Моя (не) родная - Алиса Ковалевская

– Агния.

Я обернулась. Встретилась взглядом с Оливией.

– Всё в порядке? Спит?

– Да. Смена часовых поясов даёт о себе знать.

Кивнув, я ушла с балкона. Даёт, это точно. В моём случае, не только смена часовых поясов.

– Собери вещи, – распорядилась я. – Вылет без двадцати час.

– А вы? – увидев, что я иду к двери, спросила Оливия.

– Выпью кофе. Уснуть всё равно не смогу.

Спустившись вниз, я прошла к бару. Заказала чашку латте. И стоило так накручивать себя? Чего я ждала? Главное, зачем? Напряжение вдруг отступило.

Во всём виновата девочка, очень давно посмевшая довериться плохому мальчику и поплатившаяся за это своим сердцем. Но теперь всё – несколько часов сна, самолёт – и никаких мыслей о Даниле.

Вдруг я услышала громкие голоса со стороны расположенного в уединении зала.

– Да ты красавец! – пробасил кто-то, вырывая меня из задумчивости. – Такую невесту отхватил!

Послышался женский смех и… Я чуть не выронила чашку. Виски сжало, кофе стал чересчур горячим.

Как в тумане, я поднялась.

Этого не могло быть. Не могло, чёрт возьми!

Восковой куклой стоя посреди зала, я смотрела через призму прошлого в другой, где вокруг большого стола расположилась компания.

Приобнимая за талию яркую брюнетку, мой сводный братец отсалютовал бокалом.

Наташа. Бывшая подруга засмеялась, звонко и громко.

Я попятилась, напрочь забыв про кофе. Спиной наткнулась на кого-то и, резко обернувшись, столкнулась взглядом с растерянной официанткой.

– Простите, – не чувствуя сожаления, выговорила я. Вокруг были рассыпаны закуски, кисть жгло. Запоздало я почувствовала, что кофта липнет к груди. – Простите, – повторила я и, не оборачиваясь, пошла прочь, надеясь, что он не увидел меня.

Порыв не выходить из номера до отъезда в аэропорт был подавлен на корню. Вместо того, чтобы подняться на этаж, я вышла на улицу.

– Вот, значит, как, Даня, – сказала я вслух, глядя издалека на завешанные тюлем окна зала.

Он изменился. Это было видно даже в неофициальной обстановке. Вместо линялой футболки – рубашка, вместо потёртых джинсов – брюки. Только губы кривились всё так же и на скулах темнела щетина.

Бредя вдоль увитых диким виноградом решёток, я пыталась вернуть утраченное в момент спокойствие. Вот почему он проигнорировал назначенную мной встречу с адвокатом.

Данил и Наташа. Кто бы мог подумать!

В воздухе запахло розами. Прямо передо мной возвышалась арка.

– Господи… – не сдержалась я, разглядывая крупные цветы.

Похоже, не только бабушка словила маразм перед смертью, но и отец из ума выжил. Опустившись на ближайшую скамью, я смотрела на цветочное сердце, но видела почему-то лежащую на талии Наташи руку Дани.

Постепенно сумерки сгустились. Один за другим зажглись фонари.

– Да, – ответила я на входящий от мамы.

С ней, в отличие от отца, связь я не теряла. В прошлом году мы даже провели вместе несколько дней во Франции.

– Как ты? – спросила мама.

Вопрос был очень уж подозрительным. Конечно! Я сразу же всё поняла.

– Ты знала, – сказала я с нажимом.

Мама промолчала, и это стало подтверждением. Ну конечно же она знала.

– Почему ты не предупредила меня, мам?

– Вы виделись?

Я чуть не зарычала. Виделись?! Да если бы она сказала мне, что Даня решил устроить гулянку в тесном кругу в отеле, где я собираюсь остановиться, я бы не то что сюда Мирона не привезла – уехала бы на другой конец города, и плевать, что потом до аэропорта пришлось бы добираться в три раза дольше!

– Мама! – воскликнула я в ответ на её молчание. – Ты специально?!

Сжала трубку так сильно, что стало больно. Сладкий запах роз доводил до тошноты. Голова закружилась.

– Агния…

– Что Агния?! – я рывком поднялась со скамьи. Неверяще мотнула головой. Увидев на дисплее её фотографию, подумала было предложить встретиться, теперь же не могла даже продолжать разговор. – Ты… – ярость так и захлёстывала меня. – Я не могу сейчас с тобой говорить. Не хочу и не могу. Поговорим потом.

Не дожидаясь ответа, отключилась и тихо застонала. Зачем?! Чего она хотела добиться?

Посмотрев на время, я с удивлением поняла, что провела на улице почти два часа. Каждым своим появлением сводный брат превращал мою жизнь в хаос.

– Только не в этот раз, – шепнула я и, сунув телефон в карман, пошла к отелю.

В холле было куда теплее, чем на улице. Тихо звучала ненавязчивая музыка, пахло свежестью и тропическим ароматизатором. Это было фишкой сети – каждый отель был выполнен в своей цветовой палитре и имел собственный запах.

Вызвав лифт, я вспомнила, как долго выбирала запах для этого отеля. Изначально он задумывался, как райский уголок прямо у черты города. Наслаждение с пометкой «luxury». И эта арка из роз…

Внезапно моё размытое отражение в розовато-стальных дверцах лифта скрыла тень. Вздрогнув, я развернулась и тут же забыла, как дышать.

Данил стоял в считанных сантиметрах от меня. Две верхние пуговицы его рубашки были расстёгнуты, ослабленный галстук болтался.

– Какая встреча, – с кривой, не предвещающей ничего хорошего усмешкой проговорил он и шагнул вперёд.

Инстинктивно я попятилась. Что оказалась в капкане, поняла только, когда сводный брат зашёл следом и дверцы закрылись теперь уже за его спиной.

– Давно не виделись, сестрёнка, – он подошёл ещё ближе. С шумом втянул носом воздух.

Его верхняя губа по-звериному дрогнула. Мой подбородок оказался в его пальцах.

– Здравствуй, дорогая сестрёнка. Не думал, что ты заявишься, – палец с нажимом прошёлся по коже. – Вот же стерва.

Опомнившись, я оттолкнула