Моя бабушка курит трубку - Наталья Козьякова

После того, как я убедила себя, что мне это не мерещится, уселась обратно в кресло. Следовало подумать -что с этим делать.

А подумать как раз и не получилось. Мой беременный организм решил, что неплохо бы и поспать.

Снилось мне странное. Будто сидела я в куче бело - голубых пушистых облаков. Смотрела, как далеко внизу проплывает земля, покрытая лесами, горами, реками и морями. Видела раскинувшиеся на берегах рек деревеньки, села и городки. Видела микроскопических человечков, занятых своими делами. Кругом царила осень. Где-то дождливая и холодная, где-то солнечно - желтая, теплая. В душе расцветало умиротворение. Ощущение единения с миром все нарастало и нарастало, заставляя меня стремиться туда, вниз, к людям.

- Теперь ты приживешься, - удовлетворенно произнес мужской, чуточку глуховатый голос. Я попыталась обернуться, и не сумела. Пожала плечами, и продолжила любоваться миром. А голос за спиной продолжал:

-Твой путь в том мире завершен, но предназначенье выполнено не до конца. Потому мы дали еще один шанс. В этом мире ты проживешь еще одну жизнь.

Я хмыкнула:

-А ничего, что у меня разум совсем не юной девицы?

Мужчина сзади засопел сердито.

-Ты проживешь еще одну жизнь, - сурово повторил он, и столкнул меня с облака вниз. - И ты же маг, как хочешь, так и выглядишь!

Я вздрогнула и открыла глаза. Ага. Я все там же, в избушке у горячей печки. Качаюсь в кресле. И что это было? Я - маг? Три ха-ха! Счас ка-ак встану, ка-ак топну ногой, да притопну другой - и будет мне счастье. Чего бы такого загадать? Во - первых, чтоб избушка двухэтажным коттеджем стала. Кирпичным, с полноценной канализацией и водопроводом. Чтоб в печи огонь сам собой горел, не гас все холодное время года - это два. Ну, и третье - хочу стать женщиной в самом расцвете сил и здоровья. Буду я этакой Мэри Сью - попаданкой со всеми мыслимыми и немыслимыми талантами. Уж лучше неведомо как образовавшуюся беременность взрослой женщиной вынашивать, а не малолетней соплюхой, которая собственной тени боится. И вот что мне в руки все время эта трубка попадает? А у меня привычка - что-нибудь во время размышлений грызть: печенюшку, сухарик, карандаш... Вот я и потянула в рот мундштук. И из мундштука потянула, мысленно представляя себе тот самый кирпичный коттедж, себя в тридцатилетнем возрасте - почему-то в летнем сарафане, с накинутым на плечи тулупом, и в валенках. Нет, чтобы шубу лисью представить, сапожки из натурального крокодила на меху, платье, которые только царица носит, шапку из голубой норки. Хотя, если шапка из норки, то и шубку надо такую же.

Тут меня повело в сторону, голова закружилась, и я, обмякнув, растеклась по креслу.

-Дура, -ругнулся все тот же глухой мужской голос. -Куда торопилась? С непривычки -то... Возись с тобой, в чувство приводи. Ты, Авдотья, больше одного желания за раз не выдумывай пока. Как натренируешься - тогда хоть день и ночь трубку посасывай.

Я попыталась фыркнуть - когда это меня в Авдотью перекрестили? Елена Викторовна я. Вот уж почти шесть десятков лет. И не желаю зваться Авдотьей! И точка. Фыркнуть не получилось. Уснула.

Снова мне облака снятся. Снова я на них, как на пуховой перине устроилась. Плывем мы, значит, под дуновением легкого ветерка, пейзажем любуемся. А сзади снова кто - то рассказы рассказывает.

-Ты теперь, Авдотьюшка, будешь в мире Светлом проживать. Мир у нас хороший, красивый, народу разного много, и эльфы есть, и драконы. Люди, опять же, гномы и другие расы. Но тебе предстоит с этими тремя народами общаться. Роль тебе важная отведена: должна ты женой нашему будущему императору стать. Да такой, чтоб ни одна другая девица к нему и близко не подошла. Детишек ему нарожаешь. Наследника - это обязательно. Можно и двух, а то и трех. Империя у нас большая, всем места хватит. Один императором станет, остальные наместниками будут. Старшему брату помощниками. Ну, и дочек, само собой. Этих хоть пяток роди - приданого всем хватит, а разных принцев по соседним государствам да княжествам немеряно. А вот теперь вниз - то посмотри - столица государства нашего, город Майск

Смотрю - куда ж деваться. С высоты птичьего полета город кажется игрушечным. Светлый такой, весь в золоте садов, парков и синевы морских заливов. На берегу моря стоит Майск. Мне даже во сне почудился запах моря. Красиво -то как! Вот всегда любила море. Хотя и была - то там всего раз в жизни. В той, прошлой, жизни. А теперь, похоже, буду жить у моря.

- У моря, у синего моря,

Где чайки парят на просторе... - мурлыкаю я давно забытую песенку, и думаю. Думаю... Думаю.

А каким же образом я императорскому сыну женой стану? С какого такого перепуга? Разве здесь девиц аристократических кровей недостача, что из другого мира старую женщину притащили? А лет ему сколько? Будь он даже в годах - вправе себе девицу любого возраста выбрать. У меня же нет желания дуру малолетнюю изображать. Не получится. Умище -то куда девать?!

-Да вишь ты, наследник у нас не задался, - виновато произнес голос за спиной. - Ты сейчас его ребеночка как раз и носишь. Мы собирались его с Алексией повенчать, да только девка - то дурехой оказалась. Раньше времени в кровать к нему прыгнула, забеременела, да и того... С моста, значит. Как ума хватило тебе ребеночка передать - то!

- Это что, вот то самое и есть ваш наследник?! -вспомнила я надменную, и будто бы уставшую от жизни физиономию совратителя малолетних дурочек. -Да ему размножаться категорически запретить надо! И женить на прожженной стерве, чтобы рога буйной порослью взошли. Со множеством отростков!

-А зачем со множеством отростков? - удивился Голос за спиной. Я мстительно прищурилась.

-Затем, чтобы не зря хлеб жрал. Будет фонарным столбом подрабатывать. Поставить в ночное время на площади, на каждый отросток лампочку прикрепить - и готово. Весь ваш Майск будет сиять огнями. Преступность сразу на нет сойдет, при таком-то освещении ни одного темного угла в городе