Мороз по коже - Ева Левина

Знаю точно, что Кулецкая сразу не сдастся, и снова будет пытаться встретиться. Красивая, молодая и очень глупая.

Ведь, и не замечал, и в открытую говорил, что ничего не получится, но она настолько зациклена, что до сих пор не может принять то, что просто мне не нужна. Ни в качестве любовницы, ни даже в качестве друга. Ладно, к чёрту мысли… Таня — точно последнее, о чем сейчас хотелось думать.

Вернулся к бою и, выпив еще три рюмки, заснул прямо на диване в гостиной.

Глава 2

День города и самое горячее дежурство в году проходило относительно спокойно. К вечеру мы с моим коллегой Николаевичем были настолько расслаблены, что накатили коньяка и даже включили футбольный матч нашей сборной у меня в кабинете.

Игра шла ровно, наши открыли счет шикарным голом, и вечер проходил очень медленно и предсказуемо. Но как раз в тот момент, когда мы с Пономарём в очередной раз чокнулись рюмками, в кабинет влетел Звонарев и доложил, что в "Black" массовая драка.

— Уже выехали?

— Так точно, два наряда.

— Я тоже еду, — рявкнул я и, схватив пиджак, направился к выходу.

— Ну нахрен тебе это надо? — вымученно простонал Николаевич, — клуб давно чужой… Хорошо же сидим, наши счет открыли… Коньяк простаивает, закуска…

Отмахнулся и быстрым шагом направился к выходу.

Клуб давно чужой. Даже не ожидал, что эти слова так больно резанут по старым ранам… Да, этот клуб, по документам принадлежавший покойному брату, а по факту бывший полностью моим, я сдал в аренду сразу после его смерти. Сделал это, чтобы стереть из памяти прошлое шестимесячной давности… Но то, что я в один день потерял брата и любимую девушку, которая выбрала другого, я так и не смог забыть.

Сначала было совсем хреново, но постепенно стало легче. Работа, полная командировок и разного геморроя здорово отвлекала от мыслей, а ведь их поначалу было море: о брате, о совести, о своей судьбе и о ней…

Маша… Тонкая, нежная и невероятно красивая. Впервые я увидел ее именно в "Black" и сразу пропал. Она, робкая и смешная, в майке с медвежонком, стояла и тряслась как осиновый лист, совершенно не понимая, что мужчина перед ней с первого взгляда влюбился, как мальчишка. Наивная девятнадцатилетняя девчонка, она вызывала желание заботиться и беречь её, но сама хотела отдать себя в жертву. Именно поэтому и выбрала Горина, редкостного мудака и по совместительству бывшего губернатора области. А я остался один.

Сердце просто рвало на части. Смерть брата и ее уход — все совпало и просто выбило из колеи. Хотелось уснуть и не проснуться, забыться так, чтобы не думать ни о чем. Дежурства и куча бумажек на месте заместителя начальника важной структуры города, а затем и подоспевшее новое звание майора тогда просто спасли.

Прошло полгода, и внутри ничего не осталось. Выжженная пустыня. Кажется, что я больше в принципе не способен ничего чувствовать, поэтому не живу, а существую, как периодически бухающий тридцатидвухлетний холостяк с постоянной приходящей любовницей и уборщицей.

Так или иначе, но одно только название клуба, где произошло так много событий моей жизни, до сих пор будоражило мой мозг. Там теперь бардак, ведь им заправляет избалованный нарик и сынок богатых родителей Марк Соболев. А когда "Black" был в моих руках, внутри была железная дисциплина.

Завернув на парковку клуба, оставил машину и большими шагами направился внутрь. Руки так и чесались вспомнить молодость и начистить кому-нибудь, но я был в маске. Да и хрен с ней. Что мне будет то? Разве что на камеру снимут, утырки мелкие.

Внутри чисто, драку разняли. Часть уже погрузили и увезли, а вторую пакуют. Молодцы. Оперативно.

— Все прошмонали?

— Да, товарищ, майор, вон там заканчивают, — один из ребят показал в сторону випок.

Ну, что, пойду, прогуляюсь, по местам боевой славы. Открыл одну из дверей и замер. Новый хозяин клуба, мерзкий сладенький шмыг пытался возмущаться и требовал оставить его с девушкой вдвоем. Разумеется, моим ребятам насрать.

— Ооо, Роман Сергеевич, какие люди! — расплылся в мерзкой улыбке представитель золотой молодежи. Эту дебильную ухмылку сразу захотелось стереть четким выверенным ударом, но я сдержался.

— А я уже отцу хотел звонить. Беспредел ваши доберманы устраивают! Я тут с девушкой решил уединиться, а мне мешают…

— Да хоть маме звони. Ты радуйся, гавнюк, что тебя самого мордой в пол не уткнули и марамойку твою. Обдолбаетесь, поколение пепси, мать вашу, а потом приезжай, как шавок вас растаскивай.

— И все таки ситуация стабилизировалась, поэтому я бы попросил оставить нас с моей девушкой наедине. А еще попрошу ее не оскорблять. Она приличная девушка, — деловито протянул этот долговязый додик, и заискивающе посмотрел мне в глаза.

— Ты мне тут не указывай. Будешь гавкать, шкуру твою в отдел заберу с остальными, и трахать некого будет, — раздраженно гаркнул я, стремительно теряя интерес к Соболеву и ко всему происходящему.

— Роман Сергеевич, я своим не делюсь, — лениво улыбнулся Марик.

Наглый, сученыш, знает ведь, что не трону.

— Пусть уже трахается, дебил. На выход, ребята, — только после того, как я отдал команду ребятам команду, вдруг понял, что что-то не так. Как будто инсайт или странное дежавю… Замер, наткнувшись на фигурку у стены, до этого успешно прятавшуюся за темно-зеленым балдахином.

Так вот кого собрался оприходовать этот богатенький наркоман… Девица, как девица… таких за вечер в «Blake» проходят сотнями… Но тут что-то в этой девушке было до боли близким, хотя на первый взгляд ее лицо показалось мне совершенно незнакомым…

Неестественно черные волосы, глаза, еле открывающиеся из-за огромных ресниц, и пухлые губы, густо накрашенные ярко-красной помадой. Откровенно говоря, она выглядела как настоящая шлюха, хотя и пыталась казаться незаметной и раствориться со стеной. Казалось, что пора оставить Соболева с этой шкурой, но что-то останавливало меня и не давало оторвать взгляд от испуганного лица.

Шагнув вперед, я рявкнул, чтобы в випке включили свет и буквально впился в девицу глазами…

Неужели она?!

Сердце вдруг сорвалось в галоп, а кровь начала бежать по венам с утроенной силой. Стало жарко, настолько невыносимо, что в ушах раздался какой-то невероятный шум, доставляющий почти физическую боль. Хреново. Откровенно плохо. Почему-то именно в этот момент я вспомнил коньяк, который пил полчаса назад. Может сивуха? Торкнуло? Иначе как объяснить галлюцинацию, стоящую передо мной?

Вот она живая, настоящая и очень похожая на одну девочку. Испуганно захлопала темными, как вишни, глазами и