Вместе или врозь - Эмили Джордж

За окном сгустились сумерки. Нэнси потянулась к настольной лампе. Свет вспыхнул на мгновение и погас. Она щелкнула выключателем верхнего освещения — безрезультатно.

— Черт! — в сердцах выругалась Нэнси.

Она поняла, что надо найти свечи, спуститься в подвал и проверить пробки. При этой мысли у нее по спине пробежали мурашки. В дневное время Нэнси наслаждалась одиночеством, но с наступлением темноты ей становилось не по себе. А уж без электричества тем более.

Нэнси прошла к стоящему у окна бюро и порылась в ящиках. К счастью, в одном нашелся коробок спичек. И в этот момент раздался сильный стук, эхом прогремевший по всему дому.

Нэнси в страхе выронила спичечный коробок, но уже в следующую минуту справилась с дрожью, поняв, что кто-то изо всех сил колотит во входную дверь. Подняв с пола коробок, она попыталась разглядеть, кто стоит у двери, но из-за темноты и опустившегося тумана ничего не увидела. Страх снова холодком пробежал у нее по спине. Нэнси решила не открывать, однако жуткий стук раздался снова.

— Миссис Дойл?! — услышала она низкий голос с сильным южным акцентом. — Миссис Дойл, я Питер Розански, ваш ближайший сосед.

Это имя было ей знакомо. Мистер Карни, адвокат ее покойного дяди, упоминал в разговоре Питера Розански. Нэнси напрягла память, пытаясь вспомнить, что ей говорили о мистере Розански. Что-то по поводу многолетней вражды между ним и ее дядей Майлзом. Из-за чего шла вражда, она, разумеется, не запомнила.

— Что вам надо? — осторожно спросила Нэнси.

— С вашей фермы убежала овца, она нанесла значительный ущерб моей собственности! — Стоящий за дверью мужчина едва сдерживал раздражение.

— Откуда вы знаете, что это моя овца?

— У нее тавро, буквы «М» и «П», — сердито сказал мужчина.

Нэнси молчала.

— Миссис Дойл, вы собираетесь открывать дверь или нет? А то я выгружу животное и оставлю его у вашей двери. Я не могу торчать тут всю ночь, у меня дел полно.

— Подождите минуту.

В прихожей стояла старая масляная лампа, и Нэнси пришлось немного повозиться, чтобы зажечь фитиль. Лампа осветила крошечное пространство в огромном холле, но это было лучше, чем полная темнота. Нэнси накинула цепочку и приоткрыла дверь.

— Не могли бы вы подойти поближе, чтобы я могла видеть вас? — попросила она не слишком любезно.

— Зачем? Хотите убедиться, не вор ли я? — В голосе мужчины появились насмешливые нотки. У него был привлекательный голос — хрипловатый и сексуальный.

— Откуда я знаю, что вы тот, за кого себя выдаете? — возразила Нэнси.

— На мне нет клейма, зато в моем джипе ваша чертова овца. — Мужчина помолчал немного и сказал более мягко: — Послушайте, я не хотел испугать вас. Давайте я привяжу животное к перилам лестницы, а вы займетесь им, когда я уеду.

Озабоченность, прозвучавшая в его голосе, заставила Нэнси мыслить более здраво. Допустим, у дяди были какие-то разногласия с соседом, но это не значит, что мистер Розански опасен. Она притворила дверь, сбросила цепочку и распахнула дверь.

Питер Розански поразил Нэнси своей внешностью. Он был примерно одного с ней возраста, то есть чуть за тридцать, и очень привлекателен, если кому нравятся смуглые стройные мужчины. Такие не в моем вкусе, твердо сказала себе Нэнси, которая вообще больше не собиралась заводить романы ни с какими мужчинами.

На Питере был грубой вязки кремовый свитер, который хорошо контрастировал с его смуглой кожей. Черные джинсы плотно облегали стройные бедра и длинные ноги.

Неровный свет от масляной лампы плясал на мужественных чертах его лица, выхватывая из темноты яркий блеск темных глаз, волевой квадратный подбородок и широкий разворот плеч. Густая шевелюра слегка волнистых волос делала его еще более привлекательным.

Они смотрели друг на друга в изумлении. Нэнси показалось, что Питер удивлен ее внешностью не меньше, чем она его. Но в следующее мгновение молодая женщина сообразила, что причиной тому был ее вечерний наряд, выглядевший нелепо в старом полуразвалившемся холле.

Питер окинул Нэнси оценивающим взглядом, чем поверг ее в немалое смущение, потом перевел глаза на старую лампу, которую она держала в руке.

— Вы проводили спиритический сеанс? Или, может, вы всегда ходите по дому в таком виде при выключенном свете? — спросил он с легкой иронией.

Спиритический сеанс! — фыркнула про себя Нэнси. Надо же придумать такое! Я-то полагала, что выгляжу неотразимой в своем наряде.

— У меня проблема с электричеством, — сухо сообщила она.

Объяснить, почему одета в вечернее платье, Нэнси не смогла бы, поскольку и сама не знала, зачем вырядилась в него. Она сделала это импульсивно, наверное, ностальгируя по прежней жизни. Но в любом случае мистера Розански это не касалось.

— Вы оплатили счет? — спросил он.

— Какой счет?

— За электроэнергию, — терпеливо пояснил гость.

Нэнси гневно сверкнула глазами.

— Разумеется.

Ухмыльнувшись, Питер спросил:

— В таком случае, что вы намерены делать по поводу другой вашей проблемы?

— Какой еще другой проблемы? — рассеянно спросила Нэнси, не в силах оторвать взгляд от его темных бездонных глаз.

Интересно, подумала она, они действительно такие темные или это игра света?

— Я имею в виду вашу овцу. — Питер махнул рукой в темноту. — Я привез ее в джипе и боюсь, что она изгадит все сиденья.

— Ах да! — спохватилась Нэнси, придя в себя. — Зайдите на минуту в дом. Я только надену свитер, а потом выйду и помогу вам.

Питер метнул взгляд на ее босоножки, скривил губы в насмешливой улыбке и скептически протянул:

— Ну-ну…

Нэнси хотелось ответить какой-нибудь резкостью, но она сдержалась. Ее сосед, конечно, уверен, что толку от нее не больше, чем от бабочки на строительной площадке.

Питер помедлил перед тем, как войти в холл.

— Прошло немало лет с тех пор, как я переступал порог этого дома в последний раз, — сухо заметил он. — Майлз, наверное, переворачивается сейчас в гробу.