Мой палач. Реквием - Екатерина Ромеро

Глава 2

— Не спишь?

— Нет. Тебя ждала.

Вскакиваю с кровати чисто машинально, пытаясь унять бешеное сердце.

— Ты голодная? Попросить Маргариту что-то приготовить?

— Нет. Спасибо.

Улыбаюсь коротко, но на деле из груди нервный смешок вырывается. Не знаю, куда деть руки и глаза, и кажется, мужчина это замечает.

— Ась, — Бес подходит ближе, берет меня за руки, и кладет их себе на грудь, заставляя услышать его сердцебиение — не дрожи ты так рядом со мной. Не бойся меня, мотылек. Все будет хорошо, веришь мне?

— Да. Да, верю.

Вера — это то, что еще у меня осталось. То единственное, что не дало опустить руки, и позволяет надеяться на лучшее. Я всегда такой была…верила в хорошее даже там, где его нет, и сейчас верю. Больше всего верю.

По телу бегут мурашки, когда Бес проводит рукой по моим волосам, а после откидывает их с плеч, оголяя шею. Вижу, как его взгляд темнеет при виде моей груди без бюстгальтера. Соски стали твердыми и отчетливо прослеживаются через тонкую ткань ночнушки.

Я замираю перед мужчиной будто перед хищником. Даже двигаться не смею, пока Бес окидывает меня строгим взглядом. Не знаю, какой он на самом деле, я только плохую часть его настоящего видела, и что-то мне подсказывает, что это и есть Тимур Бесаев. Та сладкая маска после казни была для меня нечто вроде успокоительного, и настоящий Бес обладает совершенно иным характером.

— Ты снова дрожишь.

Проведя костяшкой руки по моему голому плечу, мрачно говорит Тимур, тогда я как я смотрю на руки его смуглые, жилистые, сильные. Они мне и боль дикую и ласку вселенскую дарили, а что теперь…

— Ой…

Дергаюсь, когда Бес наклоняется ко мне, но не касается больше. Вместо этого он резко сдирает с кровати покрывало и заворачивает меня в него, как в кокон, после чего молча уходит в душ.

Я же осторожно сажусь на кровать. Почему-то думала, что Бес набросится на меня, как и тогда…в первые дни в доме, но он поступил иначе. Закутал меня в это одеяло до самого подбородка, а я не знаю, что делать. И хочу и боюсь узнать его! Это чертовое комбо плескается во мне, не давая расслабится.

Через пару минут щелкает выключатель и Тимур выходит. Высокий, крепкий, смуглый, в одних лишь черных боксерах, заставляя мои щеки гореть.

Бросив на меня взгляд, мужчина недовольно сцепляет зубы, видя мою реакцию на него.

— Ложись. Хватит трястись уже.

— А ты? Не будешь спать?

Повисает неловкая пауза, которую разрывает низкий голос моего палача.

— Я отдельно лягу.

— Нет! Останься со мной!

Выпаливаю, и только после думаю, однако позволить Тимуру спать отдельно просто не могу. Не хочу, чтобы эти стены снова между нами были. Я прекрасно понимаю, что тоже должна пойти ему навстречу.

Тимур коротко кивает и ложится в кровать. Я тоже забираюсь на нее, все также в этом коконе из одеяла, и выключив свет в комнате мы молчим. Слышу только биение своего сердца. Как же много я сказать ему хочу и боюсь. Тимур лежит на спине, и тоже дышит тяжело. Как-то слишком…трудно.

Вздрагиваю, когда в один миг мужчина берет меня вместе с моим коконом и с края кровати прямо к себе тащит. Словно в логово к зверю…

— Аа!

— Тихо. Не хочу, чтоб свалилась. На самом краю примостилась.

— А, спасибо.

Оказавшись ближе, не могу удержаться и вдыхаю его запах, от которого тут же приятно тянет в животе. Даже больно немного. Он мой личный наркотик, запретный и дикий, убивающий и воскрешающий одновременно!

Случайно руку протягиваю, и мы соприкасаемся пальцами с Бесом. Мои, как всегда ледяные, и его горячие, точно пламя.

— Прости, я случайно это…

— Не извиняйся. Можешь касаться меня, Ась. Где хочешь, и как хочешь.

Басит Тимур, а я чувствую, что соскучилась. Безумно просто, но и первый шаг сделать боюсь.

Внезапно загорается ночник, Бес поднимается с кровати, и опускает ноги на пол. Голову склоняет, опершись руками на колени. Я же подтягиваю к себе ноги, и на спину его широкую смотрю. Не понимаю, что такое, все же было…нормально.

Бес очень тяжело дышит. Весь какой-то напряженный, как из камня высечен. Его стальные мышцы то и дело бугрятся под бронзовой кожей.

— Тимур…что с тобой?

— Ничего. Спи давай.

— А ты?

Молчит, все также дышит тяжело, как зверь раненый, а я невольно взгляд на шрамы его бросаю. Пулевые, навылет. Пусть он и сам в себя стрелял, но так ранить себя, ради меня?

Что в его голове твориться, сама не знаю, однако хочу помочь ему. Нам помочь.

Выбираюсь из своего кокона, и к мужчине вплотную подлезаю. Да, мне страшно касаться своего палача, но я хочу попробовать. Если в пепел рассыплюсь ничего, я просто. хочу огня коснутся.

Осторожно ладони протягиваю, и к спине Тимура прикасаюсь, проходясь пальцами по стальным мышцам. Он молчит, сидит как камень, напряженный. Не двигается, и я смелею.

Я хочу его коснуться. Еще ближе, больше, ласковее. Бес нравится мне и всегда нравился, поэтому я осторожно прикасаюсь губами к его плечам, снова ощущая приятное напряжение в животе. Один легкий поцелуй, второй, третий…

— Хватит, стой. Не надо, Ась!

Как-то резко чеканит Тимур, и я тут же прекращаю, пугаюсь его реакции.

— Извини, я…

Мужчина оборачивается и окидывает меня строгим взглядом.

— Ложись спать, не бойся ничего.

Тимур укрывает меня одеялом, тогда как у меня создается впечатление, что он просто прячет меня от себя или не может забыть свою ненависть. Кажется, нам нужно время. Больше, чем мы думали.

— Хорошо. Только рядом будь, ладно?

— Я здесь. Не уйду никуда. Я же обещал, что никогда тебя не оставлю.

Согласно киваю, после чего Тимур садится на кровать, спиной об изголовье опираясь, а я…пытаюсь на подушке умоститься, но в итоге все равно к нему на руки прилезаю. Я так привыкла спать, и мне так спокойно. Когда Бес рядом. Когда гладит меня по волосам.

Уткнувшись носом в торс палача, я засыпаю, стараясь не думать о том, что в любой момент он может снова надеть на меня ошейник, вырыть яму и закопать заживо. Я добровольно пришла к тому, кто меня ненавидел свою свою жизнь, и если что-то пойдет не так, шанса на спасение у меня точно не будет.

Живот постепенно начинает тянуть меньше, и я уж было думаю, что это месячные начинаются, однако прикинув даты