Там, за зорями - Оксана Хващевская

— Нет! — покачала головой Злата, понимая, что соловья сегодня ей послушать не дадут. — И не хочу знать! Я приехала сюда не за этим.

— Ну, конечно. Ты приехала сюда в поисках уединения, чтобы ничто не мешало и не отвлекало тебя от написания великого романа, — язвительным тоном резюмировала Анька.

Злата не сочла нужным ей ответить.

Да, она приехала сюда не за этим, Аня была права. Да и смешно было бы предполагать, что в Горновке, в деревне, где постоянно жили всего в нескольких хатах, девушке удастся устроить свою личную жизнь. На самом деле даже ее объяснение родителям, мол, хочет пожить здесь, в глуши, пообщаться с людьми и написать роман, не было до конца убедительным. Просто потому, что и сама Злата до конца не могла понять, что происходит в ее душе, что она чувствует, глядя на простирающиеся просторы вокруг этой деревни, где жило не одно поколение ее родных, деревни, которая и была ее Родиной.

Этот большой дом, единственный кирпичный во всей деревне, когда-то давно построил для своей семьи дед Витя. Без архитектурного проектирования, он был не самым удобным в расположении комнат, на что не раз сетовала баба Соня и ее дочки, но зато светлым и просторным, с окнами, украшенными ставнями по всему периметру, высокими потолками, пристроенной верандой и двумя выходами.

В этом доме выросла ее мама и прошло ее, Златино, детство. Здесь всё, начиная от покрашенных полов, тюлевых занавесок на окнах, старых обоев, разрисованных букетами цветов, было знакомо с детства. И казалось таким же родным и близким, как и большое трюмо, «стенка» с набором посуды, ковровые дорожки, шифоньер, добротные покрывала, украшенные бахромой, на креслах и диванах, ватные одеяла, большие перьевые подушки, кружевные расшитые гладью накидушки, тяжелые створки дверей с кой-где потрескавшимся слоем краски, выгоревшие шторы на окнах и дверях, новый цветной телевизор, старый дисковый телефон и громоздкая печка — обязательный атрибут деревенского дома. Все в этом доме оставалось неизменным на протяжении не одного десятилетия. Незыблемым, надежным, вечным, изменить которое не смогла даже смерть. Бабушки и деда уже не было в живых, а стены дома продолжали стоять и хранить былое.

Последние несколько лет до смерти бабушки Злата Полянская не слишком часто бывала в Горновке, к тому же, перенеся инсульт, баба Соня последние два года жила у Полянских. Злата как раз училась в университете и была занята своей жизнью, не часто вспоминая о Горновке. Впервые что-то забытое, щемящее шевельнулось в душе, коснувшись сердца легкой грустью, когда девушка приехала на похороны… Тогда она впервые, отправившись бродить по окрестностям, ощутила собственную близость и принадлежность к этой деревне, земле и этому дому. Она как будто к истокам вернулась. Что-то перевернулось тогда в душе и сознании и уже не хотело отпускать. Вернувшись в город, к прежней жизни, Злата часто вспоминала и этот дом, и эту деревню, и неизбывная тоска закрадывалась в сердце, тоска, от которой ничего не спасало… Ее тянуло сюда. Это пугало и не поддавалось объяснению.

Что ей, девчонке двадцати лет делать в почти вымершей деревне?! Но уже тогда зрело решение относительно будущего. И свободный диплом филологического факультета лишь способствовал этому. Она училась на платном отделении, родители, будучи людьми со средним достатком, сделали все для того, чтобы она получила высшее образование.

Да и бабушка, пока была жива, помогала. Поэтому ей не нужно было отрабатывать обязательные два года и отправляться по распределению неизвестно куда. После защиты дипломной работы она вернулась домой и отправилась в районный отдел образования. В тот момент ей ничего не смогли предложить, но пообещали, как только освободится место, дадут гнать. Почти год. не желая сидеть у родителей на иждивении, девушка подрабатывала то в лагере, то в детском саду, заменяя отпуска и больничные.

Жизнь кружила, увлекая в водоворот бурь и страстей, но все чаще среди них в самый неожиданный момент всплывали воспоминания об этой деревне, и сердце сжималось от невыносимого желания бросить все и съездить туда. Казалось, что-то осталось там. что-то бесконечно дорогое, не дающее покоя. И Злата приезжала сюда, ничего не говоря родителям. Ходила на кладбище, наведывалась к подругам покойной бабы Сони, гуляла по окрестностям и ходила по дому. А желание остаться здесь навсегда становилось все отчетливее и сильнее… И каждый раз уезжать не хотелось…

И вот теперь она приехала, чтобы остаться. В это еще не верилось, но теперь это было правдой. И при мысли об этом сердце снова и снова как будто что-то обжигало.

О том, что происходило с ней, что она чувствовала и переживала, Злата не рассказывала никому. И даже не потому, что все это было слишком личным, почти интимным. А потому что знала: понимание того, что происходит в ее душе, опа вряд ли у кого-то найдет. Идея с романом пришла неожиданно и звучала убедительно. К тому же она на самом деле собиралась написать роман о Горновке и ее жителях.

Улыбнувшись всем Анькиным сетованиям и причитаниям, Злата встала и пошла к калитке.

Парень, который в одиночестве гулял по деревне, ни на минуту не задержался в ее мыслях. Зато Аньку он очень заинтересовал.

Не успели они сесть за стол, как она тут же засыпала вопросами свою мать и мать Златы.

Но те просто не представляли, кто этот парень и к кому приехал. В деревне осталось не так много хат, в которых еще жили люди. Большинство домов давно стали дачами, куда наведывались родственники точно так же, как приехали и они в бабушкин дом. А были и такие, которые уже много лет никто не навещал. Они ветшали и разрушались, время и непогода властвовали над ними, и никого больше не интересовала их дальнейшая судьба.

А Злате Полянской это причиняло боль, и она ничего не могла с этим поделать. Наверное, тут все дело было в слишком уж живом воображении и чувствительности.

Заросшие бурьяном и диким малинником дворы и огороды, болтающиеся на петлях двери и калитки, дома, хранившие в себе истории судеб не одного поколения, больно ранили. Злата легко могла представить себе ту жизнь, коей жили в этих домах когда-то. Она знала и помнила почти всех тех людей, хаты которых теперь стояли пустыми. С ними дружила и общалась ее бабушка Соня, работавшая продавцом в магазине, который когда-то еще был в деревне. Их знала прабабушка Гайя, которая была отсюда родом. И