала, как и тысячу раз в прошлом.

– Вас ждут, мистер Найт.

Ни «привет», ни «как поживаете».

Алекс последовал за ней по длинному коридору к очередной закрытой двери. Она отворялась с помощью рычага и вела в просторный кабинет с пуленепробиваемыми окнами, выходящими на Белтвей.

Мужчина за дубовым столом поднял глаза, улыбнулся и встал с кресла. Изменилась только его должность. Старый директор, на которого работал Алекс, ушел. Его заменил ассистент по имени Шоу, который Александру никогда не нравился.

– Алекс! – Шоу протянул руку. – Рад снова видеть тебя.

– Взаимно, – соврал Алекс.

– Присаживайся поудобнее. Ты уже завтракал? Может, хочешь чая или кофе?

– Нет, ничего не нужно, спасибо.

Директор снова сел в свое кресло. Он оперся на локти и произнес:

– Я слышал, твои дела идут довольно хорошо.

Алекс кивнул.

– Эта ваша компания… «Специалисты по управлению риском»… так, кажется, она называется? До меня дошли слухи, что вы с братьями отлично справляетесь. Это такой комплимент для нас… Приятно знать, что навыки, полученные здесь, не растрачены понапрасну.

– О, мы навсегда запомнили здешние уроки. Я ничего не забыл.

– Правда? Что ж, я искренне надеюсь на это. – Внезапно Шоу посерьезнел. Заискивающая улыбка исчезла с его лица, и он посмотрел Алексу прямо в глаза. – Полагаю, ты помнишь клятву, которую вы давали, вступая в наши ряды. Чтить наш народ, защищать его и служить ему.

– Чтить и защищать, – поправил Алекс. К черту любезности! Пора расставить все по местам. – Я не забыл. Может быть, и ты помнишь, что неправильная интерпретация этой клятвы Агентством и послужила главной причиной моего ухода и ухода моих братьев.

– Ты говоришь, как провинившийся школьник. Сейчас не время и не место.

– Я уже слушал это когда-то. Если, ты пригласил меня только поэтому.

– Я просил тебя о встрече, потому что твоей стране нужна твоя помощь.

– Нет, – отрезал Алекс, вставая.

– Проклятье, Найт, – директор сделал глубокий вдох. – Сядь. И хотя бы выслушай меня.

Алекс смотрел на человека, который занимал здесь второй по значимости пост, с нескрываемой неприязнью. Но все же он подчинился.

– Спасибо, – поблагодарил Шоу, – У нас проблема.

– У тебя проблема.

– Прошу тебя! – хмыкнул директор. – Давай не будем придираться к словам. Позволь мне говорить моим языком.

Алекс пожал плечами. Ему нечего терять. Что бы ни сказал Шоу, Алекс покинет его кабинет, и это здание через несколько минут.

Директор наклонился и перешел на доверительный шепот.

– Здесь были люди из ФБР по поводу… деликатной ситуации.

Алекс удивился. ФБР и Агентство даже не знали о действиях друг друга.

– Новый глава ФБР мой старый знакомый и… в общем, как я уже сказал, возникла щекотливая ситуация.

Тишина. Алекс поклялся себе, что ни за что не заговорит первым, но любопытство победило.

– Что за ситуация?

– Клятва о неразглашении информации, которую ты давал, все еще в силе.

– Если только это не коснется моей чести, сэр, – насмешливо произнес Алекс.

– Проклятье, Найт, прекрати говорить ерунду! Ты один из лучших наших агентов. И сейчас нам нужна твоя помощь.

– Я же сказал, меня это не интересует.

– Ты слышал о клане Дженнаро?

– Да.

Представители всех ведомств знали Дженнаро. Этот клан занимался поставками наркотиков, проституции и нелегальным перевозом граждан.

– А тебе известно об обвинениях против Энтони Дженнаро?

Алекс кивнул. Пару месяцев назад государственный прокурор Манхеттена выдвинул обвинение против главы семьи. Если ему вынесут обвинительный приговор, Тони Дженнаро проведет остаток жизни в тюрьме и власть клана закончится.

– Мне сообщили, что в ФБР есть доказательства его вины. Записи телефонных разговоров, компьютерные файлы. – Директор помолчал. – Но карта в рукаве – это свидетель.

– Не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.

– Свидетель согласился помочь, но потом испугался. В Департаменте юстиции не уверены, что будет дальше. Свидетеля все-таки уговорили выступить в суде…

– Под давлением.

– Уговорили, но…

– Дженнаро может добраться до него первым.

– Именно. Или свидетель снова передумает.

– Но я все же не понимаю…

– Генеральный прокурор и я проделали долгую изнурительную работу, Алекс. Он считает, что обычная программа защиты свидетелей тут не поможет. Я с ним согласен.

– То есть свидетеля нельзя поселить в дешевый отель на Манхеттене, попросить прислугу не распространяться о своем госте, ну, или еще что-нибудь в этом роде?

– Все, что нам нужно – это хороший агент. Человек, который был на линии огня, который знает, что никому нельзя доверять, который не боится сделать все возможное, чтобы сохранить свидетеля в безопасности.

Алекс встал.

– Ты прав, Именно такой человек вам и нужен. Но это не я.

– Ты тот самый агент, Алекс. Единственный, кто может справиться с этим заданием.

– Проклятье, Найт, ты поклялся служить своей стране!

– Ты что, не понимаешь слова «нет», Шоу? – Никто никогда не называл директора по имени. Оно повисло в воздухе, как напоминание о том, что Алекс давно не работает на Агентство. – Я сказал, что был рад увидеться, – Алекс подошел к двери. – Но на этом все.

– Нам не добиться обвинительного приговора без твоей помощи!

Алекс открыл дверь.

– Они убьют свидетеля! Хочешь, чтобы это было на твоей совести?

– Моя совесть здесь совершенно ни при чем. И ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой.

– Найт! Вернись сейчас же!

Алекс вышел, громко хлопнув дверью.

Александр припарковал машину и купил билет до Нью-Йорка. Все лучше, чем провести еще хотя бы час там, где политики развлекаются, в то время как другие рискуют жизнью ради спокойствия их детей.

Проклятье, ему следовало послушать братьев.

Алекс вспомнил недавний обед у отца. Отношения со стариком стали намного лучше, когда братья выросли. Тем более после того, как Кэм чуть не умер, а Мэтт попал в перестрелку.