Александра - Анастасия Клейменова

Мне вновь вспомнилось разбитое окно.

Я начал ощущать неловкость, теребить майку.

Но Алекса словно ожидала от меня следующего шага.

– Пойдем ко мне! – предложил я девочке. – Поиграем в «Зеленого свина».

Черт побери! Что я говорю, она же не играет в игры!?

Я ожидал, что Алексе моё предложение не понравится, но она, к моему удивлению, улыбнулась.

– Не могу сейчас, – сказала она мне. – Бабушка скоро вернется с рынка, а ключа у неё нет.

– Тогда пока!

– Пока!

Алекса дружелюбно помахала мне ладошкой. Её прежнее недовольство, казалось, было забыто.

Я пошел домой.

2 глава

Ссора

Женька, притаившийся до этого в кустах, выпрыгнул оттуда.

– Ну что, как тебе девочка? – спросил он у меня с насмешкой в голосе.

Как приличный пацан, я должен был заехать Женьке по уху: во-первых, за то, что он меня кинул в минуту опасности, а, во-вторых, за то, что он теперь беспощадно насмехается надо мной.

Но после общения с Сашей мне было приятно, спокойно на душе, поэтому, я тихо отозвался:

– Ничего. Красивая.

– Ха-ха-ха, – рассмеялся Женька. – Втюрился по уши! Ха-ха-ха!

– С чего ты это взял!?

Мне сразу стало противно, оттого, что Женька кругом прав и кругом победитель: ведь именно он бросил петарду противной бабке в окно, а не я, именно он умело скрылся с места преступления, а не я, и именно он раскрыл мне страшную тайну, о которой я только-только начинал догадываться.

Я замахнулся и ударил Женьку по носу. Женька дал мне сдачи.

Мы начали кататься в траве, бить друг друга.

– Гад ты Женька! Ненавижу тебя! – кричал я в сердцах человеку, которого ещё рано утром считал не то, что своим лучшим другом, а своим родным братом.

– Подумаешь, влюбился, влюбился и, как баба себя ведёшь, признаться боишься даже себе в этом!

– Не боюсь я, не боюсь!

Освободившись от цепких Женькиных рук, я поднялся с травы.

– Ничего я не боюсь! Просто у меня больше нет к тебе доверия!

– Ах, вот оно как!

– Да, ты предатель, подлец, кидаешь меня одного и… вообще, это моё дело – кого мне любить, а кого нет. Тебя это не касается. Понял?!

Женька растерянно посмотрел на меня.

– Прости, – пробормотал он. – Я, правда, подставил тебя. Я не хотел…

– Да, да, все вы не хотите, и все подставляете меня. А как плохо вам, так все сразу ко мне… Игру у Тольки Мишка спёр, вы соврали, что я, стучали в дверь к Костылевым все, вы наврали на меня. Достали вы меня все, не хочу больше с вами дружить! Не нужны мне такие друзья – подставлялы!

Женька молча смотрел на меня, сказать что-то против моих слов ему было нечего.

– Я пошёл домой, – небрежно проговорил я и направился в сторону своего дома.

Женька бросился меня догонять.

– Коля, Коля, извини. Коль, я согласен насчет игры. Но ведь Мишка потом признался.

– Потом, когда его родители уже обозвали меня «вором», «малолетним преступником», – безжалостно напомнил я Женьке.

– А с Костылевыми вообще недоразумение. Ты же сам помнишь.

– Недоразумение!?

Я шёл вперед, не оглядываясь.

– Ну да, недоразумение…

– Знаешь, что?!

Я остановился, внимательно посмотрел Женьке в глаза.

– Знаешь, мне кажется недоразумением другое.

– Что?

Женька растерянно посмотрел на меня.

– Наша дружба, вот что!

Женька уныло взглянул на меня, после чего крикнул, отчасти обманывая самого себя:

– Да и не надо мне твоей дружбы, нужна она мне больше. Катись к своей… новой подружке! Иди отсюда!

Я ничего ему не ответил.

3 глава

За гранью обычного мира

Только я зашёл домой, как тут же услышал мамин недовольный голос.

– Ты где бегаешь? Сколько тебя можно ждать!? Я уже устала греть борщ!? Три часа, а ты обещал придти домой к половине второго! Ну сотовый телефон есть, не в двадцатом веке живем! Ты что, за временем не следишь!?…

Когда мама на кого-то сердилась, она начинала говорить очень много.

Можно было смело затыкать уши, чтобы не слышать бесконечных маминых речей, но, учитывая, что я был не посторонний человек, а родной сын, приходилось терпеливо выслушивать мамины замечания.

Выговорившись, мама становилась прежней: доброй, спокойной, ласковой.

Такой я любил свою маму больше всего.

В такие минуты мне хотелось залезть к маме на колени, обнять её, сказать ей, какая она у меня хорошая.

Но проявлять подобные чувства я уже стеснялся: в августе мне должно было стукнуть двенадцать лет. Уже не маленький мальчишка.

С удовольствием проглотив две тарелки борща (мне очень нравился борщ, который готовила мама), я ушел к себе в комнату, включил компьютер, залез в Интернет, зашёл на сайт «В контакте», начал бессмысленно просматривать страницы своих друзей.

Вот мы на дне рождения у Мишки, поехали вместе с ним и его родителями в город, поиграли в «Боулинг», я три раза подряд выбил мячом все-все фишки, Мишкин папа похвалил меня, сказал, что я «настоящий снайпер».

Я чуть-чуть улыбнулся, вспомнив тот веселый день.

Посмотрев страницу Мишки, я зашел к Толику. На главном фото у Толика были мы втроем: я, Мишка и он сам. Мы стояли на нашем стадионе, счастливые, жизнерадостные: в тот день мы обыграли в футбол команду из другого городка.

Я выключил компьютер, мне стало грустно.

– Неужели я жалею о том, что поругался с Женькой? – подумал я. – Ну подставили меня пару раз, с кем не бывает.

– Не бывает только с тобой. Ты никого никогда не подставляешь, – сказал мне мой внутренний голос.

Я рассмеялся.

Ну почему всегда, когда тебе хочется что-то понять, в чем-то разобраться, обязательно возникает тот, кто всегда РЯДОМ и дает тебе советы, в которых ты, действительно, нуждаешься, хоть и не осознаёшь этого до конца.

Иногда мне казалось, что я схожу с ума, давая себе самому советы, хотя я слышал, что тот, кто РЯДОМ есть у всех, просто не все любят к нему прислушиваться или вообще не обращают на него внимания.

От мыслей о том, кто со мной рядом, я вновь вернулся к мыслям о сегодняшней ссоре.

– Наверное, я был не прав! – подумал я.

– Прав, прав, – услышал я вновь ЕГО голос. – Хоть раз их надо проучить, хватит быть дипломатом!

Что такое «дипломат» я вспомнил с трудом, после чего лег на диван и, утомленный летней жарой и сегодняшней ссорой, тут же уснул.

Сквозь сон я почувствовал, как мама заботливо накрыла меня одеялом и чмокнула меня в щёку.

– Солнышко моё! – сказала она мне.

Я улыбнулся во сне.

Через некоторое время