Выбор божества - Ксения Перова

Точнее, таращится с открытым ртом – верх неприличия!

– Прошу прощения, – пробормотал Сильван, с трудом отводя глаза.

– Все в порядке, не переживайте. – Голос гостя звучал, словно нижние ноты скрипки, и, казалось, при всем желании не мог быть громким. Мягкая, плавная речь воспринималась как песня, что бы он ни говорил. – Постоянное внимание – часть жизни любого эр-лана, так что я привык. Я Мелл Фэлри.

Пожимая прохладную, узкую ладонь с длинными, сильными пальцами и бормоча свое имя, Сильван начал постигать глубину пропасти, в которую безвозвратно упал его сын. А также смехотворность надежд на то, что Питер оставит прошлое в прошлом и найдет кого-нибудь другого.

Приходилось признать – ни один человек, хоть раз увидевший Фэлри, не забудет его до самого дня отбытия на Тот Берег3.

Однако на лице Питера, только что соединившегося с возлюбленным, радости что-то не наблюдалось. Бледность пробивалась сквозь загар, он ерошил черные кудри, ходил по комнате, вставал, садился и снова вставал, точно человек, терзаемый неотступной болью.

– Два года Питер уверял меня, что Оморон хочет напасть на нас, – медленно произнес Сильван, глядя на метания сына, – неужели сейчас вы скажете мне, что это правда?

– Это правда, – спокойно подтвердил Фэлри, – клан Лэ создал прибор, генерирующий силовое поле определенной частоты…

– Проще говоря, я прав! – не выдержал Питер. – Эти сеги несли на себе что-то, что свело Винни и его друзей с ума. Вот только сами они ничего не знали.

– Не знали? – переспросил Сильван. Нащупал оставленный Питером стул и сел.

– Мой отец и Тиан, глава клана Ти, хотят дискредитировать программу медленной ассимиляции, принятую по результатам Дебатов, – в голосе Фэлри вибрировало чувство вины, – отряд, побывавший у вас – один из десятков, если не сотен, отправившихся за Барьер, чтобы наладить контакт с вашим… народом. И все они стараниями Тиана имели при себе крохотные генераторы поля – скорее всего, тайно вшитые в одежду. Они помрачают сознание других людей и усиливают агрессивность.

– Все попытки сегов как-то общаться с нами приведут лишь к массовым убийствам, – Питер все бегал по комнате и никак не мог успокоиться, – в Омороне нас сочтут кровожадными дикарями и легко согласятся на предложение эр-ланов уничтожить всех людей за Барьером под корень.

– Всех?! – переспросил Сильван – подобное не укладывалось в сознании. – Не может быть! Здесь же много людей, дети…

Фэлри потер пальцами невидимую вертикальную морщинку на лбу, и Сильван внезапно увидел за красотой и изяществом этого неземного существа сильную тревогу и страх – точно те же чувства, что терзали его самого много дней подряд.

– Боюсь, что так. Убийства озлобят сегов, и многие захотят решить проблему… радикально. Никто из них в глаза не видел ни одного человека из-за Барьера, и эр-ланы с легкостью навяжут им тот образ, который лучше всего подойдет для осуществления их планов.

Несколько секунд Питер и Сильван смотрели друг на друга, пытаясь переварить все вышесказанное. Треск фитиля свечи вывел их из столбняка.

– Подожди, – остановил Сильван сына, собиравшегося что-то сказать, и повернулся к Фэлри, – сколько у нас времени?

– Немного. Самое большее – неделя.

– Как они собираются уничтожить нас? – Сильвану казалось, что это кто-то другой спокойным голосом произносит рассудительные слова. А настоящий Сильван сидит, сжавшись в комочек и закрыв глаза, в самой глубине его существа.

Но у него жена и сын, а значит, отсидеться не получится.

Фэлри покачал головой.

– Не могу сказать. Но почти наверняка каким-то… довольно быстрым способом. Кланам нужна ваша земля для расширения Оморона, к тому же промедление может поколебать сегов. Они примут жестокое решение на эмоциях, но, если дать им остыть, захотят докопаться до истины, а это эр-ланам ни к чему.

– Питер, – внезапно произнес Сильван и протянул руку, – подойди.

Питер нерешительно приблизился и взял руку отца. Паника в глазах слегка отступила, но все равно он был напуган, его мальчик, до смерти напуган, и Сильван не мог его винить. Кто угодно испугался бы в подобной ситуации.

– Прежде чем что-то предпринимать, ты должен принять одно решение, – ровно промолвил Сильван.

– Что? Какое решение?! – испуганно взвился Питер, и на взволнованном лице Фэлри отразилось жгучее сострадание.

Сильван крепче сжал руку сына.

– Мы можем уйти отсюда прямо сейчас. Найти твою мать и спастись самостоятельно.

– Я помогу вам! – вставил Фэлри.

Сильван кивнул ему в знак благодарности и продолжил:

– Или можем попытаться спасти людей, предупредить их об опасности. Ты уже говорил с ними, но ничего не знал наверняка, и тебе не поверили. Сейчас есть свидетель, который подтвердит твои слова.

Фэлри энергично кивнул. Сильван молча смотрел на сына, ожидая его решения.

– Мы… ну… – Питер переводил взгляд с отца на возлюбленного, ища поддержки. – Конечно, нельзя бросать людей на верную гибель!

Что-то внутри Сильвана сжалось, а потом расправилось, и кровь быстрее побежала по телу. Он хлопнул себя по коленям и решительно поднялся.

– В таком случае дождемся утра и начнем. Сейчас надо отдохнуть. Мелл Фэлри, вы… у нас есть свободные комнаты. Пожалуй, их стало даже слишком много в последние годы.

– Спасибо, но эр-ланам не нужно много спать. – Фэлри поднялся и слегка склонил голову. Золотая волна с шорохом пролилась на плечо, и Сильвану на миг показалось, что он ощущает нежный аромат, схожий с благоуханием цветов вишни или яблони. Потом все исчезло.

Он кивнул в ответ и ушел к себе, отчетливо понимая – до конца ночи никто из них не сомкнет глаз.

2

– Приляг, я посижу с тобой, – предложил Фэлри, когда они с Питером остались наедине.

Луна опустилась к черной кромке леса, тишина оглушала, лишь ветер за распахнутым окном чуть слышно шелестел листвой.

Охваченный смущением, Питер погасил свечу и лег не раздеваясь. Фэлри устроился поудобнее на краю кровати. Несколько секунд они молчали, изучая друг друга в лунном свете, пока эр-лан не отвел глаза.

– Фэлри… – прошептал Питер.

– М-м?

– Как думаешь, я решил правильно?

– Почему ты сомневаешься?

– Не знаю. Я всегда сомневаюсь, – Питер тяжело вздохнул, – а еще… ну… в деревне нас всегда недолюбливали. Всю нашу семью. Когда я вернулся из-за Барьера, то стал героем, но все равно никто не захотел со мной знаться. А Винни еще и пытался отнять пояс.

– Это еще кто? – нахмурился Фэлри.

Питер усмехнулся.

– Не волнуйся, он уже далеко отсюда. Я к тому, что каждый раз, делая выбор, надеюсь, что стану лучше… и люди перестанут отталкивать меня. Но все впустую.

Фэлри склонил голову, словно собираясь с мыслями. Пряди волос струились с его плеча на бедро