Названые братья. Дон - Мария Зайцева

Наемник как-то тонко, по-женски пискнул от очередного укола в живот и завопил:

— Монти! Монти Крохобор!

Дон кивнул задумчиво и не стал сдерживать следующее движение меча.

Затем встал, стряхнул с оружия кровь, глянул в тот угол, где сидела компания, так заинтересовавшая его в начале вечера.

Надо сказать, что никто из них не дернулся ему помогать, или нападать, хотя Дон в перерыве между разделыванием наемников улавливал, как вскинулся принц, отрываясь от огня и с возмущением глядя на изначально неравный бой, как хотел он подняться, но коротко брошенный приказ от аристократа усадил паренька обратно на задницу.

Больше Дон ничего не заметил, бой потребовал внимания.

И вот теперь смотрел на внимательно изучающих его людей спокойно и выжидательно.

— Сколько? — в итоге первым подал голос аристократ.

— Три минуты, — мрачно отозвался скалозуб. И передал пару монет троллю.

Тот усмехнулся, обнажив клыки, которые и медведю сделали бы честь, принял деньги, упрятал в поясной карман.

— Но… — мальчишка переводил взгляд с Дона на валяющихся наемников, — но как? Я вообще не понял ничего…

— В этом и суть, Ежи, — миролюбиво ответил тролль.

— Пьяный мастер? — все так же холодно и спокойно поинтересовался у Дона аристократ.

Дон, чуть удивляясь, кивнул.

Не каждый здесь, в Империи, мог распознать его стиль. Да и вообще, понять, что это был именно стиль боя, а не случайность…

— Ну что же… — аристократ пересекся взглядом с троллем, скривил губы, — думаю, нам есть, что предложить мастеру меча… Если он, конечно, сейчас свободен от заказов…

Дон еще раз оглядел компанию, отдельно отметил восторженный взгляд мальчишки…

И решил, что он свободен.

Совершенно свободен.

2

2

— Смотри, сам стиль неодинаков… — Дон поощрительно кивнул красному от напряжения и злости Ежи, тот кинулся, оскалившись и целя ножом в горло, уже вообще без шуток, очень серьезно. Дон увернулся, впрочем, сделав пометку более тщательно следить за мальчишкой, у которого обнаружился очень характерный, можно даже сказать, родовой навык, пронаблюдал, как Ежи с приглушенным матерным воплем полетел в дорожную пыль, и продолжил, как ни в чем не бывало, разговор с Волком, — все зависит от комплекции… Например, чем тяжелее воин, тем сложнее ему постичь уровень “мертвецки пьяного”...

Ежи, отплевываясь, сел, а затем поднялся, довольно легко, прыгуче, повел плечами, пригнулся, поперекидывал нож из одной руки в другую, явно рисуясь.

А через мгновение уже опять летел в пыль, причем шустро так, перекувыркнувшись несколько раз. И уже без ножа. Нож его в другую сторону полетел.

Дон подождал, пока парень перестанет катиться и начнет дышать, после чего произнес наставительно:

— Игры на публику хороши в цирке. А в реальной драке такие рисовалки будут тебе стоить жизни.

Ежи, постанывая, пытался сесть, впрочем, не переставая неуступчиво блестеть глазами на наставника, и Дон даже зауважал такую силу духа.

Рядом с Ежи появилась крупная серая волчица, утешающе принялась облизывать его грязную физиономию. Ежи, не ожидавший такой ласки, не удержался на ногах и опять повалился в пыль, бестолково отталкивая радостно наскочившую на него довольную зверюгу.

Дон вопросительно посмотрел на невозмутимо наблюдавшего за этим Волка, и тот пожал плечами:

— Любовь зла…

— Ну да… — вынужден был согласиться Дон, глядя, как Ежи барахтается под навалившейся на него волчицей, вздохнул, — ладно, перерыв. Вечером продолжим.

Он убрал так и не пригодившийся за время тренировочного боя нож обратно за сапог, развернулся к лагерю, разбитому неподалеку от дороги.

От костра, скрытно от посторонних взглядов расположенного степняками в низине, уже одуряюще вкусно пахло мясом и кашей, и Дон, втянув подрагивающими ноздрями сытный аромат, подумал, что не ошибся в этот раз с наймом.

Конечно, люди, предложившие ему бессрочный контракт, были странноватыми, если не сказать больше, но явно знали толк в походах. А такое на памяти Дона случалось не особенно часто, потому и ценилось очень даже.

У костра обнаружился один из молчаливых степняков, помешивающий варево, а еще здоровенный тролль, откликавшийся на имя Карс, и парочка серых приятелей зубоскала Волка, мирно дремлющих в траве неподалеку и явно карауливших обед. Аристократа не было, наверно, по делам своим улетел.

Дон покачал головой.

Вот кто бы ему сказал еще десять лет назад, на Севере, что он будет путешествовать рядом с драконом… Ни за что бы не поверил.

В его стране драконы не водились, а служители Единого почитали их за тварей бездны и нещадно преследовали всех отступников, вздумавших что-то по этому поводу возражать.

Так что выходило, что Дон сейчас и есть этот самый отступник… Впрочем, он и без того по законам своей страны должен в петле болтаться.

Интересно, что бы сказала Мэсси, если б узнала про дракона?..

Как всегда, воспоминание о ней кольнуло больно в сердце, и Дон сжал зубы, чтоб не проваливаться в привычный ураган эмоций. Слишком уж они были разрушительными. Все разрушили в итоге.

И его тоже.

— Эй, придурок степной, опять конину свою вяленую туда кинул? — раздался над ухом недовольный голос Волка, — сколько раз говорил тебе, не добавляй ее в кашу, ну как подошва же, жрать нельзя!

— Не жри, — равнодушно ответил степняк, по обыкновению совершенно не обидевшись на обзывания. Скорее всего, он просто половины слов не распознал, вот и не принимал их на свой счет.

— Вот почему, когда я готовлю, все едят, а когда ты или твой брат-идиот, то у кого-то обязательно потом днище вышибает!

— Я не виноват, что у тебя живот слабый…

— Это у меня? У меня? Ах ты, морда ты степная…

— А ты, Волчек, в следующий раз побольше мяска принеси, — мирно вступил в разговор Карс, спокойно гоняя по губам травинку и скалясь медвежьими клыками, — глядишь, и не пригодятся неприкосновенные запасы братишек…

— Да братья же зайца притащили! — обиделся Волк, — здоровенного!

— Да сколько там того зайца… — прогудел Карс, — дракоше на один зубок…

— Вот пусть сам и добывает в следующий раз!

— Так он и полетел добывать…

— Пока он растопырится, мы уже все съедим! Он