Попаданка и Генерал теней - Ноэль Ламар

Я выросла и стала не по годам зрелой и мудрой девушкой, понимающей, что такое бремя власти. Отец всегда говорил, что, несмотря на статус, королева должна постоянно оставаться вежливой с подданными, не чванливой и безучастной, а понимающей и сострадательной. И тогда, когда придёт время взойти на трон, мой народ выкажет искреннее уважение, станет мне преданным соратником в любом деле.

В наших землях не существовало жёсткого закона о том, какого пола обязан быть монарх. В истории есть прекрасные примеры, когда именно королевы укрепили границы, привели к процветанию свои земли и всё это совершенно без мужской помощи. В общем, мне есть на кого равняться.

Сейчас, накануне моего совершеннолетия и восхождения на престол, отчасти я понимала, почему мачеха не позволяет нам с Сильвией проводить много времени вместе: сестрёнка была совсем ребёнком, наивным и беззаботным. Она могла втянуть меня в свои игры и фантазии, тем самым нарушив график тщательной подготовки к церемонии. Данное событие должно стать великим для всей страны — сюда съедутся все важные представители власти, а территория перед дворцом будет заполнена ликующим народом. Я должна буду сказать длинную речь, поклясться в верности подданным и принять всё бремя монаршей власти.

Одно меня смущало: мачеха никогда особо с нами не сближалась, больше времени проводя с супругом и участвуя в государственных делах. Иногда я видела её в библиотеке, где та искала те или иные рукописи, а отыскав нужное, тут же удалялась для их изучения в свой кабинет, куда нам было строго-настрого запрещено заходить. Судя по её реакции, женщина не приветствовала идею о том, что станет подчинённой собственной падчерицы. Тем не менее теперь она помогала мне в подготовке и старалась ограждать меня от хулиганского влияния сестрёнки. Вероятно, она смирилась и оказалась вовлечена в процесс, как и все остальные. Кто знает, кто знает. Но как только прошёл месяц активной работы, Урсула стала почти всё время проводить взаперти в своём кабинете, а по ночам из того крыла слышались странные звуки, похожие на шипение и негромкие взрывы. Я думаю, она пыталась овладеть алхимией, так как нередко замечала её в компании одного из моих учителей по данному предмету.

Сильвия со скучающим видом подёргала кисточки, свисающие с маленькой кушетки.

— Пойдём поедим? Уже время обеда.

Я встрепенулась, забыв, что девочка в комнате, быстро закрыла дубовые двери гардероба и сказала:

— Ты же знаешь, что мне нужно заниматься.

— Ну же, давай, проведи со мной хоть полчаса! Ты уже наверняка не помнишь, как выглядит наша кухня! Тебе ведь всё время доставляют поднос в комнату. Почему ты не обедаешь вместе со мной?

— Чтобы не отрываться от книг. И тебе бы посоветовала почаще читать, а не только разглядывать картинки, — я шутливо нахмурила брови и рассмеялась. — Знаешь? А ты права. Церберы думают, что у меня ещё примерка, значит, есть лишняя четверть часа. Пойдём.

Сильвия радостно спрыгнула с диванчика и бросилась к дверям. Я быстро надела штаны и рубаху, что служили для незаметного перемещения по замку, и собрала волосы в пучок.

— Вперёд же, давай! — Сестрёнка нетерпеливо подпрыгивала у приоткрытых дверей.

Её озорство передалось мне, и, взявшись за руки, мы побежали по коридору к каменной лестнице, ведущей вниз, на королевскую кухню.

Оттуда доносился аппетитный аромат, слышался лязг посуды и звон кастрюль — готовка шла полным ходом. Мы нагнулись, чтоб никто не заметил, и прокрались в кладовую. В прохладном помещении хранились припасы: овощи, фрукты, соленья и многое другое.

— Смотри, давай это!

Я молча кивнула и приподнялась на цыпочки, чтоб достать с верхней полки кусочек отличного козьего сыра. Снова присев на корточки, мы пошли «гусиным шагом» вдоль кухонных столов. Остановившись у одного из них, Силли привстала, чтобы оглядеться — все были заняты и не смотрели в её сторону. Радостно вздохнув, девочка схватила со стола небольшой нож и несколько порезанных кусков хлеба, после чего мы бросились наутёк в арку, ведущую обратно к ступеням.

Вскоре, болтая и хохоча, я и Сильвия сидели на карнизе балкона второго этажа в коридоре прислуги и болтали ногами в воздухе, поедая наспех собранные бутерброды.

Естественно, пожелай я, всё тут же принесли бы. Но адреналин от хулиганства, считай, воровства, кружил голову и вызывал некий внутренний трепет. Авантюризм в чистом его виде!

— Каждый день бы так с тобой веселиться, — положила голову мне на плечо сестрёнка.

Я мечтательно посмотрела вдаль: дворец стоял на возвышении, и перед нами расстилался весь город, за пределами которого зелёная долина переходила в лес, что кончался где-то далеко за горизонтом. Синенькой лентой извивалась живописная река, птицы кружили над нами, а дневное солнце грело наши щёки, наливая их румянцем.

Внезапно до моих ушей донёсся стук каблуков, приближающихся к проходу. Я вскочила, подняла за собой Сильвию, и мы затаились за широкой колонной.

— Напыщенные дураки… И слона не заметят, будь он у них под носом, — услышала нарастающий голос Урсулы, — куда им, обращать внимание на такие мелочи.

— Это не шутки. На этот раз ты собираешься зайти слишком далеко.

— Кажется, голос Мартина? — Прошептала сестрёнка, но я быстро прикрыла ей рот ладонью.

Мужской баритон продолжал:

— Может, все эти олухи и не заметят изменений в её поведении или разговорах, но Сильвия близка с ней. Она-то уж точно забьёт тревогу.

— Ай, да брось. Кто будет слушать эту пигалицу? Ты бы поверил россказням десятилетнего ребёнка с бурным воображением? То-то же.

Голоса стремительно затихали, было слышно, как мачеха с кузеном поднялись дальше вверх по лестнице на третий этаж, где располагался таинственный кабинет Урсулы. После того как стало понятно, что парочка закрылась в комнате, я подняла сестру за руку и потащила по коридору через холл в сторону своей спальни.

— О чём они говорили, Кристен? Ты поняла хоть слово?

Силл рухнула на кровать и потёрла рукой свой рот, который я ей слишком крепко сжала. Плотно закрыла дверь и подошла к балкону.

— Нет, малышка. Не думаю, что тебе стоит об этом беспокоиться. У всех взрослых есть свои секреты.

Глава 2

Кто бы знал, но эта ночь оказалась для меня беспокойной: тревожные сны разбередили всю душу. Подскакивала на постели в ужасе, с гулко бьющимся сердцем. С трудом засыпала. Очередной кошмар пробудил меня уже под утро.

— Папа?!

Я резко распахнула глаза, пытаясь ухватиться за стремительно исчезающие из памяти обрывки видения. Предрассветные лучи освещали потолок над моей кроватью. Снова сомкнула веки,