Измена. Любовь vs ненависть - Бетти Алая

— Хм, странно… Фадеевы заехали в номер час назад. Однофамильцы?

Где-то в груди сильно колет. Неприятное предчувствие. О чём она говорит?

— Должно быть, это какая-то ошибка? Я бронировала номер и только приехала. В «Золотом льве» должен вот-вот закончиться банкет…

— Так он час назад и закончился, — пожимает плечами девушка, — номер триста два. Не знаю, в чём там ошибка. Возьмите запасной ключ, у нас была пересменка, не могу точно сказать, кто ошибся. Но мы приносим свои извинения.

Беру ключ и на негнущихся ногах иду в номер. Происходящим странностям может быть лишь одно объяснение: Макс решил остаться переночевать здесь, чтобы не ехать домой на такси, и ему сказали, что на его фамилию номер уже забронирован. Ну либо девушки напутали. Даже в таком крутом отеле могут ошибиться.

Захожу в лифт. Успокаиваю себя. Да. Точно! Наверняка, всё так и есть! Сейчас я войду, мы вместе посмеемся, закажем еды в номер и пойдем в джакузи. Я расскажу Максу о беременности. Будем всю ночь заниматься жаркой любовью. Ведь я забронировала «люкс». И там всё самое лучшее.

Подхожу к номеру. Поднимаю руку с ключом-картой и не могу провести по электронному замку. Что-то внутри сопротивляется. Не даёт. Так что лишь стучу. Мне действительно страшно. И вдруг… дверь резко открывается.

Передо мной возникает массивная фигура мужа. Он весь вспотевший, лишь в полотенце на бёдрах. Грудь высоко вздымается. За его широкой спиной темнота номера, алый шторы. И оттуда нестерпимо несет сексом.

Мы замираем. Смотрим друг другу в глаза.

— Малыш, кто там? — из номера слышится громкий женский голос.

Я знаю, кому он принадлежит. Из-за спины мужа выскакивает моя помощница, совсем голая. Она обвивает его плечи, прижимается. Сначала не замечает меня.

— Ну малыыыыыш, твоя девочка хочет ласки… ой… Лилия Борисовна?! Что вы здесь…

Делаю шаг назад. Нет! Я не хочу это видеть!

— Маша, оденься, — рычит мой супруг, — быстро, мать твою!

Девчонка убегает. А я смотрю на Макса. На языке вертится сотня вопросов. Сердце бьется все медленнее.

— Лиля… это не то… — он взъерошивает волосы, — блядь, это не прокатит?

Молчу. Шок никак не проходит. Бери себя в руки, Лилька!

— Лиль… пожалуйста…

— Не прикасайся ко мне… — обнимаю себя руками, — животное.

— Выслушай меня. Умоляю! Давай спустимся в бар и поговорим…

— И как долго ты трахаешь мою помощницу за моей спиной? — внезапно становится смешно.

— Это случайно вышло… слушай… — он пытается поймать мои руки, но я яростно их вырываю.

— НЕ. ПРИКАСАЙСЯ. КО. МНЕ. ЧЕРТОВ. УБЛЮДОК! — кричу на весь отель.

Максим пытается поймать меня. Хватает за руки, больно сжимает запястья. Не отпускает.

— Лиля, солнышко! Я люблю тебя… это ничего не значит, клянусь.

— Отвали от меня! — кое-как вырываюсь и заряжаю ему мощную пощёчину.

Он злится, желваки ходят ходуном. На щеке след от моей пятерни. Бросаю на него гневный взгляд и ухожу. Не желаю слушать объяснений! Не хочу вообще думать о том, что видела. Это мерзко! Они… в номере, который я забронировала для НАС! Паскуда! Ненавижу! С моей помощницей…

Дохожу до лифта, слышу, как кто-то бежит за мной.

— Лиля! Да блядь! Давай поговорим! — Макс пытается остановить меня.

— Нам не о чем говорить. Я подаю на развод, — отрезаю, и двери лифта закрываются прямо перед носом мужа.

Я не позволяю боли взять верх над разумом. Не сейчас. Терять лицо нельзя. Ударяться в истерику тоже. Я всё поняла, всё увидела. Потом обязательно поплачу. А сейчас нужно мыслить трезво. Спускаюсь и быстро иду на улицу. Хочется вдохнуть немного воздуха, ведь лёгкие словно сжались до размера горошины.

Мобильный неистово вибрирует. Смотрю на улыбающееся лицо Макса на экране, затем быстро добавляю его номер в чёрный список. Иду к торцу здания, заказываю машину, чтобы добраться домой и быстро собрать вещи. К горлу подступают слёзы. До меня лишь начинает доходить, ЧТО за дикость сотворил тот, кого я безмерно любила.

Как назло, моя машина попадает в пробку, судя по навигатору. С неба начинают капать холодные капельки. Всхлипываю. Стою под усиливающимся дождем. Одинокая. Преданная тем, кто обещал ради меня свернуть горы. И от кого я жду малыша. Пока даже не знаю, как быть дальше. Всё, чего хочу — это просто уехать куда-нибудь далеко. Не видеть ни гадкого изменника, ни мою шлюху-помощницу.

Внезапно боковым зрением замечаю яркий свет. Странно… это точно не моё такси. Резко разворачиваюсь и замираю. Прямо на меня несется машина. Влетает на тротуар и…

Бииип! Бииип!

Это последнее, что слышу перед тем, как дикая боль пронзает тело. А сознание мгновенно отключается…

Глава 2

Лилия

Первое, что слышу, придя в себя — это писк приборов. Я жива? Вокруг звучат голоса, много голосов. Они постоянно меняются: мать, вереница медсестер и врачей. Моя помощница… и он.

ОН…

В голове, одна за другой, вспыхивают картинки. Макс в полотенце. Моя голая помощница, обнимающая МОЕГО мужа. Шикарный номер дорогого отеля, который я сняла для НАС. Где ОН трахал ЕЁ.

Затем свет фар. Яркий, ослепляющий. И боль. Но внутри вдруг вспыхивает картина. Тест с двумя полосками. О нет! Нет!

Распахиваю глаза.

— Она очнулась! — слышу голос матери, — врача! Срочно!

Да, я очнулась. Но в душе у меня словно всё умерло. И тут я вспоминаю…

— Малыш… — пытаюсь произнести, бубню, но в рот словно песка насыпали, — что с… ребенком?

— Тихо, Лилия, — мать говорит строго, — сейчас придет врач. Ну где там все?

От боли во всем теле прикрываю глаза. Слышу удаляющееся цоканье каблуков. Малыш — единственное, что меня волнует. Плевать на сломанные кости, измену мужа, на всё!

— Лилия? — мягкий мужской голос раздается сверху, — как вы себя чувствуете?

— Малыш… — шепчу сухими губами.

— Вы ей расскажете? Или мне придется? — моя мать явно раздражена.

О чём расскажут?

— Что…

— Это нужно делать деликатно, Яна Викторовна, — голос врач становится раздражительным.

— Она сама во всём виновата. Так что жалеть свою непутёвую дочь я не намерена.

Я вообще ничего не понимаю.

— ЧТО С МОИМ РЕБЕНКОМ?! — рычу, собрав в кулак все силы.

— Он не выжил, Лилия, — с горечью произнес врач.

Нет… нет… НЕТ! Смотрю в потолок. Гнетущая тишина сводит с ума. Они пошутили? Я не могла потерять малыша! Не могла…

— И боюсь, что внутренние органы слишком повреждены. С большой долей вероятности вы никогда не сможете родить. Мне очень жаль. Мы сделали всё, что смогли.

Я слушаю эти нелепые слова, пытаясь нащупать их смысл. Потому что не верю