Хозяйка волшебного дома. Книга 1 - Мартиша Риш

Поверенный перенес через порог ботинок. Ой! Амбалы ещё и держат что-то в руках. Между ними болтается насаженный на лом ящик, закрытый черным куполом бархатного покрывала. Богатые кисти скромно подметают лестничную площадку. Во что я опять влезла?

Поверенный брезгливо переступил через брошенные посреди прихожей туфли, я на всякий случай подхватила с тумбочки свою сумку. Паспорт, банковская карта, ключи от квартиры, даже мой диплом, все там. Украдут, и восстанавливать придется долго. Это если еще будет кому восстанавливать.

— Я же сказал, мы не готовы вносить столь бурное разнообразие в вашу личную жизнь, — мужчина вновь словно бы прочитал мои мысли. Тапочки я предложить не рискнула. Да и о каких тапочках может идти речь, если мужские туфли поверенного имеют высокие каблуки? Может, это ортопедическая обувь? Брр. В профиль нога, обутая таким образом, по форме напоминает козью. Разве что копыто спрятано под ботинком.

И без того небольшая кухня показалась мне теперь совсем крохотной. Гости заняли собой ее всю. Мне осталось вжаться в угол между столом и мойкой.

— Итак, приступим, — грохнул портфелем об обеденный стол мужчина, — Карл Бересклет завещал все свое имущество, движимое и недвижимое, вам, Анастасия Форносова. Девичья фамилия матери Ферч.

— Я сирота. Тут может быть ошибка. Имени своей матери я не знаю.

— Исключено. Я уже говорил, что не допускал ошибок ни разу за всю свою практику, а она, уверяю вас, была долгой.

— Ясно.

— Итак, — из портфеля на стол опустился лист казённой бумаги с вензелями. Неужели, и вправду, наследство? Но от кого? У меня из родни нет никого, — Панно двустворчатое Изграсиль. Инструкция. Клетка чугунная усиленная, ручной работы, включая содержимое. В скобочках — чупокабра.

— Кто, простите, указан скобочках?

— Чупокабра.

— Но ведь их не существует? — опешила я.

— Если бы не существовало, вам бы нечего было наследовать. Читайте сами. Вот здесь, — ткнул пальцем в нужную строку поверенный. И вправду, написано «чупокабра», пол мужской, количество — одна штука.

— Может, это игрушка?

— Сомневаюсь. Ветеринарный паспорт животного находится в ящике под клеткой. Я не решился доставать, но, уверяю вас, все оформлено согласно букве закона. Удостоверьтесь сами. Претензии в случае нарушений отправляйте сразу в нотариальную палату, минуя меня. Я этим заниматься, увы, не намерен.

— Хорошо.

— Дата, подпись вашей рукой, — мне в пальцы буквально вложили ручку. Неприятную, ещё и укололась обо что-то. Уф.

— А где находится само панно? — может уловка в этом? Окажется, что ещё за хранение нужно вывалить кучу денег.

— В портфеле. Не извольте волноваться.

Росчерк, сегодняшнее число. С ума сойти, сегодня же первое марта. На улицу взглянешь, и не сказать, что весна. Кругом снег и сугробы.

— Поздравляю! Сразу бы так. Этот экземпляр ваш, второй я сдам в архив, — на кухонный стол опустился плотный конверт вощеной бумаги. Что в нем, остаётся только догадываться, — Мальчики, опускайте клетку, владелица вступила в права. Итак, где размещать полотно? Госпожа Фест?

— На стене?

— Об этом я и так догадался. На полу было бы, право, странно. Это могло привести к неприятным последствиям. Искривления пространств двух миров до добра не доводит. Итак?

— В спальне?

— Как прикажете, госпожа.

Вдвоем мы прошли в мою спальню. Повезло, что провела за уборкой все выходные, хотя бы не стыдно за паучка над столом. Он вообще смотрится теперь украшением, таким арт-хаусным, новомодным. Да и паутинка у него вполне себе ничего, почти ровная. Может, я экологией увлекаюсь, вот и завела питомца, чтобы не загромождать дом липучками для мух, свисающими с потолка. Мух, правда, нет, да и откуда бы им взяться на шестнадцатом этаже в марте месяце. Но это не важно. Я просто заранее подготовилась. Предусмотрительная.

Мужчина повертел головой, прошел от стены до стены. Наконец ткнул пальцем в угол комнаты напротив моего шкафа.

— Здесь! — прозвучало немного зловеще. Он сам отодвинул тяжёлый комод. Нет, ну как повезло, что я вчера убиралась. Ни пылинки!

— Чудесное место, одобряю, — пронзительный взгляд, которым он меня одарил, мог бы заморозить кого угодно, да только у меня за спиной чудесная школа имени свекрови. Я таких взглядов теперь не боюсь.

Щёлкнули замочки портфеля, показался наружу невзрачный свёрток. Да уж, не такого наследства я ожидала. А, с другой стороны, дареному коню на копыта не смотрят.

Взмах руки и вместо свёртка в руках у мужчины повисло черное полотно. Ещё интересней. Своими туфлями на каблуках он взгромоздился на мою тумбу, как не упал только.

— Абра! Ка! Да! Бра! — смешно. Но в такт словам задребезжали все стекла, а по спине у меня отчего-то пронесся табун мурашек, бодро вздымая копыта.

Ткань, накинутая на обои, вдруг расплылась тысячью красок. Двери. Чугунные, тяжёлые, изукрашенные камнями и изящной чеканкой. Ручки в форме двух изогнутых стрел. Массивный фонарь у правого створа. Подставка для зонтиков с левой стороны. Все смотрится настоящим, имеющим форму, объем. И в комнате вдруг стало теплее.

— Владейте! — спрыгнул на пол с комода мужчина и на моем столе звякнули колбы с драгоценным содержимым. Не разбились, уф.

— Спасибо.

— Инструкции найдете в конверте. Не ошибитесь. Легко сотворить непоправимое.

— Кем был Карл Бересклет?

— Проще сказать, кем он не был.

— Кем же?

— Человеком в полном смысле того самого слова. Всего доброго. Понадобится составить завещание, обращайтесь. Моя визитка приколота к конверту с обратной стороны, — он оскалился в улыбке, сдернул на долю секунды с головы кепку, обнажив кудри и два тупеньких рога. Брр. Привидится же такое.

— До свидания.

— Я бы не искушал судьбу. Мальчики, владелица нас отпускает.

Как будто и не было никого постороннего в доме. Я даже не успела их проводить. Только услышала, как лязгнул замок двери в прихожей.

Чудеса. Панно изумляет. Но кроме него в наследство мне досталась ещё и клетка с неизвестным животным. И пухлый конверт вощеной бумаги…

Вышла в прихожую, закрыла как следует дверь. Ещё и цепочку накинула. Будет время, вызову мастера, поменяю замки. У бывшего мужа осталась связка ключей. Сашка, конечно, хороший парень, но вечно с ним что-то случается. Зная его бестолковую доброту за мой счет, можно и с небольшим цыганским табором столкнуться нос к носу у себя в кухне. Вот завтра и поменяю. Обязательно. Прямо с самого утра найду слесаря. Решено.

А пока посмотрю, кого же мне подарил неизвестный господин Бересклет. До маразма мне, вроде бы рано. Девичья память? Ну не настолько же! Она тоже должна бы уже закончиться. Ну, нет у меня знакомого с таким редким именем! Ни одного!

Завернула на кухню. Под покрывалом