Мама на полставки - Айрин Лакс

Ошибка? Да какая же это ошибка?!

Такой сладкий младенец и такой… громкий!

Что же с ним делать?

— Разберись! — прочеканил босс.

— Постойте! Неужели вы не хотите разобраться, почему на груди малыша записка, будто это ваш малыш? — спросила я.

— Тебе интересно? Ты и разбирайся, а я — чайлдфри и детишек не заводил! — возразил хам и хлопнул дверью, прокричав из недр кабинета. — И ради бога, сделай так, чтобы ребенок перестал орать!

Глава 2

Аня

Закрытая дверь маячила перед моим носом, как издевка.

Младенец продолжал вопить истошно.

Вот так я и оказалась принята на работу, а со всем остальным я как-нибудь разберусь. Наверное…

— Итак, почему же ты кричишь? — поинтересовалась я, перехватив малыша поудобнее.

Ладонь сразу же наткнулась на влажное.

— Похоже, тебе просто некомфортно. Давай поглядим, может быть, твоя мама оставила тебе подгузник и что-нибудь из одежды?

Я заглянула в переноску. Под тоненьким одеяльцем была припрятана бутылочка со смесью, одна кофточка и запасные штанишки.

Больше ничего! Ни подгузника… Ни даже записки с именем не оставили!

Что за нелюди такие, возмутилась я.

Как-то слишком жестоко бросать малыша вот так! Иррационально!

Или, может быть, это какая-то проверка? Мало ли что…

Вдруг Эмин Муратович ловит помощниц на живца, подсовывает им непростые ситуации и наблюдает за тем, как с ними разберутся потенциальные кандидатки на место помощницы.

Если так, то я должна справиться. Даже если работа окажется временной, то денег Сабитов обещал заплатить немало, а потом я обязательно что-нибудь придумаю!

— Нужно тебя переодеть. Вот только я в этом месте новенькая и совсем не знаю, что где находится. Однако здесь должны быть бумажные салфетки и какая-нибудь ванная, да? Хотя бы раковина?

Разговаривая с малышкой, я обошла приемную, обнаружила бумажные салфетки. Осмотрела приемную.

Стол секретаря был совсем крошечный, помещался только модный моноблок и клавиатура.

Малыша на таком столе никак не положить и не переодеть!

Пришлось опустить ребенка на кожаный диван, пожертвовав свою кофточку вместо пеленки. Ребенок продолжал плакать, по лицу градом катились крупные слезки. Я кое-как стянула мокрые штанишки, подгузник был переполнен, даже по ножками потекло. Внутри, само собой, был наложен обильный "подарочек".

— Аня, ты позвонила, куда я сказал? — раздалось за моей спиной.

Босс! Явился в неподходящий момент.

— Фу! — сморщился он, уловив носом неприятный запах, разлившийся в воздухе приемной. — Аня! Ты совсем, что ли? Зачем раскладываешь на гостевом диване детские какашки?

— А где мне их раскладывать? — поинтересовалась я, осторожно вытирая промежность и попку ребенка. — У вас большой стол?

— Даже не вздумай! — пригрозил пальцем Сабитов. — Давай уже, заканчивай с этой какаляндией, пора заниматься реальным делом.

— У вас есть на примете няня?

— У кого? У меня?! Я чайлдфри! И в вопросах детишек ни черта не смыслю!

— У меня тоже нет на примете няни, но я обязательно найду. Только чуточку позднее, хорошо? Сначала нужно успокоить ребенка и накормить. Кстати, заметили?

— Запах? У меня сейчас нос отвалится! Конечно, заметил. Вонючий младенец!

— Да нет же! Я не про то.

— Что тогда?

— Это девочка. Смотрите, какая хорошенькая!

Босс поморщился.

— Подержите, пожалуйста! — попросила я, протянув испачканный подгузник.

— Аня! — возмутился. — Заканчивай возню с младенцем, возьми у Ксении планировщик и уточни, с кем у меня сегодня встреча?

— Вам тяжело взять подгузник? Или хотите сами попробовать?

Босс помрачнел и помог, но помог не так, как я его просила. Он просто выгнал пинком из-под стола корзину для бумаг и поставил ее рядом со мной.

— Вот. Сгружай все добро сюда!

— У вас есть личный санузел?

— Что?! Еще и санузел мой подавай! А потом что? Попросишь пароль от сейфа, где деньги лежат? Имей совесть!

Босс посмотрел на меня недобрым взглядом и вышел, буркнув еще раз, чтобы я поторапливалась.

— Придется тебе обойтись простой подтиркой, — вздохнула я.

Но малышка уже не плакала, а всхлипывала и причмокивала губками.

— Да ты голодная, — догадалась я и взяла бутылочку.

Хорошо, что я догадалась сначала взболтать содержимое. Если там было молоко или детская смесь, то они давным-давно испортились и встали противным комком. При виде бутылки девочка разревелась пуще прежнего!

Точно голодная!

Придерживая плачущую малышку на руках, я постучала в кабинет босса и вошла. Сабитов сидел на кресле, крутился в нем и пытался говорить с кем-то по телефону. Голос был бодрым, а выражение лица — страдальческим. При моем появлении, лицо босса приобрело почти зверский вид.

— Да, конечно! Мы успеем! Точно в срок! — проговорил громким голосом. — Не переживайте. Потери моего предшественника остались в прошлом, у нас новый курс… АБ-СО-ЛЮТ-НО НО-ВЫЙ! Да чтоб тебя! — выругался и сорвал наушники, зажав ладонями уши. — Аня! Ты нарочно притащила орущего младенца в момент, когда я уламываю партнеров не бросать нас?!

— Послушайте!

— Нет, это ты послушай, у фирмы крайне сложный период. Мой младший братец развалил тут все, а я пытаюсь спасти то, что осталось! Но эти детские крики выводят меня из себя!

— Именно поэтому я и пришла. Во-первых, малышка проголодалась, во-вторых, у нее всего один подгузник — и тот испачкан, почти нет сменной одежды. И в-третьих…

— И в-третьих? —