Попала! Замуж за злодея - Елена Солт

Что ж, поехали. Сейчас только сосредоточиться и извлечь из глубин памяти всё то, что давно погребено под другими воспоминаниями, то, что говорила бабка. Хоть я и дурила в тот день, но память моя словно губка, всё впитывает и хранит десятки лет.

Села в позу лотоса и попыталась провалиться вглубь подсознания, по крупицам отыскивая фрагменты того самого дня.

Простая, чистая душа,

Жизнь обошлась с тобой сурово.

Ты не заслуживаешь смерть…

Окно в палате с грохотом захлопнулось. Кровать и тумбочка задрожали. Входная дверь задребезжала и затряслась. Улыбнулась кончиками губ и открыла глаза. Вспомнила.

Небо за окном резко затянуло тучами. Грянул гром, засверкали молнии. Одна из них ударила в карниз. Рядом рухнуло дерево, чудом не разбив окно нашей палаты. Свеча вспыхнула и погасла.

Поднялась на ноги и подошла к Машеньке. Погладила её пергаментную кожу на руке и прошептала:

— Я люблю тебя, милая. Родная сестра не была бы дороже и ближе, чем ты. Надеюсь, ты получишь там то, что заслуживаешь: признание, спокойствие, любовь. Об одном прошу: хватит быть для всех хорошей, пора учиться постоять за себя, слышишь? За счастье нужно бороться! Но ты сильная и ты справишься, я в тебя верю! Вперёд, в новую жизнь!

Надавила лезвием на запястье подруги и собрала капли крови в ритуальную чашу. Вернулась на своё место в центре магического круга.

Простая, чистая душа,

Жизнь обошлась с тобой сурово.

Ты не заслуживаешь смерть…

И старый мир смени на новый!

Камень скользил во влажных ладонях, когда наклоняла ритуальную чашу. Очень медленно и осторожно я удерживала её над страницами романа. Капли крови упали на бумагу и расползлись по ней причудливой паутинкой.

Задержала дыхание, внимательно следя за пламенем свечи, которое вдруг взметнулось вверх на десятки сантиметров, а затем резко потухло. Одновременно с этим мерный писк аппаратуры сменился продолжительным непрерывным сигналом.

Буря за окном стихла, словно по щелчку пальцев. Тучи расходились.

Когда в палату вбежала перепуганная медсестра, я стояла рядом с Машенькой с рюкзаком за спиной, запоминая любимые черты лица. Удался ли ритуал? Или я правильно делала, что смеялась над бабкой? Я не знала.

Когда вышла на крыльцо с пакетом Машиных вещей, на ясном небе светило солнце. Мальчишки за забором больницы пускали кораблики. Пели птицы. На душе вдруг сделалось легко и радостно без причины. Конечно, всё удалось, я чувствую это, я знаю! Моя Машенька жива! «Будь счастлива, любовь моя, моё сердце», — прошептала, всматриваясь в облака слезящимися глазами

Вдруг из пакета выскользнула книга и шлёпнулась в лужу страницами вниз. Почувствовала, как внутри похолодело. Сердце забилось тревожно. Это знак, не иначе! Что могло пойти не так? Где ошибка? У Алисии не жизнь, а мечта: любящий принц, королевство, сильная магия, долгая и счастливая жизнь впереди, так в чём подвох?

Нервно сглотнула, дрожащими пальцами подняла мокрую книжку и резко перевернула. О, нет! Нет и нет! Не может быть! Книга была раскрыта как раз на тех страницах, где мучительной смертью при родах умирает младшая сестра обожаемой мной Алисии, пустышка без магии, унылая моль и её бледная копия. Мэрион.

2. Новый мир

Мэрион.

Тьма была такой уютной, и мне было так хорошо в ней. Лениво открывать глаза, да и зачем, когда так прекрасно и нет больше боли. Какое-то новое лекарство, наверное, надо будет сказать доктору, что оно помогает.

Шевельнула кончиками пальцев на ногах и услышала какой-то шум, словно сквозь вату. Кто-то всхлипывал, поливая мою ладонь слезами. Крис? Открыла глаза, но вокруг была не больничная палата!

Кровать с балдахином из плотной бордовой ткани. Письменный стол из тёмного дерева в углу со свитками, перьями и чернильницами. Сквозь стрельчатые окна едва пробивается тусклый свет. К стене жмутся девушки в белых передниках и чепцах и о чём-то переговариваются.

Едва дыша, повернула голову. Стоя на коленях возле моей кровати, какая-то девушка тихо плакала, сжимая мою руку. Залюбовалась её шелковистыми волосами цвета молочного шоколада и почувствовала, как сердце защемило от нежности. Чуть пошевелила рукой. Девушка резко вскинула голову. Её глаза расширились, а мокрое от слёз лицо осветилось радостью:

— Мэрион! Мэрион! — бросилась мне на грудь, душа в объятиях. Незнакомка отстранилась и зашептала, гладя меня по волосам. — Сердце моё, тебе лучше? Душа моя, умоляю, скажи, что тебе лучше!

Я прислушалась к себе. Чёрт те что творится, но мне, и в самом деле, лучше. Верится с трудом, но боли больше нет!

— Кажется, да, — кивнула неуверенно.

— Я говорила вам! — девушка подскочила и принялась тыкать пальцем в служанок и пожилого мужчину в тёмной мантии, шагнувшего из глубины комнаты. — Говорила, что она поправится! Я верила! Я оказалась права! А вы все — нет!

Мужчина в мантии пристально всмотрелся в меня, и под его взглядом я поёжилась. Серые блёклые глаза пугали. Захотелось отвернуться, закрыться. Мужчина потёр ладони и почтительно поклонился девушке:

— Хвала Светлому Богу, — затем шагнул ко мне и снова поклонился. — Если Ваша Светлость не возражает, я бы хотел произвести осмотр, чтобы убедиться…

— Нет! — крикнула громко неожиданно для себя самой. Мужчина и девушка удивлённо посмотрели на меня. Я нервно провела ладонью по одеялу и добавила уже спокойно. —