Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного - Лидия Миленина

Впервые Грасерия опустила глаза и как-то погрустнела.

— Прежняя госпожа умерла от старости, — сказала она. — Ее время пришло, ведь Хозяйки тоже не вечны. А вам и верно не стоит затягивать. Вы ведь можете умереть, если не сделать все вовремя... Госпожа моя Вероника! — она подняла на меня грустный и немного испуганный взгляд. — Господин Темный сам вам все объяснит. В смысле… объяснит все, что сочтет нужным. Я не смею говорить о столь важных вещах, я простая камеристка. И не хочу навлечь на себя гнев господина.

«А господин-то, похоже, не сахар, — подумалось мне. — Хм, вот точно вляпалась! Еще похлеще многих…»

— Ладно. Давай платье. И этого твоего господина тоже давай! — сказала я.

А по спине поползли неприятные холодные мурашки.

***

 Платье, которое принесла Грасерия, было очень длинное, с красивой вышивкой серебром. Сиреневого цвета. Честно говоря, цвет меня немного смутил. Когда-то давно мама говорила, что фиолетовый и сиреневый цвет старят, и я подсознательно их избегала, когда мне стало больше тридцати пяти.

Но я тут же вспомнила, что теперь выгляжу «на все девятнадцать», так что волноваться о юности вида вообще не стоит. К тому же все искупалось фасоном.

Рукавов нет, глубокое изящное декольте — мечта, а не платье. Причем никакого корсета, но очень соблазнительно облегает тонкую талию. В нем я выглядела стройным гибким деревцем с пышной кроной — то есть с великолепными волосами. Кстати, подумав, велела Грасерии прическу не делать. Пусть струятся свободно. К такому наряду это намного больше подходит.

Грасерия помогла мне облачиться, завязала бесчисленные завязочки сзади. В зеркале — другом, большом, что висело на стене в черной оправе — отразилась настоящая красавица. Уверена, войди я в бальный зал, и все попадали бы замертво от восторга.

— Я всегда предлагаю Хозяйкам это платье! — с довольным видом сообщила бойкая девица и заботливо разгладила несколько складочек. — Оно становится и подвенечным, ведь обычно вы сразу выходите замуж!

— Вот я не понимаю, к чему такая спешка, — сказала я. — К тому же, скажи, сколько вообще было Хозяек?

— Вы десятая! Я помогаю уже десятому поколению! — радостно ответила Грасерия.

Я так удивилась, что даже не стала возмущаться древности предложенного мне наряда. И не задала вопроса, стирали ли его, прежде чем надеть на меня…

— Погоди! И все они умирали просто от старости?

— Нет, — служанка с грустью покачала головой. — Две Хозяйки ушли раньше, ибо не по силам им было… Впрочем, господин все объяснит вам сам.

— И все же! Объясни-ка мне прямо сейчас: ты что, «встречала» каждую из десяти Хозяек? Сколько тебе лет?

— Столько же, сколько самому саду, я работаю здесь с самого начала, — ответила она.

Вот это да! Получается, эта милая девчушка на самом деле глубокая старушка. Причем, судя по всему, бессмертная. Этакий Кощей в женском обличье. Подозреваю, это она (на самом деле) смотрит на меня, как на юную дурочку. И наверняка специально выбрала непринужденную «чирикающую» манеру разговора, чтобы вкрасться в доверие.

— И кто ты на самом деле? — жестковато спросила я.

— Ах, госпожа моя Вероника, я всего лишь экономка в этом доме и камеристка Хозяек! И я очень привязываюсь к вам. Скучаю, когда вы умираете, должно быть, не меньше господина Темного.

— А господину Темному, простите, сколько лет? — ужаснулась я. — Как тебе?

— О нет, господин Темный намного моложе! Он второй, ибо первый господин Темный… В общем, неважно. Главное, что господин Темный моложе меня примерно в два раза. Он вам обязательно понравится! Вы привяжетесь к нему быстрее, чем думаете!

«Это мы еще посмотрим», — подумала я. Правда, несмотря на внешнюю браваду, от этих разговоров о «господине Темном» опять стало очень тревожно. Даже страшно. Да и вообще от обсуждения, кому сколько лет. Потому что картина выглядела крайне зловещей.

Выходит, в этих «имениях» проживает почти бессмертный господин Темный. И вот эта древняя «девушка» с косой до пояса. А Хозяйки живут и стареют, как нормальные люди. Очень как-то подозрительно это выглядит…

К тому же я все больше убеждалась, что это не сон. Мое подсознание никогда бы не выдумало подобного! Ведь снится мне обычно просто моя жизнь. Друзья, коллеги по работе, доченька, дача и бывший муж (в конце-то концов!).

Грасерия предложила мне изящные туфельки — сиреневые, как и платье. В последний раз осмотрела меня и с улыбкой выдохнула:

— Пойдемте, госпожа моя. Грасерия отведет вас к господину Темному. И… хотела сказать… Вы, если соберетесь падать в обморок или истерику устраивать… Или, допустим, бить его будете, то прошу вас — не очень долго. Он не любит, когда долго, у него терпения не хватает! А вам ведь жить с ним…

«Ага, хочешь счастливой жизни — будь покорной, — подумала я. — Какая гадость! Нет уж, сочту нужным — и бить буду, и истерику устрою. Хотя бы просто из вредности!»

— Хорошо, травмировать его психику не буду, если он не будет мою, — усмехнулась я.

А про себя подумала: «Просто вряд ли на самом деле я стану это делать. Не в моем это характере!»

В ответ Грасерия кинула на меня взгляд куда более проницательный и мудрый, чем прежде. Явно поняла мои мысли. И вздохнула.

Она провела меня по живописному коридору с черными стенами и постучала в большую деревянную дверь.

— Пусть войдет, — послышался из-за двери низкий и резкий мужской голос.

Новая волна холодных мурашек пробежала по спине. Сердце тревожно забилось. Обладатель такого голоса не может быть добрым и мягким! Да и просто хорошим человеком быть не может!

Что и требовалось доказать…

— Прошу… Помягче с ним, — шепнула мне Грасерия напоследок и открыла дверь передо мной.

С громко бьющимся сердцем, словно и верно была юной девицей, похищенной злодеем, я сделала шаг.