Всё, Рыжая! Доигралась! - Ольга Цай

— Понятия не имею, на сколько его перевели. Сегодня сообщит, наверное.

— Может, он не заметит, что меня нет? Меня-то не знают в центральном еще.

— Может. Но, как сможешь, приезжай.

Я отключила телефон и задумалась. Я работаю не так давно в организации, буквально несколько месяцев, но мне очень нравится. И не дай Бог, теперь из-за этого начальства меня уволят.

— И все же! — раздался голос, вытаскивая меня из дум. Я вскинула глаза на парня.

— Что?

Он усмехнулся.

— Тебя как зовут?

— Погоди. Ты это сейчас серьезно?

— Что?

— Пытаешься ко мне подкатить?

— Просто познакомиться. Все равно ждем гаишников.

— Насчет машины не нервничаешь? А то вон, — кивнула на Мерс белобрысой, — у некоторых нервишки совсем ни к черту.

— Артём, — представился парень и протянул руку.

— Марина, — ответила на рукопожатие.

— Марин, я серьезно насчет страховки. Стандартной не хватит на ремонт даже одного автомобиля.

Я чуть поникла. Ну, а чего печалиться? Будет день — будет пища. Я так решила. Вскинула голову и посмотрела на Артёма.

— Не переживай, что-нибудь придумаю, — пожала плечами я.

— Ну-ну.

Прошло около сорока минут, когда соизволили явиться служители дорожного правопорядка. Измерения, протоколы, опрос — все это заняло около часа — полтора. Назначили время, к которому нам всем необходимо прибыть в отделение, уточнили, нужен ли кому эвакуатор, получив отрицательный ответ, уехали. С Артёмом обменялись телефонами для связи по вопросам аварии, к белобрысой с таким предложением соваться даже не стали. Мы наконец-то смогли освободить дорогу на радость всем автолюбителям и разъехаться по своим делам.

Доковыляв кое-как до работы, я не обнаружила ни одного свободного места на парковке, нарезая уже тридцать пятый круг по оной. И так опаздываю, еще и это, блин. Решение пришло само собой.

Влетела в офис, попутно стягивая с себя кофту. Вроде начало июля, лето, но выдаются дни, когда на улице прохладно, мрачно и сыро, в общем, мерзковато. И сегодня тот самый день.

— Привет! — поздоровалась я с Жанной.

Весьма общительная особа, чуть старше меня. Моментами она мне кажется наивной, но это не портит впечатления о ней. В целом, у нас хорошие рабочие взаимоотношения.

— Привет! Ты чего так опаздываешь?

— Ой, Жанн, да пипец какой-то. Сегодня не мой день. В аварию попала.

— Да ладно! Серьезно? Как так? Кто виноват?

— Я. Но, блин, это не люди, а гады какие-то. Я поворотник включила и мигала до посинения, хоть бы кто притормозил и пропустил. Так ведь нет! На хрена вы отравили Констанцию?

— Какую Констанцию? — непонимающе уставилась на меня Жаннка.

— Бонасье.

— Ничего не понимаю, — недоуменно сказала Жаннет. А это я ее так называла.

— Привет опаздунам, — засунулась в дверной проем взъерошенная голова Степки.

— И тебе не хворать, — ответила я.

— Слышал, в аварию попала?

— А слухи-то быстро разносятся! Ага, попала.

— Кто виноват?

Меня начал бесить этот вопрос. Кому приятно ходить и налево, и направо рассказывать, что виновата сама?

— Машинист электропоезда.

— Чего?

— Того, Степ, того. Отстань. У тебя кофе в руках есть?

Парень перевел задумчивый взгляд на пустые руки.

— Нет, — протянул, уставившись на меня.

— Ну, а раз нет, чего пришел? С пустыми руками в гости не ходят. Иди, иди, Степушка, работай на благо виртуального мира.

— Ну и язва же ты, Марбеллка.

— За это ты меня и любишь, — задорно улыбнулась я.

Степка — мой очень хороший приятель. Он — гуру компов, сетей, железяк и прочей нечести — айтишник, если кратко. Такие друзья на вес золота. Но обожала его я не за это, а за то, что он просто хороший, веселый и вечно лохматый человечек.

— Так ты под поезд попала на машине? — услышала вопрос от Жаннки.

Я закатила глаза к потолку, призывая остатки самообладания, выдохнула и решила сменить тему:

— Жанн, а что у нас с новым начальством? Приехало?

— Должен скоро. Говорят, цербер тот еще! Не жалеет никого. После его проверок головы летят только так.

— Ого! Прям Иван Грозный, ни дать, ни взять.

— Не говори! Девочки из области рассказали, что он два месяца назад был у них, так там такой сыр-бор поднялся, что в живых остались единицы. Начальник их, например…

Мне не судьба была дослушать кровавую историю областного филиала, из сумочки истошно завопила сигнализация моего многострадального автомобиля.

Я быстро взглянула на брелок, на дисплее высвечивался молоточек, а это значит, что какой-то нежилец решил рискнуть здоровьем и ударить мою «девочку». Хотя у нас с Соней были жаркие споры. Елизарова утверждала, что Ниссан Жук — это самец. Мол, мужской род. Я же парировала — не все то, что мужской род является в истинном проявлении мужиком. Взять хотя бы Борисова. Вроде мужской род, а от мужика там пших. Ходить и строить из себя альфа самца — не является достаточным основанием для утверждения, что ты мужик.

Все эти мысли неслись в моей голове ровно пропорционально ракетной скорости, с которой я сбегала по лестнице вниз, потому как дождаться лифта в нашем бизнес-центре было крайне проблематично. Тридцать семь этажей и три лифта всего, пока дождешься хоть один из них, можно успеть маникюр уже сделать, и я не шучу. А наш отдел, как на грех, располагался на тридцать третьем этаже, и шанс получить скоростной спуск вниз был невелик. Пробегая десятый этаж, в душе поблагодарила себя за удачный выбор обуви. На шпильках это было бы сделать нереально.

Как школьница перепрыгнула через последнюю ступеньку, пересекла большой холл, толкнула дверь на улицу, и побежала по парковке к месту, где оставила свою пострадавшую машину.

— Это вам так приглянулась моя крошка, что не можете держать свои руки при… Что за на? Ты? — вылупила глаза, да так и осталась с открытым ртом.