Два принца для попаданки - Майя Хоук

В этот миг тяжелые светлые волосы падают мне на плечи и я наконец замечаю, что напротив моей кровати стоит зеркало.

Обстановка в комнате шикарная. То, что это не психбольница понятно уже с первого взгляда. Начнем хотя бы с того, что у нас там нет одноместных палат.

Я чувствую, что сердце в груди набирает обороты.

Проговариваю про себя: “Ну же, соберись, Кать”.

И все равно первый взгляд в зеркало дается с огромным трудом. У меня прямо-таки перехватывает дыхание.

Передо мной она.

Та самая стерва Эми утопает в кружевном белье, которым укрыта постель. Просто вылитый ангел с красивым изящным лицом, пухлыми губами, округлыми щечками, залитыми невинным румянцем. Дополняют это длинные тяжелые пшеничного цвета волосы.

Я вспоминаю, что Эми выглядела куда стервозней, когда была накрашена.

Сейчас она сама милота. Просто сошедший с гравюры ангел.

Ее высокая аккуратная грудь едва угадывается под шелковой рубашкой.

Внезапно в дверь стучат и я замечаю, что сквозь две соседние ручки продет сложенный веер. Творки трясутся.

— Нам надо попасть к госпоже! — произносит женский голос.

— Эми Э’Вилн предприняла самое непростое решение, — отвечает ему до боли знакомый мужчина, от чего мое сердце начинает биться чаще. — Она ушла.

Кто-то по ту сторону наваливается на створки с новой силой.

Двери распахиваются и я вижу как несколько мужчин оттесняют в сторону блондина, одетого в темные штаны и белую рубаху явно не современного кроя.

— В спальню госпожи… — шипит он.

— Да захлопнись, ты, убогий! — отвечает ему дама, — если стерва сдохла, то нам всего-то и надо, что показать ее труп. Ты сам, идиот, после этого будешь свободен.

— Что тут про… — мой голос оказывается едва различим, поэтому я прочищаю горло.

Блондин на краткий миг оборачивается, потом я замечаю, как что-то словно вспышка чиркает у него в руке. Кажется, это клинок.

Да, так и есть, это холодное оружие. Я вижу как мужчина, чьи волосы заплетены в косу приставляет клинок к шее девушке, которая, кажется является предводительницей местных нарушителей спокойствия.

— Поди прочь, Мари.

— Подстилка, — скалится женщина в ответ, а потом рассматривает меня с головы до ног и я не сразу понимаю, что не лишним бы было прикрыться.

Повисает молчание, когда я подтягиваю покрывало к подбородку. Все будто бы ждут от меня какой-то реакции, а какой — я и сама не могу знаю.

“Пошла прочь, бездарная стерва!” — невероятно громко произносит кто-то у меня в ушах и я сама не понимаю как повторяю за той самой Эми. Это именно она, кажется, орала еще недавно орала у меня в голове о том, что я ей все испортила.

“Пусть катится”, — теперь уже нашептывает прошлая хозяйка тела: “А если у нее действительно кишка не тонка со мной разобраться, пускай просит разрешения совета”.

В конце концов, голос Эми становится практически неразличим.

— Пускай обращается к совету, — холодными губами произношу я. — А сейчас прошу покинуть мою спальню.

Женщина, ворвавшаяся ко мне, поджимает губы и начинает пятиться.

— Эми Э’Вилн, помяни мое слово, тебя уже ждет следователь и я уже достаточно собрала для того, чтобы ты села за решетку.

Дверь захлопывается. Тогда блондин собирает остатки разломанного веера и оборачивается ко мне.

У меня сердце застывает в груди, потому что это мужчина из моих снов.

— Дэниэл? — это все, что я сейчас способна выговорить.

Почему-то вместо ответа парень попросту встает на колени и склоняет голову.

— Чего пожелает моя госпожа? — проговаривает он, глядя в пол. — Я не выполнил ваше распоряжение охранять двери спальни. Хотите снова наказать меня?

После этого он скидывает рубашку и я вижу алые полосы на его спине.

Глава 3

— Эм, нет, — мне тут же становится жалко парня. Мы, можно сказать, успели неплохо познакомиться и даже подружиться за то время, что знали друг друга во снах.

Он очень даже неплохой персонаж.

И когда мы общались без всех этих плеток и игр в подчинение, Дэниел мне нравился, я даже ощущала к нему нечто очень теплое, похожее на первые робкие ростки любви. Хотя как можно влюбиться в мужчину из снов?

Даже если учесть, что он забавный, умный и, похоже, что по-настоящему добрый. Да, понимаю, я не знаток человеческих душ, но вот конкретно Дэниел внушал мне спокойствие и доверие.

А сейчас, когда я понимаю, что он, похоже, реальный, чувствую, что сердце часто бьется и что мне этого мужчину дико жаль.

Я уже успела составить себе частичный портрет Эми и я почему-то не удивлена тем, что она оказалась тираншей.

Наверное, мне стоило спросить, чем именно я могу сейчас оказаться полезной? Но слова как-то не шли, я поступаю проще: свешиваю ноги с постели и… происходит то, что мне совсем не хотелось бы допускать в присутствии Дэниела.

Ба-бах!

Рот наполняется железным привкусом крови. Ч-черт! Падать в новом теле, похоже, сильно больнее, чем в прошлом. Или я так адаптировалась к препаратам, которые вынуждена была пить гостями? Среди таблеток тогда были и обезболивающие.

Подтягиваю ноги к себе и понимаю, что совсем разучилась ими пользоваться.

Вот же засада!

Дэниел оказывается рядом.

— Госпожа! — не успеваю заметить, как он подхватывает мое тело так, словно я представляю собой пушинку и я оказываюсь у мужчины на руках.

Не могу отвести глаз от его лица.

Во сне все было каким-то размытым, нереальным, но сейчас я вижу перед собой натуральный образчик мужской красоты. Единственное, что меня до сих пор смущает — его волосы, длинные, забранные в подобие хитрой косы и… переливающиеся так, словно в них вплели что-то вроде светодиода.

— Снова испытываете слабость? — в его голосе тревога.

Я пожимаю плечами, не зная, что ответить толком.

Интересно, Эми ставила парня в известность насчет своих планов по обмену душами? И что тут вообще происходит?

Не успеваю я обдумать все эти вопросы, родившиеся у меня в голове, как Дэниел укладывает меня на кровать.

— Я могу помочь вам с этим, если позволите, — произносит он, почему-то стаскивая с себя рубашку.

Интересно, как голый мужской торс может помочь мне в неходящими ногами? Впрочем…

Он божественнен!

Я останавливаюсь на рельефе мускулов, который попросту завораживает. Кажется, на его груди ни одной лишней капли жира, каждая черточка, каждая венка — все на своем месте.

Честно говоря, за три года я смирилась с мыслью о том, что у меня уже никогда не будет секса — когда совсем не ощущаешь нижнюю часть тела, в этом как-то пропадает смысл.