Небесное служение. Дева - Эмилия Витковская

– Хорошо, ягненок?

Глава 2

Адам.

Монастырь – обширный комплекс бревенчатых домиков – виден сквозь деревья. Я тащу Деву за собой, ее босые ноги скользят по сухим листьям и сосновым иголкам. Она не жалуется. Они никогда этого не делают. Маленькая армия девушек моего отца поначалу всегда ведет себя идеально. Проблемы начнутся не раньше, чем сегодня вечером.

Выходим из леса, и она ускоряет шаг. Остальные Защитники и Девы следуют за нами, ни одна из женщин не издает ни звука, а мужчины кряхтят и смеются.

Я подгоняю свою Деву:

– Поторопись.

Она сначала сопротивляется моей хватке, затем, кажется, смиряется и позволяет мне тащить ее в монастырь. Небольшой намек на искру вспыхивает в ее глазах, а затем быстро гаснет. Я видел это на огненном ритуале – в большом театре, который мой отец любит устраивать каждый год, когда у нас появляется новый урожай Дев. Я поменялся с Ноем из-за того намёка на что-то спрятанное внутри этой Девы, но, вероятно, с моей стороны это был глупый выбор. В конце концов, она записалась в монастырь. В ней не было ни стержня, ни острого ума. Еще один ягненок на заклание. Эта мысль заставляет меня стиснуть зубы, когда я втаскиваю ее в дверной проем, ведущий в банкетный зал.

Несколько Сестер становятся на колени в стороне, рядом с ними стоят миски с теплой водой.

– Вымойся! – Я подталкиваю к ним свою Деву и указываю на ее грязные ступни.

Она следует моим приказам, как послушная маленькая просительница, приподнимая свою рубашку и позволяя одной из Сестер стереть грязь. Когда я впервые заметил ее идущую между деревьями, она показалось мне слабой. Фея с белыми волосами и бледной кожей, казалось, плыла по тропинке. Наблюдая за ней сейчас, я понимаю, что у нее серые глаза, которые стали твердыми, как кремний, когда она смотрела на меня во время ритуала. Мне показалось, что я почувствовал в ней что-то большее… Легкий вызов. Но этого не может быть. Если она была достаточно тупой, чтобы поддаться чуши моего отца о «избранных» и бросить свою жизнь ради Монастыря, у нее никак не могло быть настоящих колес в ее голове. Просто слепая преданность, невежественное поклонение и глупая вера.

Сестра вытирает ноги девушки. Она выглядит молодо, лет на двадцать. Среднего роста, хрупкого телосложения, светло-розовые соски под ее рубашкой и талия, которая сужается, прежде чем расшириться до полных бедер. Свет проникает между ее бедер, давая мне представление о ее лоне. Одной маленькой подсказки недостаточно. Я хочу больше.

– Подойди! – Я протягиваю руку.

Она нерешительно смотрит на Сестру.

– Я сказал, подойди!

Снова вспышка неповиновения, но она прячет ее и сует свою маленькую ладошку в мою. Интересно.

Остальные начинают входить, Сестры моют девушкам ноги, пока мужчины ждут, их когти отчаянно нуждаются в мягком прикосновении новой плоти.

Я провожу свою Деву в Банкетный зал. Сестры украсили его для церемонии: белые ткани покрывают столы, свисают с деревянных балок и драпируют платформу в передней части комнаты. Знакомый трон находится в конце сцены, яркие бархатные подушки больше подходят для захудалой комнаты с шампанским. Свечи горят в черных кованых люстрах над головой, искусственный антиквариат смешан с современными аналогами и электрическое освещение. В конце концов, это шоу.

Грохочущий голос моего отца эхом разносится по комнате, темные углы жадно пожирают его слова.

– Добро пожаловать, Девы. Добро пожаловать в ваш новый дом.

Он входит, все смотрят на него так, как ему нравится.

– Все ваши потребности будут удовлетворены. Только вам, Сестрам и Защитникам разрешено входить в священное пространство Монастыря. Каждой из вас будет выделена комната и даны задания по дальнейшему служению Богу. Но об этом позже. Сейчас мы празднуем ваше прибытие!

Он идет по центральному проходу, Девы следуют за ним, опустив глаза. Моя Дева, кажется, забывает о себе и приподнимает подбородок, наблюдая за сценой, как будто она не является ее частью. Я отучу ее от подобных представлений. Дева спотыкается, затем восстанавливает равновесие, становится в очередь и идет в переднюю часть комнаты.

Мой отец берет первую девушку за руку и ведет ее по трем ступеням к белой платформе. Он ждет, когда все девушки встанут и займут свои места. Ягнята терпеливо ждут, когда им перережут глотку. Я стою в тени, в то время как другие мужчины выстраиваются в очередь, практически у меня текут слюнки.

– Почему ты решил поменяться местами? – шепчет мне .

– Точно сказать не могу. – Я сосредотачиваюсь на своей Деве.

Мой отец читает проповедь об Эстер, его голос давно стал для меня не более чем фоновым шумом.

– У нее странный вид. – Ной сует руки в карманы, смиряясь с ежегодными песнями и танцами нашего отца. – Я почти с нетерпением ждал ее.

– Она просто очередная идиотка. Как и все они. Съедает ложь отца и просит еще одну порцию.

Ной вздыхает, но не комментирует мое богохульство.

– Я не знаю, готов ли я еще на год этого. Я трачу так много времени на бизнес.

– Выхода нет. – Я хмуро смотрю на отца, который рассказывает свою историю о старых королях, нуждающихся в молодых девственницах. – Он говорит, что это бонус, понимаешь? Но это просто рутинная работа. Еще одна долбаная работа, которую нужно сделать.

– И эта работа не окупается. По крайней мере, для нас. – Ной качает головой.

– Ни хрена. – Я скрещиваю руки на груди, переводя взгляд на свою Деву. Ее волосы закрывают лицо тонкими занавесками, руки сжаты, как будто она знает, что приближается что-то плохое.

Она понятия не имеет.

– Итак, в честь Господа, Бога нашего, я дам каждому из вас ваши новые имена. – Мой отец подходит к трону и садится со снисходительной улыбкой на лице. – Иди ко мне. – Он указывает на первую девушку.

Она подходит, чтобы доставить ему удовольствие.

– Сними свою одежду, моя дорогая, и я приму тебя как ребенка и дам тебе имя, которое Бог предназначил для тебя. – Он облизывает губы. Волки кружатся ближе к сцене.

Девушка моргает.

– Голой?

– Да. Вы перерождаетесь. Все дети приходят в этот мир невинными и обнаженными.

Мой отец утверждает, что это совершенно нормально – просить молодую женщину раздеться перед ним и группой незнакомцев.

Но девушка под его чарами. Она искренне верит в то, что говорит правильно. Медленно она поднимает сорочку, обнажая прядь темных волос внизу живота и полную грудь с коричневыми сосками.

Это дар моего отца – он